Дьявол Дублина - Б. Б. Истон

Я никогда не считал себя человеком веры. Но был им. Я верил в бога, который меня оставил. Я верил в дьявола, чья кровь текла в моих жилах. И я верил в единственное благословение, которое мне когда-либо было даровано.

Я должен был верить. Это было всё, что у меня осталось.

Вдалеке появилась узкая полоска синего света — словно трещина в ткани адского пейзажа, в котором я был заперт. Затем она расширилась, маня подойти ближе. Я наклонился вперёд, встав на четвереньки, когда реальность начала просачиваться в мой кошмар.

Рука просунулась в щель света и поставила на пол две бутылки с водой — одну пустую и одну полную.

— В пустую можешь поссать, если приспичит.

Это была не Сирша.

Это был не знак.

Это был просто, мать его, Шон, новобранец.

— Она мертва? — спросил я, мой голос был ломким, пока очертания моей камеры медленно возвращались в фокус.

Рука замерла.

— Дарби! — заорал я. — Она, блять, мертва?!

— Я, эм… я не знаю, могу ли я...

Я рванул вперёд и врезался в дверь, распахнув её настежь и сбив Шона с ног. Он потянулся к пистолету, но я схватил его за руку раньше, чем он успел вытащить оружие из кобуры, выкрутил её за спину, пока он не закричал от боли.

— У тебя три секунды...

— Кто-то забрал её! — выкрикнул Шон. — Она исчезла!

Я вырвал у него пистолет и прижал дуло к центру его лба.

— Говори.

Шон зажмурился и поднял дрожащие руки в знак сдачи.

— Ронан увёз её к старым шахтам в Уиклоу, чтобы… ну… разобраться с ней… но он не вернулся. И на звонки не отвечал. Тогда Шеймус отправил Майки искать его, и тот нашёл ублюдка мёртвым на обочине дороги. На шее следы от верёвки.

— Задушили?

— Так он сказал.

— Ронана?

— Ага.

— Кто, блять, достаточно силён, чтобы задушить Ронана?

— Я… я не знаю, но… кто бы это ни был, он забрал твою девчонку.

Чёрт.

Я опустил пистолет и уставился на перепуганное лицо Шона, не в силах осмыслить услышанное.

— Алексей, — сказал я. — Он видел её со мной в доках. Это должен быть он. Больше никто не знает, что она существует.

Этот ублюдок собирался использовать её, чтобы сломать меня.

— Пожалуйста, не сбегай, — голос Шона дрожал, когда он посмотрел на меня умоляющим, влажным взглядом. — Пожалуйста. Шеймус убьёт меня, если я позволю тебе уйти.

— О, я никуда не уйду. — Я поднялся и протянул руку рыдающему мужчине на полу. — У Алексея моя девушка, и Шеймус отведёт меня прямо к нему.

Шон судорожно выдохнул, когда я помог ему встать.

— Но, — добавил я, засовывая его пистолет за пояс джинсов, — если ты не хочешь, чтобы он узнал, что я забрал твоё оружие, мне понадобится одна услуга.

Глава 32

Дарби

— Через сто метров поверните направо.

Проведя за рулём «Ауди» мёртвого парня больше двух часов, я наконец разобралась, где находится поворотник… и, в общем-то, на этом всё. Руки у меня всё ещё были связаны, но я умудрилась включить поворотник, не задев при этом дворники — уже достижение. А вот когда попыталась притормозить, снова резко дёрнула машину и остановилась посреди дороги. Опять. Как выяснилось, торможение — это либо «всё», либо «ничего», когда у тебя связаны ноги.

К счастью, было почти четыре утра, и поблизости не было ни души, чтобы увидеть мои мучения.

Или мою неспособность вспомнить, по какой стороне дороги вообще нужно ехать.

— Через пятьдесят метров пункт назначения будет справа.

Ещё за что я была благодарна: за то, что Ронан, я видела его имя в водительских правах, блокировал телефон отпечатком пальца, а не кодом. Я понятия не имела, где нахожусь, поэтому пришлось использовать его холодный, синеватый большой палец, чтобы открыть GPS.

Я никогда раньше не прикасалась к мёртвому телу, и меня удивило, как мало это меня задело. Может, потому что он выглядел, будто просто потерял сознание. А может, из-за того, что он собирался со мной сделать. Возможно, я была в шоке и просто не могла до конца осознать происходящее. Но какова бы ни была причина, когда я открыла дверь и вытолкнула его наружу, глухой «бух» от удара его огромного тела о землю меня не расстроил.

Если честно, это даже вызвало у меня извращённое чувство удовлетворения.

И… идею.

Я отключила требование отпечатка пальца, и вместо того, чтобы ехать домой, два с половиной часа ехала со связанными руками и ногами до самой станции Кент.

Сердце колотилось где-то в горле, когда я въехала на парковку. По асфальту было разбросано десятки машин, но в тот момент, когда мой взгляд зацепился за маленький Ford Fiesta в самом дальнем ряду, я прижала связанные ладони друг к другу и беззвучно поблагодарила любую сущность — ангела или дух озера, которая могла меня слышать.

— Вы прибыли в пункт назначения.

Я заперла ключи от «Фиесты» в багажнике — вместе с телефоном, сумкой и содержимым чемодана Джона, но с разбитыми окнами попасть внутрь машины оказалось несложно. И я не только нашла ключи прямо сверху кучи вещей в багажнике, но и обнаружила маникюрные щипчики Джона, которые быстро справились с пластиковыми стяжками.

Машину Ронана я оставила на парковке у вокзала, а через двадцать минут съехала на обочину длинной тёмной дороги, по обе стороны которой стояли высокие, густые деревья.

С помощью GPS я вернулась к докам и оттуда повторила наш маршрут.

Поворот направо и три налево.

Именно эта ошибка превратила наш путь на север в движение на юг, прямо им навстречу.

Я припарковалась ровно там, где, как помнила, произошла перестрелка, но, кроме свежих следов шин, уходящих с дороги, от BMW не осталось и следа.

Ты такая чертовски тупая, усмехнулся у меня в ухе глубокий, знакомый голос.

Конечно, его там нет, идиотка.

Та машина разбилась больше сорока восьми часов назад. Ты правда думала, что обломки всё ещё будут лежать здесь?

Ты видела сообщение в телефоне того громилы. Твой милый парень в полдень сядет на частный самолёт и улетит в Россию. И что ты сделала? Потратила три часа из тех крох времени, что у него остались...

— Заткнись! — заорала я, закрывая уши обеими руками. — Заткнись, блять!

Голос Джона исчез, когда я вышла из машины и с силой захлопнула дверь. Я металась между фарами, и моя тень разрезала место преступления злыми чёрными силуэтами —