Развод. Ты мне изменил - Виктория Вестич

А я и с места двинуться не могу, хотя понимаю, что муж сейчас так же грубо меня выставит, снова оставив наедине со своей любовницей. Скольжу растерянным взглядом по кабинету и сталкиваюсь глазами с Мурадовым.

Амир словно вообще не уводил от меня взгляда. Изучает с ног до головы, задерживаясь на декольте, а затем на губах. Усмехается чему-то. Невольно ежусь от чужого мужского интереса. Не по себе, потому что не знаю, что сейчас способен выкинуть мой муж.

Амир практически не изменился. Выглядит так, словно сошел с обложки журнала: накачанное тело дорогой, пошитый явно по индивидуальным меркам, костюм не скрывает, а подчеркивает. Под тканью бугрятся мышцы, Мурадов еще и выше меня больше, чем на полголовы.

Я чувствую себя совсем крошечной, особенно когда на себе ощущаю исходящую от него ауру власти и силы. Хочется сжаться до размера крошечной точки, лишь бы Амир не прожигал меня взглядом.

— Милый… — лепечет меж тем Алла, — давай я подожду в твоей спальне? Разберёшься с делами, а затем…

— Не делай мне мозги. Домой едь, — цедит Карим и одним толчком в спину выдворяет ее из кабинета. Замечаю, что Алла от неожиданности едва не падает.

Дверь захлопывается с оглушительным звуком. Но вздрагиваю лишь я. Оба мужчины выглядят как две огромные, каменные статуи. Эмоций больше не показывают, смотрят друг на друга с непроницаемыми лицами, лишь взглядами друг друга сверлят. Тяжёлыми, тёмными, словно в поединке.

Такое уже происходило в прошлом…

— Уж так прямо никаких дел она не ведёт, да что ты говоришь… — Амир ухмыляется, скрещивая руки на груди.

Он не так напряжён, как Карим. Словно вообще не видит в нём соперника.

— Бабы не для бизнеса созданы.

А вот Булатов не расслаблен, его движения резкие, грубые. Злые. Всего за одну секунду он оказывается рядом со мной и хватает за предплечье.

— Ай! Мне больно… — пищу я робко, когда Карим стискивает слишком сильно.

Но муж, не обращая внимания, тащит меня к двери. Я упираюсь, просто хочу вырвать руку, но муж слишком силен. Ещё секунда и он вышвырнет меня прямо к Алле. А, что-то мне подсказывает, она не очень-то хорошо ко мне настроена.

— Я сказал, пусть она останется здесь. — Голос Амира внезапно леденеет настолько, что прибивает Карима к полу. Он стискивает мою руку ещё сильнее. Я едва сдерживаюсь, чтобы не заскулить от боли.

Булатов снова сверлит Амира взглядом. Даже не моргает.

В кабинете словно сгущается воздух, становится физически тяжело находиться здесь, между двух сильных мужчин. Между двух конкурентов по бизнесу и вечных соперников.

— Ты забыл, что она значится твоим бухгалтером, а? — Амир усмехается.

У меня аж воздух в лёгких застревает от нехорошего предчувствия. Да, я не работаю, просто числюсь у Карима в компании как один из работников. Он сказал, что так будет лучше, что это нужно для того, чтобы у меня просто шел стаж. Я даже никогда не была в офисе, на своём рабочем месте. Там, где должна сидеть за компьютером я, вместо меня сидит кто-то другой.

— Ты-то откуда это знаешь? — голос Карима садится до опасного рокота.

Я не понимаю его реакцию. Разве это так серьезно? Булатов даже не замечает, как моя рука выскальзывает из его ослабевшей хватки и я делаю аккуратный шаг назад. Может через окно от них сбежать?!

— Птички одни напели. А знаешь, что еще они мне на хвосте принесли? — усмешка Амира превращается в настоящий оскал. — Что ты, Булатов, уже не один год хорошенько денежки отмываешь. И под всеми отчетами, что ты для налоговой клепаешь, стоят подписи твоей жены как одного из главных бухгалтеров. И даже это еще не все. Растрата государственных грантов, уход от налогов, работа на тебя кучи нелегалов, которым ты даже не платишь толком, кормя вечными завтраками.

Каждое слово Амира бьёт на поражение не только Карима, но и меня. Я потрясенно смотрю то на Мурадова, то на мужа, не веря своим ушам. Мой муж отмывает деньги? И я, якобы, подписываю какие-то отчеты? Но я ведь даже в глаза их не видела никогда… И что это за нелегальные работники?

— Карим… что это за бред? Он же шутит, да? — чувствую, как в горле пересыхает.

Отчаянно смотрю на Булатова, ища подтверждения того, что это всё ложь. Но он не смотрит на меня в ответ. Сверлит ненавидящим взглядом конкурента и закипает ещё больше.

— Рабовладельцем заделался? Думаю, это хобби по достоинству оценят в органах, — насмешливо произносит Амир, — Как и всё остальное. И светят вам такие сроки, что мало не покажется.

Нет. Нет. Нет. Карим… он же не мог проворачивать такое? Так, что бы я даже и узнала.

Верно же, да?

Не мог…

— Карим? — шепотом зову мужа.

Но Булатов игнорирует мое присутствие. Не сводя с Амира уничтожающего взгляда, спрашивает, подтверждая тем самым все его слова:

— И что ты хочешь?

Чувствую, как холодеет внутри от осознания, что мой муж ещё хуже, чем я даже представить могла.

А на губах Амира снова появляется широкая довольная ухмылка. Он переводит взгляд на меня. Тяжёлый, тёмный. Невыносимый.

— Чего я хочу? Думаю, ты прекрасно знаешь…

Глава 10

— Марина, выйди, — сухо цедит Карим, не сводя тяжелого взгляда с Амира.

У меня сердце опускается от понимания, что все сказанные Мурадовым слова — правда. Этот ответ моего мужа все сказал лучше любых слов. Вот только почему Булатов не хочет, чтобы я и дальше присутствовала при разговоре? Ведь Амир прав, все это касается и меня! Ведь это моя подпись, как выяснилось, стоит под липовыми документами!

— Я сказал выйди! — рявкает Карим, когда замечает, что я медлю и не спешу выходить.

Снова оказывается рядом всего за секунду и хватает за руку. Его длинные, сильные пальцы сжимают до боли.

— Нет! Я не выйду. Карим, что ты устроил в компании? Объясни! — требую я, но он просто игнорирует.

Амир больше не останавливает Булатова. Видимо, мужчины решили, что теперь разговор должен пройти без посторонних ушей и муж тащит меня к выходу. Я пытаюсь упираться, но все равно спустя несколько мгновений Карим выставляет меня из кабинета прямиком к Алле.

От толчка в спину я на автомате прохожу несколько шагов вперед и почти сталкиваюсь с ней под громкий хлопок дверью. И не успеваю я отстраниться, как эта сумасшедшая тут же хватает меня за волосы!