Рид. Операция "Пандора" - Виктория Симакова
И Отступникам, и безопасникам нужно только одно — сила Прометея. Все попытки обуздать ее ни к чему хорошему не приводили. Никогда. Из-за возможности передавать магическую силу погиб мой прадедушка Этьен Рогов. Мама пострадала, как и многие другие маги, когда чуть было не захватила власть в Коллегии. Папа после этого долго придумывал, как освободить маму из лечебницы, где ее держали безопасники. И это у него даже получилось. При моем косвенном участии. Да и как я могла пройти мимо? Как не помочь семье? Правда, мама так и не пришла в себя. Хотя, может за то время, что я нахожусь у безопасников, папе удалось что-то придумать? Чудеса случаются иногда. У меня даже обнаружился младший брат. Совсем без магии, но все же… Папин сын от какой-то женщины, но рожденный в мире магии, воспитанный магами и ставший папиным союзником и помощником.
Как меняется мир. Год назад я жила в поместье в Шотландии, думала о замужестве и вычеркнула мир магии из своей жизни. А теперь? Теперь я у безопасников готовлюсь выйти замуж за совершенно незнакомого мага. И брак этот будет политическим, чтобы показать миру магии, что всем нужно объединиться и забыть старые обиды, что перед лицом человеческой опасности нужно быть вместе. Бывшая преступница и агент магической безопасности. Что может быть смешнее?
Только то, что оба раза я выходила замуж за нелюбимых. Ладно. Другого не дано. Тот, за кого я хотела бы выйти замуж, недосягаем. Его нет, и выбора теперь у меня тоже нет. Если я хочу, а я хочу, поквитаться, то я выйду замуж хоть за агента Бабичковкура, хоть за Николая Константиновича.
Не знаю, сколько времени я так сидела, но видимо Холковский успел утрясти все формальности, потому что в комнату зашла миловидная девушка в серой юбке и белой блузке и поинтересовалась, когда мне угодно провести церемонию.
— Чем раньше, тем лучше, — буркнула я. Терпеть лекарство против магии, которым напичкали мое тело, становилось все сложнее. Одежда скрывала наручники с подавителем магии от посторонних глаз. Но мне и смотреть не нужно было, чтобы ощущать всю мерзость этих украшений на запястьях. — Хоть сейчас.
— Но мы не успеем пригласить ваших родственников, — пролепетала она, а заметив мое перекошенное от ухмылки лицо, бедная девушка почти лишилась дара речи.
— А вы кого собрались звать? — спокойно поинтересовалась я. — Родители — в розыске. Остальные — под подозрением.
— Может, друзья? — робко поинтересовалась девушка.
— Не знаю, как вас зовут, но вы не в курсе, видимо, кто я.
— Но почему же? — она вытянулась по струнке, немного щелкнув каблучками черных лодочек. — Рид Рогова, одна из самых сильных магов Европы. Дочь Ужас… Анны Роговой и Мака Мак Кенси, человека пытающегося захватить власть в мире магии.
— Отличница? — скривилась я. — Недавно из университета?
Я присмотрелась к девушке. Молоденькая, желание выслужиться и просто сделать мир лучше так и сверкает в ней. Одежда отглажена, темы выучены, как домашнее задание в школе, осталось только дневник положить для подписи или реферат сдать — и вылитая студентка.
— Да.
— Им совсем вас не жалко, что ли? — горько усмехнулась я.
«Сначала Холковский, которого, как я была убеждена, пытаются слить, потому что просто так никто не будет предлагать стать моим мужем. Теперь вот эта новоявленная сотрудница безопасников, на которую и не накричишь и не повысишь голос лишний раз, того и гляди разрыдается. А может, на это и расчет? Чтобы их стало жалко, чтобы посочувствовала их нелегкой доле и прониклась сотрудничеством с безопасниками? Не получится. Раньше, может, и прошло бы, теперь нет. После смерти Егора многое стало „нет“. Нет сочувствию безопасникам. Нет никаким чувствам и привязанностям. Ничему нет»
Дни, перешедшие в недели, которые я провела в камере, оставили след не только на теле, но и в душе, если там хоть что-то еще осталось. Подавитель магии здорово ослабил организм, сделал его уязвимым для постороннего вмешательства. Общение с Терезой в лечебнице для заключенных наглядно продемонстрировало это.
Вспоминать о таком не хочется, но забывать нельзя.
Дверь в комнату отворилась, и вошла агент Бри.
— Здравствуйте, Рид, — поздоровалась заместитель главы службы магической безопасности. За годы, что мы с ней не виделись, она стала еще толще, медлительнее и уже совсем не выглядела, как добрая соседка. Скорее, как уставшая и оттого склочная проныра, которой только и остается, что шпионить за окружающими.
— Агент Бри, я уж было подумала, что ваша служба просто шутит. И все это, — я обвела глазами комнату, — лишь антураж для меня одной. Сначала агент Холковский, теперь вот эта отличница.
— Нам совсем не до шуток, — тихо произнесла женщина и положила передо мной газету, которую принесла с собой.
На первой полосе была информация об открытии выставки в каком-то культурном центре Европы. Рядом располагалась большая фотография, на которой были те счастливчики, которым удалось попасть на выставку в числе первых. Я пригляделась к лицам на фотографии. Одно было смутно знакомым: эти глаза, наклон головы, небольшая щетина и лучезарная улыбка. Карлос.
«Друг и товарищ. Почти брат, готовый поддержать в любой ситуации. Знаю, если бы это было возможно, он бы меня вытащил отсюда, но… Мы давно не виделись. Нам есть, о чем поведать друг другу, но выдавать это стремление я не намерена. Теперь никто не узнает, что я чувствую и о ком переживаю. Хватит этих ненужных эмоций. От них только слезы и боль»
Глава 2
Дневник. Договор
Это какой-то кошмар. Вся эта договоренность. Вся эта свадьба. Это один сплошной фарс. Начиная с утренних приготовлений невесты и заканчивая брачной ночью.
Мой взгляд остановился на кровати в номере для новобрачных. Хочется
