Годовщина развода. Растопить лёд - Полина Измайлова

Печальный, но закономерный итог ее коварных и злобных деяний.

Мой взгляд задерживается на самой большой, центральной фотографии.

Наша свадьба с Артёмом. Вторая. Та, на которую я надела не белый наряд, а изящное кремовое платье-футляр. И мы с Артёмом смотрим друг на друга так, будто весь мир потерял значение.

Его рука лежит на моем животе, уже чуть округлившемся под тонкой тканью. Этот животик был нашим тайным, сокровенным знанием в тот день — символом будущего, которое мы отвоевали и строим заново, кирпичик за кирпичиком.

Я отрываюсь от фотографии, и на губах у меня сама собой расцветает улыбка.

Дверь в детскую сына распахнута. Лера, моя умница и маленькая помощница, уже сидит на кровати младшего брата.

— Пора просыпаться и чистить зубки, Игорёк, — наставляет она его, подражая моим интонациям.

А сынок, сонно потягиваясь на кровати, как обычно, желает урвать еще хотя бы пару минуточек сна. Наш милый соня. Не могу сдержать улыбку, глядя на этих двоих с умилением.

— С добрым утром, мои хорошие, уже проснулись? — Обнимаю их обоих, целую в макушки. — Давайте почистим зубы и пойдем завтракать. Папа и Тимоша уже ждут. Кто хочет блинчики?

— Блинчики, блинчики, ура!

Это слово имеет особую магию и способно совершать чудеса!

По крайней мере, ускорять моих детей.

И вот мы уже несемся вниз шумной, веселой гурьбой. На кухне такой родной и привычный хаос: Артём с ловкостью шеф-повара крутого ресторана переворачивает блин, подкидывая его вверх прямо со сковороды.

— Алле-оп! — громко выдает он.

Тимоша, не отрывая восхищенного взгляда от папы-фокусника, бодро стучит ложкой по столу, сидя в своем стульчике, а Тайсон и Лаки извелись в ожидании желанного угощения.

В этот момент раздается звонок в дверь.

Собаки с громким лаем несутся в сторону холла.

Лера устремляется за ними.

— Это бабушка!

Через минуту в дом входит моя мама. Смотрю на нее с улыбкой.

После переезда вслед за нами она буквально обрела второе дыхание. Посвежела, помолодела. Купила новую квартиру в спальном районе, обновила прическу и гардероб, а еще отважилась получить права, чтобы как можно чаще приезжать к нам за город. Артём, конечно же, предлагал ей купить дом рядом с нами, но она отказалась, хотела жить именно в городе. В гуще бомонда, как она шутливо выражалась. Теперь моя мама мобильна, независима и светится изнутри. И кажется, даже встретила какого-то порядочного мужчину. Если так, то я буду только рада за нее.

— Всем привет! Как у вас вкусно пахнет! — Она раздевается, заходит на кухню и обнимает всех нас по очереди, задерживаясь у стульчика Тимофея, который, ерзая на сиденье, нетерпеливо протягивает к ней ручки.

— Соскучился по бабушке, — улыбаюсь я, помогая ей с сумкой.

Мама посидит с нашим младшеньким, пока мы будем на соревнованиях. Не лучшая идея — брать такого малыша в холодное помещение.

А вот остальных дома не удержишь! Лера и Игорёк горят нетерпением и уже подготовили дуделки и флажки, чтобы поддерживать сестру.

Мама любит нянчиться с Тимошей. Они хорошо ладят. Гуляют с собаками на улице, возятся в песочнице и с цветами, разглядывают деревья и птиц, дома играют. Я могу быть спокойна.

— Вы езжайте, — где-то через час провожает нас мама, — болейте за нашу чемпионку. Всё здесь будет в полном порядке.

Я ловлю взгляд Артёма. Он понимающе улыбается мне.

Да, мы справляемся. Четверо детей — это вам не шутки. Но мы знали, на что шли. И сделали всё осознанно. У нас есть помощь: мама, которая счастлива быть нужной, и наша чудесная няня Надежда для малышей на несколько часов в будни. Но главное — у нас есть мы, наученные горьким опытом.

Теперь поступающие не так, как раньше. Наконец мы всё делаем правильно.

Артём реже засиживается в офисе. Он научился делегировать и доверять людям. А еще он научился слушать. И я тоже.

Вся та ужасная история с Аделиной не сломала нас. Наоборот, сплотила. Из нашей жизни ушло всё лишнее и ненужное, осталось только главное — наша любовь и доверие.

И это наша личная победа.

А теперь мы все вместе едем поддерживать нашу старшую дочь, чтобы она получила свою победу.

Лед в огромном дворце спорта слепит глаза своей нереальной белизной. Всё вокруг наполнено гулом толпы, замершей в ожидании начала соревнований.

У меня и самой внутри всё гудит, настолько я волнуюсь!

Мы сидим на специально отведенных местах для семей спортсменов. Рядом наши друзья и знакомые, мамы и папы других фигуристов. Команда поддержки. Все мы тут давно свои, переживаем общие радости, сетуем над неудачами, назубок знаем названия всех терминов.

Можно сказать, мы сами в какой-то степени фигуристы. Если твой ребенок занимается спортом, ты не можешь оставаться в стороне и проживаешь с ним его историю побед и поражений.

И сейчас мы наперебой обсуждаем состав жюри. От этих людей и характера их судейства зависит, ни много ни мало, победитель соревнования!

Всегда работает человеческий фактор. Даже в спорте.

Особенно в спорте.

Рядом с нами сидят Арсений с отцом. Парень Василисы сосредоточенно смотрит вперед, кулаки нервно сжаты. Его отец, Руслан, несколько лет в одиночку воспитывает сына после ухода из жизни жены. Мы уже познакомились, он хороший человек, растит достойного мужчину.

Я за дочь спокойна. За таким она будет как за каменной стеной.

Но сейчас для Василисы всё же главное — это спорт. Если Арсений выступает в составе команды, то она одна на своих хрупких плечах тащит всю ответственность за выступление и за всю свою карьеру.

Веду взглядом по сторонам. На трибунах море зрителей. У всех уже наготове мягкие игрушки, букеты, самодельные плакаты с именами и фотографиями любимых фигуристок. Все взгляды мечутся между ареной и огромными экранами, где скоро будут транслироваться выступления.

Вижу Влада, который спускается к нам под руку с какой-то приятной незнакомкой. Он, кстати, теперь сотрудничает с нашим тренерским штабом, помогает спортсменам справиться с мелкими травмами, разрабатывает систему упражнений и даже пишет диссертацию на эту тему! Обмениваемся приветствиями, но познакомить нас с девушкой он не успевает — звучит музыка.

— Началось, — шепчу я, слыша торжественную музыку, которая знаменует начало соревнований.

И мы устремляем взгляды на лед.

От волнения зашкаливает ритм сердца. Не дыша мы ждем нашу девочку. Ее выход на лед.

Перед ней выступают целых семнадцать спортсменок. Мы видим всё. И горечь поражений, когда девочки падают, тем самым отодвигая себя на более низкие позиции. И по-настоящему шикарные прокаты, от которых замирает сердце и кажется