От текста к традиции. История иудаизма в эпоху второго Храма и период Мишны и Талмуда - Лоуренс Шиффман

мы для удобства будем называть школами. В них происходили регулярные, возможно ежедневные собрания и существовала внутренняя иерархия. Со смертью учителя школа часто распадалась, а ученики уходили к другим учителям, если, конечно, один из старших учеников не имел достаточного статуса и знаний, чтобы продолжить преподавание. В последнем случае некоторые ученики оставались с новым учителем. Многие галахические и аггадические толкования, которые мы встречаем в Талмудах, возникли именно в таких кружках или школах. Некоторые учения получали распространение как в Вавилонии, так и в Палестине, передаваясь из школы в школу по мере того, как ученики и учителя взаимодействовали между собой. Подобного рода взаимодействие стало причиной возникновения некоторых параллелей между Талмудами и другими раввинистическими текстами, хотя в большинстве случаев они появились в результате позднейшей работы редакторов.

Сложно сказать что-либо определенное по поводу существования академий в аморайский период. Более чем вероятно, что в Вавилонии отсутствовали централизованные образовательные структуры, так как там политическая власть экзиларха была отделена от религиозной власти рабби. С другой стороны, в Палестине академия патриарха, размещавшаяся большую часть аморайского периода в Сепфорисе или Тивериаде, стала центром основной части проделанной там работы. В Вавилонии индивидуальные учителя обладали иногда достаточным влиянием, чтобы фактически превратить свои школы в академии, но их окружение не предпринимало попыток закрепить за собой эти позиции как наследственные и создать фиксированные административные рамки для учреждений. В этом состояло отличие рассматриваемых школ от академий.

АМОРАИ

(все даты н.э.)

Первое поколение, ок. 220-260 гг.

Палестина

Хама бар Биса

Ханина (бар Хама)

Яннай («Старший»)

Иуда бар Педая

Ошайа

Иуда

Несиа II

Йохошуа бен Леви

Завдай бен Леви

Йонатан бен Элеазар

Вавилония

Шела

Абба бар Абба (отец Самуила)

Зейра Старший

Карна

Рабба Мар Укба I

Самуил бар Абба (Йархинаа)

Рав (Абба Ариха)

Рабба бар Хана

Асси

Второе поколение, ок. 260-290 гг.

Палестина

Кахана

Йоханан бар Наппаха

Симеон бен Лакиш

Хилфа

Исаак бен Элеазар

Александри

Симлай

Хия бар Иосиф

Йосе бен Ханина

Меаша

Мани I

Танхум бар Ханилай

Вавилония

Мар Укба II Гуна

Иуда бен Иезекииль

Адда бар Агава

Рабба бен Авуга

Матна

Иеремия бар Абба

Третье поколение, ок. 290-320 гг.

Палестина

Самуил бар Нахман

Исаак Наппаха

Элеазар бен Педат

Аббаху

Амми (бен Натан)

Асси

Иуда Несиа III

Хия II бар Абба

Симеон бар Абба

Зеира

Самуил бар Исаак

Гела

Абба бар Мемель

Абба бар Кахана

Ханина бар Папай

Аха бар Ханина

Танхум бар Хия

Вавилония

Гуна бар Хия

Хисда

Улла бар Ишмаель

Гамнуна

Шешет

Рабба бар Хуна

Нахман бар Иаков

Рами бар Абба

Рабба бар Хана

Рабба бар Нахмани

Иосиф бар Хия

Четвертое поколение, ок. 320-350 гг.

Палестина

Иеремия

Хелбо

Аха из Лидды

Абин I

Ханан из Сепфориса

Юдан

Хуна бар Абин

Иуда бар Симеон

Йошуа бар Неемия

Ханина бен Аббаху

Агава бен Зеира

Пинхас бар Хама

Дими Айбу

Вавилония

Аха бар Иаков

Рабба бар Шела

Абба бар Ула

Рами бар Хама

Иди бар Абин

Абайе

Рава

Адда II бар Агава

Нахман бар Исаак

Пятое поколение, ок. 350-400 гг.

Палестина

Иона

Йосе бар Завда (Зевида)

Иуда ха-Наси IV

Берехиа ха-Кохен

Йосе бар Абин

Вавилония

Папа бар Ханан

Бивай бар Абайе

Хама из Нехардеи

Дими из Нехардеи

Следует подчеркнуть, что часто ученики были вполне самостоятельны в интеллектуальной сфере. Многие из прямых дебатов, зафиксированных в Талмудах, происходили до того, как тот или иной мудрец сам становился учителем. Некоторые современные исследователи считают, что прямые дебаты как таковые никогда не существовали, а те, которые зафиксированы в Талмуде, были созданы его редакторами. Тем не менее реальность подобных дебатов может быть доказана текстологическим сравнением их с другими дискуссиями, в которых редакторы Талмудов искусственно строили аргументацию на основании независимых высказываний тех или иных амораев. Последние можно распознать, проанализировав литературный стиль текста. В Палестине же гораздо большая часть написанного может быть атрибутирована центральным академиям в Тивериаде, Сепфорисе, Кесарии и другим структурам подобного рода. Только позднее, в эпоху гаонов и после окончательной редакции Талмудов, централизованные институты стали развиваться и в Вавилонии, что в известной степени было связано с влиянием возникших там исламских высших школ.

ОТ АМОРАЙСКИХ КОММЕНТАРИЕВ К ТЕКСТАМ ТАЛМУДОВ

Талмуды (Гемары) представляют собой сложные тексты, изначально возникшие в устной форме во время учебных сессий амораев. Порядок этих сессий определялся трактатами Мишны. В Вавилонии и Палестине для детального изучения выбирались разные трактаты, различия в выборе тем существовали даже между отдельными вавилонскими и палестинскими школами. Несмотря на то что сложный редакторский процесс (благодаря которому до нас и дошли фрагменты этих дискуссий) не позволяет с уверенностью судить об их содержании, ясно, что главным предметом дискуссий служили трактаты Мишны. Лишь изредка амораи выбирали барайту (барайта, мн. ч. барайтот — таннайская традиция, не вошедшая в Мишну) или случайно процитированный отрывок из Мишны в качестве основы для последующего обсуждения. В большинстве случаев структура Талмудов определялась Мишной.

Во времена амораев Мишна изучалась устно. Человек, обязанностью которого было профессиональное запоминание текстов (в эпоху амораев его называли танна, т.е. учитель Мишны и барайтот), декламировал вслух текст, предназначенный для последующего изучения. Затем следовали обсуждение и анализ отрывка, сравнение его с другими таннайскими традициями, включая материал Мишны и барайты, что, в свою очередь, вело к всевозможным отступлениям, к комментариям и глоссам различных амораев на обсуждаемые тексты. Многие отступления были весьма продолжительными и включали иногда аггадический анализ относящегося (или не относящегося) к теме библейского материала. Свободная манера многих из записанных дискуссий, которые зачастую сильно отклоняются от непосредственно обсуждаемой темы, является важным свидетельством того, что они действительно происходили, а не были изобретены позднейшими компиляторами.

Обычно аморайское обсуждение Мишны начиналось с указания на противоречие с другой Мишной или барайтой, затем