Рид. Почти каникулы - Виктория Симакова

– Мы платим вдвое больше за срочность и забираем заказ сегодня, – тоном, не терпящим возражений, произнесла Кайса.

– О как. Ну что же, тогда вам нужно немного подождать.

– Хорошо, если немного.

Дворецкий снова закрыл дверь, девушки уселись прямо на ступеньках, ведущих в особняк. Солнце пряталось за горизонт. Его лучи уже не дарили тепло, но обещали надежду на новое начало следующего дня. Кайса периодически оглядывалась по сторонам и проверяла наличие денег под пальто.

– Не знала, что так ловко умеешь торговаться.

– Не знала, что Париж вечером такой и эта башня… – Кайса мотнула головой в сторону, – такая необычная.

– Эйфелева башня, – Рид закинула ногу на ногу. – Тебе надо чаще бывать в мире людей, подруга. Интересоваться их жизнью. Эта металлическая башня в центре города самая узнаваемая его архитектурная достопримечательность и названа в честь главного конструктора Гюстава Эйфеля; сам Эйфель называл ее просто «300-метровой башней» Она была построена людьми без применения магии.

– Зачем? – в глазах девушки читалось искреннее удивление. – Здесь нет ничего интересного. Даже эта железная башня. Что в ней такого примечательного?

– Для кого-то, может, и ничего, но это символ города, его красоты, новаторства и стремления к невозможному. В свое время люди думали, что нельзя построить нечто подобное. Башня была построена в 1889 году и задумывалась как временное сооружение. Но Эйфель доказал, что многие ошибаются. Можно сделать все, главное – работать для этого. Это было давно. – Риджина зажмурилась, когда солнечный луч попал ей на глаза. – Сейчас есть строения и выше, сложнее, чем башня, но долгое время именно Эйфелева башня считалась самой высокой постройкой.

– Да уж, – задумчиво протянула Кайса. – Риджина, как тебе удается столько всего помнить? Истории магов и людей, заклинания, правила и еще кучу всякой ненужной информации и ерунды, которой пичкают нас на занятиях. И ты все это помнишь.

– Интересно, – Рид немного смутилась. – История сама по себе занимательная наука. Потому и запоминается легко.

– История – это не наука. – Кайса скрестила руки на груди. – Ее переписывают все кому не лень. Уж ты должна лучше меня это знать. История – это собрание фактов. А факты интерпретируются правителями по своему усмотрению. Наука – это физика, химия, математика. Там есть точность, система, и они ни от кого не зависят.

– И боевая магия? – усмехнулась Рид.

– И боевая магия. А что? Там тоже есть правила и законы.

– В истории все это тоже есть, только несколько иное. Когда человек пишет воспоминания о своем времени, то он отражает свой субъективный взгляд, хоть и стремится к объективности. А про переписывание – ты права. Без этого некуда. История наполнена воспоминаниями людей и магов, а они меняются со временем. Поэтому история меняется вместе с ними.

Некоторое время девушки сидели в тишине, наслаждаясь атмосферой вечернего Парижа. Вскоре открылась дверь и появился дворецкий с неизменным презрительным выражением лица. В руках мужчина держал серебряный поднос, на котором находились два бумажных пакета и листок с цифрами за оказанные услуги.

– Деньги, – он протянул свободную руку. – Вы можете забрать заказ, – произнес дворецкий, как только Кайса положила пухлый конверт на поднос. – Мы старались для правнучки Зои Роговой, так ей и передайте.

Глава 21. Дневник. Магия в действии

– Вот это да, – Кайса улыбалась и вертела в руках старую монету. – Не могу поверить, что вот эта штуковина откроет нам путь на контрабандный рынок.

Мы все еще находились под впечатлением от подарка, полученного в Париже от хозяина старинного особняка. Две потертые монеты, ничем не примечательные. В умелых руках они открывают путь к рынку запрещенных товаров недалеко от школы. Дворецкий предупредил, что пользоваться ими часто нельзя. Мы, конечно, и сами догадались, что, чем чаще наведываться за запрещенными покупками, тем больше вероятность, что Николай Константинович обнаружит несанкционированные порталы.

Для студенток, не получивших еще собственные магические браслеты, это было королевским подарком. Кайса, когда поняла, что за монеты у нас в руках, прыгала и смеялась от счастья очень долго. Если бы ее брат видел все это нескончаемое веселье, то точно усомнился бы, что он младший в семье. Я ничем не отличалась от подруги, вместе мы радовались как дети.

– Риджина, ты была права – воздух Парижа кружит голову, – заявила Кайса, когда мы наконец-то вернулись в особняк Зои Роговой.

Возражать прабабушка не стала, видимо, не смогла подобрать слова, глядя на нас. К тому же мы так стремительно рванули на второй этаж, где располагались наши комнаты, что она ничего и не успела бы нам сказать.

В школу мы вернулись с готовым планом действий и всеми необходимыми ингредиентами. Теперь было необходимо создать зелья и пробраться в кабинет магистра Виторио-Айгуша. Так как именно там должна была храниться информация о практике – как нашей, так и группы Луки. Тот, кто мешал нам, знал все необходимое об обеих группах. И это должно было быть где-то записано.

– Есть идеи, где нам зелья готовить? – Кайса забралась с ногами на свою кровать, оставив монету в покое. – Сразу говорю, что ничего покупать не будем. Отец, как узнал о походе в банк, сразу перевел нас на режим жесткой экономии.

– И Свена?

– Ага, – в синих глазах подруги плескались злобные огоньки.

– И чего ты такая довольная?

– Так это же младший брат.

– Может, здесь? – предположила я. – Вот только…

– Что?

– Ничего, – попыталась отмахнуться, но от Кайсы так просто не отделаешься.

– Выкладывай.

– Такое чувство, что нам лучше не афишировать, чем мы собираемся заниматься.

– Нет. Мы с транспарантом пойдем по коридорам общежития, – недоумение так и сквозило во взгляде подруги.

В итоге мы все же решили отправиться в класс для занятий по приготовлению зелий.

– Только пойдем туда не ночью, а днем. Когда все на занятиях будут. Студентки ночью в учебном классе – это подозрительно, а вот днем…

– Идут на занятия, и мы вроде как при деле, – закончила мысль Кайса. – Надо только Свена поставить смотрящим, чтобы предупредил, если вдруг кто поблизости ходить будет.

– А он согласится? После экономии?

– А то! У меня же есть заначка, – усмехнулась Кайса.

Ночью спалось не очень. Снилась какая-то ерунда, и запомнить ничего не получилось. Ощущения нервозности и волнения не покидали. Не каждый день собираешься нарушать одно из основных правил школы: без магистра в класс не заходить. Все же это школа магии и всякое могло произойти, тем более при составлении зелий и заклинаний. Ничего серьезного еще не случалось по этим предметам, но ключевое слово «еще» как-то настораживало. Да и, по рассказам родственников, в мире магии возможно всякое.

К тому же я переживала за Луку. Его практика вот-вот должна была закончиться. И если кто-то хочет сорвать полукровкам испытание, то надо действовать сейчас. Лука с остальными ребятами нашего курса находились в опасности. И даже присутствие магистров за полярным кругом не успокаивало.

Заснуть удалось ближе к рассвету. Снова снились непонятные сны. А потому неудивительно, что мы с Кайсой проспали: я не выспалась, а она – просто любит поспать. Вот и теперь подруга бегала по комнате в коротеньком пеньюаре, не зная, что колдовать в первую очередь: одежду, обувь или макияж. В итоге она остановилась и наколдовала себе блузку бледно-розового цвета, черные брюки и туфли на невысоком каблуке.

– Макияж? – зевая, спросила я.

– Естественность уже не в моде? А ты чего не одеваешься?

Сидя в кровати, я обдумывала запасной план. Бабушка Агата частенько повторяет, что наличие запасного плана – это большой шаг к победе. А в нашей ситуации нечего разбрасываться вариантами, способствующими достижению целей.

– Если получится, то попаду в кабинет магистра и, может, удастся покопаться в ящиках его стола в поисках документов.

– То есть ты специально прогуливаешь завтрак? – После моего кивка Кайса умчалась в ванную комнату.

– Ну что, получилось? – поинтересовалась Кайса, когда мы встретились в столовой за обедом.

– Нет, – злобно