Одержимость Хищницы - Карина Волк
– Прости, просто ко мне пристал какой-то подвыпивший идиот.
Подружка ошарашенно хихикнула, словно я сморозила какую-то фантастическую глупость.
– Кто? Крылов-то подвыпивший идиот? – С обидной иронией простонала девушка, кокетливо похлопывая ярко накрашенными ресницами.
Удивлённо насупилась.
– Так ты его знаешь?
– Конечно, знаю, – уверенно проговорила она. – Катя, это же хозяин клуба. Тебе несказанно повезло. Я специально к вам не подходила. Думала, что у вас…, – она замялась, хитро прищуриваясь.
Гневно свела брови.
– Что ты подумала? – Рявкнула я. – Мила, ты о чём, вообще, думаешь. У тебя с головой плохо. Я, вообще-то, через месяц замуж выхожу.
Мила снисходительно закатила глаза.
– Катя, а ты уверена в своём выборе? – неспешно подруга перевела на меня взгляд. – Ты шикарная девчонка. Мужчины на тебя влёт западают. А ты как заколдованная зациклилась на своём Димке. Но зачем тебе этот парень.
Сделала шаг вперёд, который был сродни хищному выпаду на своего соперника. Мила – моя лучшая подруга, мы с детства с ней вместе. Она всегда любила меня и заботилась, но унижать и оскорблять любимого мужчину никому не позволю, включая Людмилу.
– Не смей никогда так говорить. Выбирай выражения, – разъярённо прорычала.
Мила смущённо сжала губы, она хотела возразить, но прекрасно зная мой характер, предусмотрительно промолчала.
– Хорошо. Пусть будет по-твоему, – она мгновенно схватила меня за руку и потащила вперёд. – Но ты не уходи. Сегодня наш праздник. – Просыпаюсь в ресторане: без причёски, без трусов, без сапог, лицо в помаде, кофта блин без рукавов, ногти сломаны под корень, юбка, с*ка, набекрень. Вот такой международный настоящий женский день, – весело и задорно прокричала подруга.
Чёрт! Вот как я могу на неё долго злиться. Безбашенная, сумасшедшая, но такая искренняя и настоящая. Люда – живая. Подруга привыкла «жить на полную катушку», совершенно не задумываясь о последствиях. Сначала делает, а потом думает. Она полная противоположность сдержанному, эмоционально холодному Дмитрию. Именно поэтому они не смогли найти общий язык. Дима всего говорит с ней сухо, кратко, лаконично, считая её слишком ветреной и непостоянной, но и Люся в долгу не остаётся. Дерзит, откровенно хамит Димке. Боже! Мы с Димой совершенно из разных миров, но всё-таки мы вместе, потому что любим друг друга…Но достаточно ли светлой, настоящей любви, для создания счастливых, крепких отношений. Раньше бы, однозначно, ответила да. А вот теперь уже не знаю.
– Эй, красавицы, далеко собрались? – Откуда ни возьмись перед нами появились трое, хорошо подвыпивших парней. – Чё, с нами пошли.
Я и Мила судорожно переглянулись. Неспешно покосилась в сторону клуба. Проклятие, обычно рядом всегда ошиваются охранники, а тут, как назло, словно все испарились. Не единой души.
– Нет, ребятки, с вами мы никуда не пойдём, – сдержанно проговорила Мила, крепко держа меня за руку, пытаясь обойти парней.
– Нет, девочки, так не пойдёт. Пошли покатаемся, – один из отморозков перегородил нам дорогу и слегка пошатываясь, достал ключи и вмиг припаркованный Порше ярко-ярко замигал.
Становилось жутко…
– Ребят, в клубе нас парни ждут. Позвольте пройти.
– Парни, – брезгливо буркнул один из отморозков. – Что-то я их не наблюдаю. Ау, мальчики. Вы где, – все трое заржали как лошади, откровенно наслаждаясь своим положением, издеваясь над беззащитными девушками.
Глава № 12. Катерина
Несколько лет назад…
– Прошу не надо, – с мольбой пропищала я, инстинктивно хватая незнакомца за руку, чувствуя, что если не остановлю его, то мужчина, как дикий зверь разорвёт парней на мелкие ошмётки.
Отморозки заслужили наказание, но всё-таки не такого жестокого…
– Хорошо, красавица. Только ради тебя. А теперь, ублюдки, валите отсюда. И больше, чтобы я вас в клубе не видел. Если ослушаетесь башку оторву.
Парни, воспользовавшись шанс, как побитые шакалы, ретиво убежали.
Мужчина посмотрел на меня, а затем неспешно опустил глаза на мою руку, которая крепко держала его плечо.
Опомнившись, попыталась убрать пальцы, но он лихо накрыл теплой ладонью мою руку.
– С тобой всё хорошо?
– Да, – слегка соврала.
Мужчина недоверчиво усмехнулся и, достав белоснежно-девственный платок, провёл по моим губам. На ткани отразилась кровь.
– Уроды.
Непроизвольно кивнула.
– Да, – здесь спорить бесполезно. – Спасибо, – выдавила из себя слово благодарности.
– Да, – ретиво вмешалась в разговор моя подруга. – Огромное спасибо. Вы нас спасли.
Крылов гневно сверкнул глазами, с осуждением проведя по нам глазами.
– Вы что на улице одни делаете?
Виновато переглянулись с Милой.
– А что, собственно, такое? – Находясь на волне возбуждения, пережив стрессовую ситуацию, истерично прикрикнула. – Так понимаю, что вы хозяин клуба. Так почему же ваша охрана не обеспечивает должной охраны посетителей?
Мила судорожно дёрнула меня за руку, стремясь успокоить и не забывать, с кем говорю, кому бросаю вызов.
– Дерзкая девочка. Жизнь тебя ничему не учит, – ехидно — холодно проговорил он, пристально глядя на меня, словно стремясь зафиксировать мой образ на долгую память. – Эта территория уже не находится под контролем охраны клуба. Вы бы ещё прямо в лес попёрлись. И там бы предьявы диким зверям бросали.
Интуитивно перевела глаза на большие, зелёные деревья.
– Ладно, бунтарка. Пошли. Я вас домой отвезу, – не предлагал, а давал знать Крылов. – А то с вашей способностью находить проблемы на ж…, – он мгновенно сжал зубы и деликатно поправился, – на пятую точку, опять в какую-нибудь историю вляпаетесь.
* * *
Суровый мужчина строго приподнял подбородок.
– Повторяю, Екатерина, вам прежде всего нужно о себе позаботиться.
Нервно и рвано выдохнула.
– Скажите, Дима жив.
Молчание убивало…
– Он жив? – Яростно вскочила с кровати, ощущая, как ломит моё тело, но физическая боль, это ничто, по сравнению с ужасными моральными терзаниями. – Скажите. Дима жив? – Дико взвыла.
Мужчина тяжело вздохнул и, вальяжно поднявшись с кресла, взял графин с и налил воды.
– Выпейте. Если хотите, я дам вам успокоительное.
Разъярённо посмотрела на него, а затем опустила разгневанный взгляд на несчастный стакан.
– Кто вы такой? Что вам от меня надо? – Пребывая в бреду, озверело прорычала.
– Меня зовут Шабанов Михаил Владимирович, – он беспечно поставил стакан на тумбочку. –