Ученик - Кирилл Сергеевич Довыдовский

— Есть опыт?

— Только с крысами, — ответила она.

— Пойдет, — махнул я. — Только тут нужно искать средоточия. Рядом с ними должны быть резервуары…

Я наскоро пересказал ей то, что до этого объяснял мне Ефим. Ну и выдал одну из склянок, что были у меня с собой в рюкзаке. Ефим мне доходчиво объяснил, что настоящий добытчик даже в космический гальюн без посуды под Краску не заходит.

Затем я взялся за своего Волка (К2).

Ориентируясь на Ясновиденье, отыскал средоточия, определил резервуары с Краской. Цвет у нее, кстати, был красный. Такого на Лире не бывало. И ощущалась эта Краска немного по-другому.

Но сам Волк, к сожалению, не слишком обрадовал. Пусть он и был сильно крупнее, Краски с него вышло ненамного больше, чем с моей прошлой Стрекозы (К2). Впрочем, немного удалось компенсировать за счет клыков. Это даже была не Окрашенная Кость, а что-то более редкое. Внутри ощущалась концентрированная Краска.

С мясом я уже возиться не стал. Его мне реально было некуда класть. Да и не факт, что его вообще прожуешь.

Первым разделку, кстати, закончил Лаз. У него — я этому не особо удивился — тоже оказались с собой пузырьки под Краску.

А еще в «тройке» обнаружилось Семя.

— Грязное, — прокомментировал он. — Как делить будем?

— Ну, ты нас привел, — пожал я плечами. — Плюс сам с тройкой справился, так что с нее все твое. Мы этих двоих поделим.

Тун начал говорить, что он ничего не сделал, но его неожиданно одернула Чу.

— Приз общий, — сказала она. — Либо главный делит, либо на всех поровну.

Она бросила взгляд на меня. Гм… По количеству вышло не очень ровно. Два пузырька с красной Краской, наполовину заполненных. Чистота, приблизительно, процентов двадцать, может чуть повыше. Еще четыре клыка, ну и ткань с резервуаров.

Себе я сразу взял одну из склянок. Чу долго думала, но в итоге предложила отказаться от Краски, если ей отдадут все клыки. Явно хотело что-то придумать для своих стрелок. Все клыки я ей все-таки не отдал. Хотел все-таки показать Ефиму. Но три из четырех она получила.

На том и порешали. Ну а ткань от резервуаров мы поделили с Туном.

Да, самое-то главное.

Когда мы все закончили, я снова заглянул в карточку.

И:

9. Михаил Звездный

— Стихия:

— Псионика: 7 (-1)

— Кибернетика:

— Классическая магия:

— Мистика: 10

— Физподготовка: 8

— Философия:

Плюс три балла!

Расспросив остальных, я узнал, что столько же прибавил Лаз. Плюс два получила Чу. Ну и Тун ограничился добавлением одного балла.

— А ведь логично! — проговорил кибернетик. — Тут явно какая-то автоматическая система оценки. Вот только как она работает…

Я в этот момент скорее думал о том, что и восьмерка ведь не максимальное число.

Точно!

Сосредоточившись, я подхватил Телекинезом все три тела Волков. После удаления Краски, манипулировать с ними стало куда проще. Тела я отнес по воздуху максимально глубоко в лес. На сотню метров примерно.

Кто-то их там точно подъест, но будет это не рядом с хижиной.

И вот уже после этого прямо на моих глазах восьмерка на карточке сменилась на девятку.

— Ты хорошо в этом разбираешься, — проговорил Лаз после всего. — И с волками справился…

Несколько секунд он о чем-то думал. А потом заявил.

— Мне пора.

И тут же вызвал Привратника.

Бледный перевозчик был как всегда немногословен. Появившись, создал для Лаза портал, в который тот почти сразу и нырнул.

— Так, если поторопимся, то успеем вернуться в Большой Зал, — сказал я.

— Ты хотел тут что-то изучить, — заметила Чу.

— Да вроде все изучили.

На самом деле я вдруг ощутил, что мне лучше не отправляться сразу домой. А все же вернуться сначала к школе.

Как будто даже…

Старик?

Учись понимать то, что чувствуешь.

Спасибо, конечно. Все прям понятно стало.

Ощущение явно было связано со способностью Навигатора, но это все, что я мог сказать.

— Все лучше, чем тут стоять, — сказала девчонка.

Тун тоже не был против.

И мы двинули обратно к замку.

Глава 29

Злобин и Тумановы

До конца шестого часа оставалось всего минут пятнадцать, когда мы на полном ходу влетели в Большой Зал.

Чу с Туном уже едва ли не с языками на плечах висели. Я тоже успел запыхаться.

Большой Зал оказался заполнен учениками. Не как до этого — пара групп и все — народу внутри было точно под сотню.

Шло какое-то горячее обсуждение.

И первым, что я услышал — злорадный возглас Виктора Фонте (3).

— Удачи со сдачей Стихии, Звездный!

— Ой, и тебе удачи тоже! — с искренней улыбкой отозвался я.

На лице у него возникло озадаченное выражение. С ним я его и оставил, проходя дальше в зал. Я высматривал Алекса и вскоре увидел его.

Они стояли в небольшом кружке в компании с Альбой Капетинг (5), Федором Борковым и… Раулем Каверне (6). Чуть в стороне, обозревая пространство, возвышался четырехрукий верзила Гривус.

И первым мне помахал как раз Каверне.

Хоть мы с ним до этого даже не разговаривали.

— Михаил! — улыбнулся он, когда я подошел. — Мы, кажется, не представлены. Рауль Каверне, к вашим услугам.

— Михаил Звездный, — кивнул я. — Будущий владелец сих мест. Но можно просто Михаил.

В ответ Каверне сразу рассмеялся. Причем до того естественно, что я даже почти поверил.

— Федор мне уже рассказал о вашем неподражаемом чувстве юмора, — улыбнулся он. — Вижу, он ничуть не преувеличил. Я подошел только чтобы засвидетельствовать почтение. Ну и указать, что считаю поставленные преподавателем Стихии условия крайне несправедливыми. И если я хоть как-то смогу помочь, то обязательно сделаю это.

— Условия? — повторил я.

Тут уже заговорил Алекс.

— Он сказал, что допустит до текстов только стихийников.

Ха! Вот это поворот!

— То есть, даже ноль…

— Да, — кивнул Алекс.

— Оттого и этот бедлам, — добавила Альба, окинув взглядом Зал.

Действительно, теперь стало понятно.

Стихийники и псионики все также стояли отдельными кучками. Но были и отдельные выкрики в сторону друг друга. Насмешливые и злорадные — со стороны стихийников. Недовольные — со стороны псиоников.

— А кибернетики? — спросил я с интересом.

— Принцессу Микромира граф допустил до испытания со всем радушием, — отозвался Каверне. — И даже выдал оценку в семь баллов.

Принцесса… а, ну это видимо про Эффиджи.

Тут я, впрочем, не был удивлен. Она ведь и псионике высоко забралась. Очевидно, что ее способности позволяли ей