До последней строки - Юлия Обрывина

— Что произошло? — спрашиваю я. — Как ты получил эту рану?

— Пуля, — с неожиданным спокойствием отвечает он, обняв меня. — Одна — по касательной, вторая зашла внутрь, но не повредила органы. Все нормально, я же могу ходить… и не только.

— С обезболивающим! — не унимаюсь я. — Эван, это не шутки! Мы сейчас же поедем в больницу!

— Вив, я обещал, что займусь этим завтра, значит, так и будет, — он останавливая мои попытки вернуться в авто. — Не упрямься. Тебе понравится.

— А что именно?

— Надеюсь, все, — с улыбкой говорит он и подводит меня к пилоту, что все это время тихо наблюдал за нами.

— Наконец, я уже успел отвезти Ксавьеро и вернуться, — жалуется он.

— Возникли сложности, — бурчит любимый и открывает передо мной дверь. — Но сейчас все в порядке. Погнали отсюда.

Пилот кивает и быстро забирается в кабину, а мы располагаемся сзади, заняв кресла рядом с иллюминатором.

Со знанием дела Эван ловко пристегивается, каким-то образом поняв, как все эти ремни соединить между собой, и надевает наушники, а я не понимаю — зачем, и минуту верчу их в руках.

— Так, мы будем слышать друг друга даже в шуме, — объясняет он и надевает их на меня, а затем помогает пристегнуться.

— Я впервые в вертолете, — оправдываюсь и с интересом осматриваю салон, но, когда мы начинаем плавно подниматься, хватаюсь за Эвана, будто не было того полета на воздушном шаре.

— Расслабься, Вив, — просит он и показывает на вид снаружи, — Смотри, какая красота. Нигде больше ты не увидишь такого океана.

Hypersonic Music, Max Cameron — Shine

Я улыбаюсь, стараясь не думать о плохом, а заодно привыкнуть к ощущению невесомости, поэтому с выражением полного доверия кладу голову на плечо любимого и смотрю, как город быстро сменяет побережье.

С такой высоты залив выглядит, как бескрайнее синее полотно, и звезды, одна за другой появляясь в небе, кажется, тонут в его непостижимых глубинах. Еще немного и нас окончательно заволакивает тьма, и только тусклая лампочка над нами, позволяет любоваться расслабленным лицом Эвана, а ему видеть, насколько я счастлива с ним.

— Что? — с улыбкой спрашивает он, смахнув с моей щеки непослушный локон.

— Что ты делал эти две недели? Кроме перестрелок, — внезапно спрашиваю я.

— Кроме них… — задумчиво протягивает он. — Ничего. Все это время я помогал Ксавьеро и его людям уничтожить последние ячейки банды Хосе. Конечно, работы еще много, но нам удалось взять под контроль важные объекты и управление островом.

— Ты собираешься стать президентом? — смеюсь я, потому что его слова больше похожи на предвыборную речь, чем на рассказ о разборках мафии.

— Это маленький остров, Вив. Пока я просто в управленческом Совете, а дальше буду заниматься тем, что умею — бизнесом. Мне не нужна власть. От нее одни проблемы, — Эван поцелует меня в кончик носа. — А что делала ты?

— Кроме отчаяния? Я писала роман, о котором говорила тогда.

— С идеальным Эваном? — хитро спрашивает он, прикусывая мочку моего уха. — И каков он?

— Он бессовестно идеален. Прямо, как ты сейчас.

— Я бы хотел почитать, — томно продолжает Эван, спускаясь к шее.

— Не выйдет. Он остался на ноутбуке, а с учетом того, что я не планирую его издавать, можно сказать, что он навсегда потерян.

— Очень жаль, — протягивает любимый и снова возвращается к спинке своего кресла, будто секунду назад не мучил меня горячими поцелуями. — Но я думал, романы пишут месяцами. А ты успела за это время?

— Если не есть и почти не спать, это возможно, — признаюсь я. — Я закончила его вчера.

— Вчера, — задумывается он и неожиданно говорит то, что мне уже не раз приходило в голову: — Ах, вот почему я чувствую себя так странно. Это все твой волшебный роман.

— Перестань, — смеюсь я, потому что не ожидала от мужчины хотя бы догадки об этом. — Как можно верить в такие сказки?

— Рядом с тобой — легко, — произносит Эван и смотрит на меня так пристально, будто хочет сказать что-то важное, но вместо этого подтягивает меня к себе и вновь кивает в сторону иллюминатора: — Смотри, сейчас будет нечто грандиозное.

Сперва я не понимаю, что может быть необычного в темном пространстве, и стараюсь рассмотреть хотя бы очертания воды, но вдруг впереди замечаю всполохи света и силуэт берегов острова. С нашим приближением они становятся ярче, и вскоре горизонт освещают шапки фейерверков и салюта.

Большие и маленькие, разноцветные и просто золотистые они быстро укрывают собой все небо над Костой и, отражаясь в океане, создают иллюзию горящих волн, а длинный шлейф искр еще долго висит в воздухе, принимая вид причудливых узоров.

— Это великолепно! — вскрикиваю я. — Но что они празднуют?

— Свободу, Вив, — спокойно произносит Эван, будто совсем не имеет отношения к этому, и пока я продолжаю наблюдать за восхитительным представлением, достает из кармана коробочку, а затем открывает ее и берет меня за руку.

Подняв мою ладонь к своим губам, он трогательно целует каждый палец и, остановившись на безымянном, спрашивает:

— А ты готова стать по-настоящему свободной со мной, Вив?

— Что? — от неожиданности шепчу я, не веря, что все это происходит.

— Вивьен Нокс, — официальным голосом повторяет Эван, — ты согласна стать моей навсегда?

От нахлынувших чувств, я хочу плакать и взорваться от счастья, как этот фейерверк!

Эван, россыпь звезд и огней в небе, радость жителей и бешеный стук в груди — все это становится единым со мной, и я без сомнений вскрикиваю: “Боже! Да! Конечно, да!”, а затем чувствую, как изящное кольцо медленно скользит по пальцу, и губы Эвана завершают ритуал, захватив мое дыхание страстным поцелуем.

Я не хочу, чтобы этот момент заканчивался! Пожалуйста, пусть он продлится вечность!

Глава 34

“Сбежав со скучного приема, они долго бродили по вечернему городу, делясь впечатлениями и воспоминаниями из детства. Пока не оказались на побережье, где уличные саксофонисты исполняли красивую мелодию.

Чтобы насладиться моментом, Эван укрыл плечи Вивьен пиджаком, присел на понтон, и, усадив возлюбленную себе на колени, слился с ней в бесконечном чувственном поцелуе.

Так пролетели часы, и только лучи восходящего солнца, играющие в гребнях прибрежных волн, заставили двоих вернуться. В их сердцах горел огонь, а в душе росло и крепло понимание, что отныне они не смогут жить, как раньше, потому что хотят провести ее в объятиях друг друга”.

Отрывок из романа В. Нокс “Эван и Вивьен: