Анистелла. Звездные крылья - Сэм Андерсон

— Потому что санталы уже связали вас. Для вас двоих эта связь, разумеется, носит незначительный характер. Но ты помнишь, что сказала главная сантала?

— Разрыв связи может привести к серьёзным последствиям. Ритуал следует провести, когда тела и души будут готовы.

Лиан обошла стол и приложила руку к сердцу.

— Уверена, что я была готова ещё несколько лет назад.

— У тебя есть основания не доверять санталам? — спросил отец.

— Нет.

Тело должно было подрасти и окрепнуть, а душа подготовиться к сильному давлению извне, чтобы санталы могли разорвать связь.

— Я отправлю нескольких воинов с их отрядами на восток, — начал отец. Лиан внимательно слушала его. — Гончие в Орнисе с ума сходят. Через пару дней отправим их выслеживать орков.

— За это время они побоятся пройти в лес.

— Я тоже так подумал. Хочешь отправиться туда?

Свет из высоких окон уже достиг стола, поэтому бумага с картой почти засветилась в зале, где всё было обставлено тёмным деревом.

— Ты отправишь Брена, если я не поеду?

— У Брена есть миссия. — Отец отошёл от стола и присел в кресло. — Готовность Киллина биться с Айолантой похвальна, но он порождает много волнения среди жителей. Брен должен успокоить население.

— Только ему и удастся, — улыбнулась Лиан. — Он ведь любимчик.

— Ты принижаешь свои способности.

Лиан положила ладонь на отцовское плечо. Седина уже тронула пряди на затылке, но лицо оставалось молодым. Отец не чувствовал тяжести во всём теле, но он хотел передать трон Хэдину в назначенное время, чтобы стать одним из советников и помогать управлять.

— Нам не нужна эта война, — сказала Лиан.

Отец промолчал.

Она знала, что он понимал, но за последние дни настроение среди жителей и воинов значительно поменялось. Отец Хэдина, лорд Киллин поддерживал любого, кто был готов к войне. Используя свои силы, он самостоятельно породил страх и жестокость, которые должны были вылиться в готовность биться.

— Почему бы тебе не отстранить лорда от военных дел на какое-то время? — спросила Лиан.

— Киллин руководит половиной армии. Это право, которое я не смогу отнять у их семьи.

— Неужели нам необходима эта гарантия мира?

— Две семьи должны существовать в гармонии, Лиадан. Без равного деления обязанностей Милэйн уже давно погрузился в пучину смерти, а орки овладели королевством.

— Но большая часть обязанностей на тебе.

— И я не должен использовать свою власть, чтобы принижать семью Лэйнсфонов.

Система правления в Милэйне была очень сложной, но ни у одной семьи не возникало желания захватить престол для себя. Много веков назад первые правители создали свод правил и вырастили поколение, в котором не было жажды власти, способной уничтожить другую семью.

Иногда случались ссоры и незначительная борьба в виде лёгкого давления одной стороны на другую, но в такие моменты в Милэйне вмешивались санталы, которые призывали выбрать другого правителя. Если бы король Арвэль и лорд Киллин стали ругаться из-за престола, санталы могли потребовать выбрать будущего короля из следующего поколения правящей семьи. Учитывая закон, им должна была стать Лиан или Брен. Но борьбы за престол не было. Лиан и Брен отказались от короны, потому что они могли рассчитывать на этот отказ, и трон перейдёт к Хэдину.

Это стало началом того, что лорд Киллин, как отец будущего короля, начал действовать.

— Он уже в Орнисе?

Лиан заметила, что не видела лорда Киллина уже несколько дней.

— Да. Отправился туда вчера. Говорил с Хэдином о пересмотре его приоритетов.

«Конечно, — подумала Лиан. — В семье Лэйнсфонов всегда хотели воевать».

— Ты собиралась поговорить с санталами?

— Да.

— Тогда лети. — Отец встал с кресла. — Я прогуляюсь по саду и поищу твою маму. В последние дни мы мало времени проводим вместе.

Лиан встала на носочки и поцеловала отца в щёку. Она всегда радовалась, что ей достался такой родитель. Чуткий, добрый и справедливый. Чего нельзя было сказать про отца Хэдина.

В десяти минутах полёта от королевского дворца на север находился вход в пещеру, прикрытый толстыми вьющимися к низу синими цветами. К санталам могли приходить все жители Милэйна. Они общались со всеми и помогали каждому, кто нуждался в этом. Помимо волшебной силы санталы обладали спокойным характером и умением выслушать и дать дельный совет.

Лиан не знала, зачем точно прилетала сюда. Ей нужен был совет и ответы на некоторые вопросы. Она приземлилась на мягкой траве, покрытой тонким слоем тумана. Высокие деревья скрывали небольшую гору. Их листва не двигалась даже в самую ветреную погоду. Они оставались зелёными, когда плотный снежный покров покрывал Милэйн.

Санталы сами управляли местом, которое считали своим домом.

Лиан подошла к входу. Лианы разошлись в разные стороны, пропуская принцессу в мир синих светлячков, запаха мокрых камней и кристальных стен, от которых отражались любые звуки.

От входа вглубь пещеры уходила тропинка, окружённая двумя ручьями с прозрачной водой, которая вела вниз, под землю, к подводным рекам. По этим рекам санталы могли передвигаться по всему Милэйну и попадать на северный выход к океану и прямиком в волшебные воды Сифры.

Лиан прошла под каменной аркой, украшенной синими цветами, и остановилась возле высокой стены, за которой мелькали огни. Водяная стена служила проходом в дом сантал и предупреждала о гостях.

Вода задрожала под силой с другой стороны и образовала дыру. За ней Лиан увидела женщину.

Кожа сантал была гораздо бледнее, чем у обычного человека. Длинные синие волосы касались земли. Передние пряди некоторые санталы закалывали назад, но всегда держали их распущенными, как знак единения с природой. Платья, созданные самими санталами, выглядели, словно водяной покров. Магическая ткань переливалась синевой и отражала любой свет от кристаллов и светлячков. Верхушка держалась на тонких лямках, а юбка доходила середины лодышки. С краёв снизу сыпалась синяя пыльца, которая проникала в землю и наполняла её энергией.

Многие санталы были похожи между собой, но различия, вроде разреза глаз и роста, всё же имелись. Их объединяли одинаковые одежды, длинные синие волосы и синие глаза, напоминающие океан. Если долго в них смотреть, можно увидеть волны, ударяющиеся о края. Босые ноги ступали по земле аккуратно и даже с любовью, боясь навредить природе и общаясь с ней через эти прикосновения.

В пещере насчитывалось больше пятидесяти сантал, но одна из них