Развод. Искушение простить - Ася Вернадская

Ольга ахнула, прижимая к себе дочь. Катя смотрела на деда, не понимая до конца происходящего, но чувствовала напряжение момента.

— Зачем всё это? После всего, что было? Ты думаешь, деньгами всё исправишь? Думаешь, особняком и прощённым долгом можно стереть все обиды?

— Нет, но это всё, что я могу предложить. Я… — он с трудом поднял глаза на сына, — я наконец понял, что был слеп. Уничтожал то, о чём мечтал после смерти твоей мамы — настоящую семью.

Максим медленно подошёл к отцу. Они стояли нос к носу. Я видела, как тяжело даётся Максу каждый шаг, какую борьбу он ведёт сам с собой.

— Останься на обед, — сказал Максим. — Хоть раз посидим нормально за одним столом.

Старик кивнул.

— Я… Я останусь.

Тот обед был самым нелепым и трогательным в моей жизни. Мы сидели впятером — я, Максим, Ольга, Катя и Дмитрий Сергеевич, смущённо ковырявший вилкой салат. Первые пятнадцать минут прошли в полной тишине, нарушаемой лишь звоном приборов о тарелки.

Лёд тронулся, когда Катя, набравшись смелости, спросила:

— А Вы пришлёте нам открытку из Швейцарии? С коровками?

Дмитрий неожиданно улыбнулся.

— Конечно, золотце. И я буду часто вспоминать вас и этот день.

Когда обед закончился, Дмитрий Сергеевич поднялся.

— Пора. У меня скоро рейс.

У входа он остановился, глядя на Максима. Затем нерешительно протянул руку, но Максим, сделав шаг вперёд, обнял его. Быстро, по-мужски, но в этом объятии было больше слов, чем они сказали друг другу за последние годы.

— Береги их, — кивнул он в нашу сторону. — Они твоё сокровище. Не повторяй моих ошибок.

Когда дверь закрылась, Максим подошёл к окну, провожая глазами удаляющийся автомобиль.

— Думаешь, он правда изменился? — спросила я, обнимая его за талию.

— Не знаю, — честно ответил он, положив свою руку поверх моей. — Но сегодня он попытался. И, может, для начала этого достаточно.

— Все заслуживают шанса начать сначала, — сказала Ольга, подходя ближе к нам. — Даже твой папа.

Глава 53

В день нашей новой первой годовщины отношений Максим закрыл ресторан табличкой «Закрыто на семейное мероприятие». Я долго стояла снаружи, боясь нарушить ожидание чего-то волшебного.

— Что-то подозрительно идеально, — сказала я, наконец переступив порог и снимая пальто цвета кэмел. Дорогая шерсть скользнула по плечам, оставляя ощущение прохлады.

Сотни свечей. Боже, сотни пламенных язычков, отражающихся в тёмных стёклах окон. Они мерцали, как звёзды, приглашённые с небес специально для этого вечера. В центре зала стоял один единственный стол, застеленный белоснежной скатертью.

— Ты не забыл, что в прошлый раз в наш «романтический ужин» ворвались пожарные из-за сработанной по случайности пожарной сигнализации? Помнишь, как ты пытался объяснить им жестами, что мы заняты, пока я пряталась под столом?

Ох, я болтала ерунду от волнения. Просто не могла поверить, что он устроил всё это для нас.

— Привет, — Максим вышел из тени, держа два бокала. Золотистая жидкость искрилась в свете свечей, словно жидкое солнце. — На этот раз я сам проверил всю исправность противопожарной сигнализации. И заказал ужин у нашего шефа.

Он протянул мне бокал. Его пальцы коснулись моих, и знакомый электрический разряд пробежал по коже.

— Хотя… если хочешь, можем повторить сцену с тобой обнажённой на кухне и горящим соусом. Помнишь, как ты тогда кричала, что я поджигаю ресторан специально, чтобы заработать на страховке?

Я рассмеялась.

— Думаешь, в этот раз получится более романтично?

— С тобой всё романтично, — улыбнулся Максим. — Даже когда ты кричишь на меня из-за испорченного соуса.

Ужин был безупречный: утиная грудка в вишнёвой глазури, таящая во рту, трюфельное ризотто с таким ароматом, что хотелось просто закрыть глаза и вдыхать только его, десерт «Страсть», который когда-то придумала я в порыве вдохновения.

Когда мы допили кофе — крепкий, ароматный, с нотками тёмного шоколада, — Макс вдруг поднялся. Его стул с лёгким скрипом отъехал назад.

Нет. Неужели? О Боже, неужели он…

Максим опустился на одно колено. В его руке оказалась маленькая бархатная коробочка, которую он крепко сжимал.

— Аня, мы прошли через ад.

Он сделал паузу, и в тишине зала было слышно только потрескивание свечей.

— Мы прошли через расставания, предательства… Мы теряли друг друга и находили вновь. Мы разрушали всё вокруг и строили заново.

Я перестала дышать.

— И знаешь, что я понял? Настоящая любовь — это не про идеальную картинку. Она про то, чтобы после всех взлётов и падений по-прежнему хотеть идти рядом. Просыпаться и заново выбирать этого человека. Каждый день. Каждую минуту.

Он открыл коробочку. Внутри на чёрном бархате лежало кольцо. Изящная платина с крупным бриллиантом, окружённым мелкими сапфирами. Камни переливались в свете свечей, словно живые.

— После всех обманов и недомолвок прошлого я хочу, чтобы эти сапфиры напоминали нам обоим: наше «навсегда» будет построено на правде. Ведь этот камень — камень верности. Поэтому я выбрал именно это кольцо.

Я смотрела на кольцо, на его сильные руки, на свечи, которые словно замерли в ожидании.

— Согласна ли ты снова стать моей женой? На этот раз точно навсегда!

Слёзы текли по моему лицу, горячие и солёные, но внутри меня всё пело. Я посмотрела ему прямо в глаза.

— Да, Максим. Я согласна.

Он засмеялся счастливо, по-мальчишески. Взял мою руку и снял ажурную перчатку. И в этот самый момент, как по сигналу, когда он надевал мне обручальное кольцо на палец, двери распахнулись с торжествующим скрипом, и в зал ворвалась наша шумная, безумно родная компания.

Первой вбежала Катя, размахивая своим рисунком, на котором было написано «Поздравляю!». Её глаза сияли, как те самые сапфиры в моём кольце.

— Я так рада! — кричала она, подпрыгивая на месте.

За ней шла Ольга, смахивающая слёзы умиления. Шеф-повар со своей командой хлопали в ладоши. Наши постоянные гости, которые стали нам как родные — пожилая пара, отмечавшая у нас каждый праздник, — улыбались и держались за руки.

— ГОРЬКО! — гремело под сводом ресторана.

Катя уже схватила меня за руки, её маленькие пальцы сжимали мои с удивительной силой.

— Тётя Аня, а теперь вы будете как принцесса? А платье будет с блёстками? А можно я буду выносить кольца? Я хочу розовое платье!

Я рассмеялась, подхватывая её на руки и закружив.

— Конечно, солнышко! Ты будешь самой красивой на свадьбе!

Позже, когда стихли поздравления и гости разошлись, мы остались вдвоём среди опустевшего зала. Максим обнял меня сзади, прижав