На грани личности. Дневник практического психолога - Анна Ефимкина
– А сейчас на кого злишься?
– На нее!
Вот это и есть момент Х. Можно начинать работать, дошли до злости, нашли исходного адресата.
Второй случай: бывает и так, что дефлексия клиента выражается не рационализациями, «умными объяснениями», а глубоким молчанием. Все, тупик! Группа понемногу расползается, кто «в туалет», кто «попить», кто-то уже всхрапывает в углу… Энергия на нуле, я раздражаюсь. И вот тогда терапевту приходится делать шаг первым.
«Плохой сын, не звонишь!»
– Давай я расскажу тебе, что со мной. Я очень раздражаюсь. Потому что сессия твоя, а работать приходится в ней мне. Кто мог, тот уже сбежал из комнаты или уснул. А я не могу от тебя сбежать, я ведь ведущая. И вот непонятно, почему я должна тянуть твою работу, как локомотив. Злюсь! Для меня это означает, что ты меня используешь. А работу свою я делаю зря. Ведь если ты не участвуешь, то и взять ничего не сможешь.
На этих словах клиент немного оживает:
– Тогда я сяду на место, чтоб никому не мешать.
– Я не знаю, о ком ты говоришь, но поскольку это ответ на мои слова, я подозреваю, что ты пытаешься так отомстить мне за них.
– Ну, конечно, я вышел делать сессию, мне трудно, а ты еще говоришь мне, что я скучный!
– И когда ты это говоришь мне, то что с тобой?
– Я на тебя, конечно, злюсь! Ты же терапевт, ты должна работать!
– Давай уточним. Я не отказываюсь работать, я по-прежнему с тобой, я только сказала, какие чувства я проживаю в этом контакте, когда его невозможно разорвать, как это сделали другие люди. Посмотри, может быть, ты уже проживал нечто похожее?
– Как клиент нет, но я понимаю, о чем ты говоришь! Моя мама всегда так делает: и трубку повесить невозможно, и сама не говорит ничего, как вампир мою энергию высасывает. Позвонит: ну, рассказывай! И я должен ее веселить по телефону, когда у нее есть время и желание. И попробуй откажись, задавит потом виной: плохой сын, не звонишь!
Вот таким провокационным, но искренним методом мы пришли-таки к изначальному источнику эмоций, подавляемых клиентом. И становится ясно, почему он подавляет свое раздражение и агрессию на маму. Ведь, прояви он их, она сразу же возведет его в статус плохого сына. И, несмотря на то, что он сильно сердится, когда мама пытается «развлечь» себя за его счет, он сам усвоил этот паттерн и бессознательно воспроизводит его в контакте с людьми, в частности со мной.
Когда я показала его паттерн в зеркале нашего с ним взаимодействия, он смог дойти до чувств и осознал свою стратегию, которой в буквальном смысле разгоняет от себя людей. Напомню, что запросом этого клиента было узнать, почему у него не складываются личные отношения.
В терапии мы имеем дело с самыми разнообразными нарушениями контакта. Целью работы является восстановить утраченный контакт. С молчаливым клиентом восстановление контакта возможно «на его территории», с помощью его собственных рассуждений, зачастую связанных с той травмой, из-за которой был утрачен контакт.
Мы как бы изучаем «язык клиента», стараемся понять, о каких чувствах он пытается рассказать, вызывая в памяти примеры и события.
P. S
Каждый из Молчунов когда-то утратил контакт со значимыми для него людьми, оставшись наедине со своими чувствами. Он словно разучился говорить на общем языке, уйдя в свой собственный мир. Если поддержка в реальном мире отсутствует, человеческая психика строит себе выдуманный, где эта поддержка существует. Поэтому терапией для Молчуна будет восстановление контакта. И если терапевт вдруг станет для последнего чутким и понимающим собеседником, способным общаться с ним, а позднее – «переводчиком» для него же, то возвращение в утраченную реальность возможно.
Эти люди не молчат. Они просто забыли обычный язык, заменив его своим собственным. Придя на терапию, они сделали свой первый шаг к тому, чтобы восстановить утраченный контакт.
3. Прокачанные
«Недопрокачала»
Как-то, покупая квартиру, я увидела объявление о подходящем варианте. Когда риелтор со вздохом мученически закатила глаза, я заподозрила неладное. Но все же просмотр назначили. Навстречу вышла бодрая энергичная бабуля, очевидно готовая к общению:
– Проходите, разувайтесь. Сейчас квартира стоит два миллиона…
– Я готова купить ее сейчас. Мне все подходит.
– …Но сейчас она не продается…
– А почему квартира сейчас не продается?
– Я ее недопрокачала!
– Что?!!
– Видите, я ремонт в ней весь сама делала, кухню прокачала, коридор прокачала, все сама, все сама…
– Но мне не надо ремонт в этой квартире, я готова купить ее прямо сейчас, как есть! Сама ремонтировать буду!
– Нееет, я еще не доделала ванную, видите, я сама клею кафель? Пол уже постелила, тут будут шкафчики, все зеленым оклею… И когда прокачаю хату – цена будет 2 400 000…
Я вышла в легком шоке, мысленно поставив на этом варианте жирный крест. Очевидно, что бабушка хотела не продать квартиру, а пообщаться и посамоутверждаться. Позже риелтор призналась, что квартира в продаже уже третий год, и в течение всего этого времени бабуля продолжает ее «прокачивать», вести ремонт, повышая цену. Среди затрат бабушки также оплата рекламных объявлений на сайтах агентств, чтобы риелторы приводили ей собеседников, восторженную аудиторию, которые будут восхищаться «прокачкой» и дизайном квартиры. Этакий двойной бессознательный обман.
В терапии подобные ситуации тоже случаются. Клиенты приходят с готовыми диагнозами из собственной головы и с помощью различных манипуляций пытаются навязать терапевту работу в заданном направлении. Когда же терапевт отказывается поддаваться манипуляциям, списывают свою неудачу на некомпетентность специалиста и обиженно уходят к следующему.
Прокачанный везде учился, все знает, процитирует всех корифеев психологии, все читал, знаком со всеми подходами. Он сам подробно расскажет вам еще до сессии, что именно он пришел делать и как пойдет его работа.
Суть одна: такой клиент сначала прокачивается и только потом приходит к психологу за подтверждением своей теории.
Что за феномен? Такому клиенту важно контролировать все, что с ним будет происходить во время терапии. У него низкая толерантность к неопределенности и большой страх довериться. Когда-то родители контролировали его жизнь даже в мелочах. Это повлекло за собой скрытый бунт против их власти, который стремится прорваться наружу. И вот здесь-то и возникает сложность.
Возможно, родители были слишком строги, и страх возмездия помешал открыто восстать против
