Я с тобой не дружу - Саша Кей

Только все.

Мы больше не Шерлок Холмс и доктор Ватсон. Мы Рики-тики-тави и змей. И змеиная натура не у меня.

И это больно.

Мне так больно, что я чуть не позволяю слезе скатиться по щеке.

Разозлившись, я со всей дури пинаю Рэма в надкостницу. Благо бутсы у меня тяжелые. Зашипев, он на секунду выпускает меня из хватки, и этого хватает, чтобы вывернуться из-под руки и рвануть в подворотню, оставляя свою сумку у него.

Пофиг. Телефон в заднем кармане. Такси вызову.

Ему же нравится таскаться к нам, так что принесет. Не переломится.

Забежав за угол, я прислоняюсь спиной к кирпичной кладке и тихарюсь, потому что рык: «Соня!» возвещает о начале погони.

Он дурак, что ли? Серьезно думает, что я вернусь?

Надо отсюда уходить. Фу, воняет тухлятиной и еще чем-то знакомым. Мерзким, сладковатым. Травяным…

– Дрон, ты глянь, какие у нас гости, – из темноты справа доносится до меня глумливый обдолбанный голос, подтверждая запоздалые подозрения.

– Ребят, вы сами по себе, я сама по себе, – дернувшись, хочу сдать назад. – Мне проблем не надо.

Но какой-то торчок оказывается ко мне ближе, чем мне кажется.

На секунду, когда он делает затяжку, в темноте вспыхивает огонек папиросы и высвечивает контуры его рожи.

– Никаких проблем. Составишь компанию и все…

Глава 7. Соня

Парень не выглядит бомжом, наверное, вышли с дружком из бара дунуть, но компанию составлять мне им совершенно не хочется.

И мне очень не нравится, как он косится на распахнутые полы моего тренча.

То ли пристать хочет, то ли грабануть.

Если тиснут телефон, будет задница.

– Так, счастливо оставаться, я вас не видела, вы меня тоже… – пячусь я, мне еще не страшно, но уже не по себе.

– Да ладно, чего ты? – выступает из-за плеча первого, видимо, Дрон. – С нами весело.

Блин, этот уже говорит с наездом. Его чудо-трава не берет, что ли?

– Да у меня есть, с кем повеселиться, – продолжаю отступать. Еще пару шагов, и можно будет рвануть.

За углом слышится «Соня!» уже отчетливее.

Твою ж налево. Надо поторапливаться.

Делаю еще шаг назад, но как назло наступаю на горлышко валяющейся бутылки и подворачиваю ногу. Фак, потеряв равновесие с размаху падаю на пятую точку. Ладно хоть не на бутылку, не хватает распороть себе что-нибудь. Вряд ли тут проводят санитарную обработку.

Но мне и без бутылки падение не по вкусу. От боли вырывается то, за что мне мама голову бы оторвала:

– Бля!

Топот ног, и над головой раздается:

– Соня!

Уже про себя я констатирую: «Пиздец котенку». Про себя, потому что Рэм тоже за матершину меня будет песочить.

Не успеваю я и вякнуть, как меня поднимают на ноги и, сунув мне в руки сумку, задвигают за широкую спину. В первый раз за вечер ничего не имею против.

– Проблемы? – рычит Рэм. – С девчонками воюем? Может, со мной интереснее будет?

Кажется, Рэм не совсем правильно расценил мой падение, но кто ж мне слово даст вставить. Когда я дергаю его за косуху, чтобы привлечь внимание, мне достается только:

– С тобой потом поговорим.

Козел.

– Никаких проблем, – опять тянет тот первый. – Красуля сама шлепнулась, правда?

Ну вот все, можно же мирно уйти, но нет. Рэм нарывается. Он делает шаг вперед и встает напротив парня, широко расставив ноги.

– Сама? – с угрозой спрашивает Рэм.

– Рэм… – снова делаю попытку достучаться, но куда там. Он сегодня не в адеквате.

Огонек выброшенного вторым парнем бычка падает под ноги Рэму.

Все, блин. Дуэль назначена. Где долбанный Горелов? Двое на одного. Я не считаюсь ни при каком раскладе. А вдруг у них нож?

Охваченная отчаянием, я не нахожу ничего лучше, как ущипнуть Рэма за задницу.

Нестандартный ход срабатывает, все-таки парни берегут тылы.

Рэм резко оборачивается на меня с ошалевшими глазами.

– Я подвернула ногу, – пищу я, как можно жалобнее. – Отвези меня домой.

Походу, я чего-то замкнула ему, потому что он смотрит на меня и нечего не говорит. Его даже мое требование не возмущает.

Отмерев, он бросает злой взгляд на парней, но те не особо рвутся общаться, а кому-то хочется подраться, а тут такая засада. Девчонка ноет, не давая получить люлей. Я в курсе, что Рэм дерется как зверь. Денису пришлось бы туго, а вот про этих двоих я ничего не знаю, и знать не хочу.

– Мне больно, Рэм, – гундя, я тяну его за рукав. И почти не вру.

Нога не болит, а вот попе досталось.

Психанув, Рэм берет меня за руку и утаскивает из этой подворотни, где ему не удалось почесать кулаки.

– Ты понимаешь, что творишь вообще? – сразу начинает орать он.

Собственно, как и ожидалось. Но чего я не ожидаю, так это того, что Рэм возьмет меня на руки. И не как в прошлый раз, а по-человечески.

– Нога у нее болит! Скажи спасибо, что легко отделалась. Ты соображаешь, что ты вляпалась из-за своей дурной башки!

Несет и орет.

– Да если б не ты, я бы не вляпалась! – не выдерживаю я. – Нечего было меня из бара уволакивать! Мало того все удовольствие испортил, так еще и опозорил. Как я теперь туда ходить буду?

Озверевший Рэм, который в норме своей обычно двигается вальяжно, почти несется.

– Ходить? Ходить? – заклинивает желтоглазую сволочугу. – Да хрен тебе на воротник, Соня! Ты без меня больше шагу не ступишь!

Он сгружает меня у ворот, возле которых курит Горелов.

– Привет, Жданова, – скалится идиот.

Мое искреннее мнение о нем. Оно сложилось давно и до сих пор неизменно.

Диман достает брелок, нажимает на нем что-то, и ворота начинают открываться. Я дергаюсь, чтобы слезть, но Рэм держит меня крепко:

– Не зли меня, Соня.

Он вносит меня внутрь и отпускает только для того, чтобы открыть тачку. Распахнув дверь переднего пассажирского сидения, командует:

– Быстро села!

– Да разбежалась! – опять завожусь я, разом вспомнив, что никаких прав на меня у этого упыря теперь нет. Весь свой авторитет он втоптал в грязь. – На такси поеду, еще не хватает с тобой рядом сидеть!

У Рэма каменеет лицо. Я хорошо вижу в свете фонарей, как сжимаются его губы.

Наклонившись