Хоккей без ошибок. Джексон и Кейтлин - С. Тилли

– Такими – это какими?

Кейтлин откидывается на стуле.

– Например, когда мне было десять лет, он вылил на мою кровать воду, пока я спала, а потом убедил меня, что я описалась. Я была в ужасе. В тот день тайком постирала свое постельное белье, потому что мне было слишком стыдно рассказывать об этом родителям. Прежде чем он рассказал мне, что это сделал он, прошли буквально годы! Уф! Он хуже всех. А теперь он учитель четвертых классов, если ты можешь в это поверить. На самом деле он отлично справляется и хорошо относится к своим ученикам, но я уверена, это только потому, что его взросление остановилось в их возрасте.

Не могу удержаться от смеха.

– Интересно, смогу ли я провернуть этот розыгрыш с водой с моей сестрой сейчас?

Котенок шлепает меня по руке и ругает:

– Даже не смей!

И я улыбаюсь как дурак. Потому что девушка, которая мне нравится, только что прикоснулась ко мне.

Выражение лица Кейтлин застывает.

– Даже не подумала о брате.

Я хмурю брови.

– Что ты имеешь в виду?

– Он огромный фанат «Буранов»! Никогда не обращала внимания на его разглагольствования о хоккее, но я в курсе, что он смотрит все игры. Я видела его в ваших майках. Думаю, у него их несколько. О боже, а что если у него есть твоя майка? Если он узнает, что мы… ну… ну ты понимаешь…

Она смотрит на меня в поисках помощи, но замечает, что я лишь ухмыляюсь. Поэтому снова шлепает меня по руке и произносит:

– Заткнись.Когда он узнает, что мы знакомы, будет донимать меня до тех пор, пока я не представлю вас друг другу. Так что вспомни свой самый ехидный смех, когда мой брат появится у тебя на пороге с татуировкой твоего лица во всю спину.

Самодовольно улыбаюсь.

– Я справлюсь с твоим братом, Котенок.

И тут раздается стук во входную дверь.

Еда уже здесь; я никого не жду. Черт, когда я сказал Генри, что мне больше не нужно звонить, имел в виду только курьера! Иногда забываю, каким буквальным он может быть.

– Извини. Ума не приложу, кто бы это мог быть. Но раз уж я встал, то могу долить нам воды.

– Нет, ты открывай дверь, а я наполню стаканы, – произносит Котенок, вставая.

Желая поскорее вернуться к нашему разговору, подхожу к двери и распахиваю ее. Вижу перед собой Люка.

Он сразу же пытается пройти в квартиру мимо меня. Я кладу руку на дверную раму, все еще держась другой рукой за ручку, прекрасно понимая: это будет самым наименее деликатным намеком, что он не вовремя.

– Привет,Джексон. Чем занимаешься? – спрашивает Люк, выворачивая шею, чтобы рассмотреть, что же я там прячу.

– Люк! Как неожиданно!

– Ты ведь в курсе, что нормальные люди начинают с «Привет» и «Хочешь зайти?» Может, мне нужно позвонить твоей маме и спросить, где она ошиблась, воспитывая тебя?

Я никоим образом не пытаюсь спрятать Котенка от Люка. Просто хочу, чтобы он ушел.

– Извини, но сейчас не самое подходящее время. Мы можем встретиться завтра?

– Не получится, приятель. Тренер уже едет. – Его улыбка превращается в оскал. – Прямо сейчас.

– Ты серьезно? Какого черта?

Я убираю руку, и Люк, не теряя времени, протискивается мимо меня.

Он замечает Котенка, стоящую на кухне, и замирает на месте.

– Кейтлин! Рад тебя видеть.

Люк медленно оборачивается и удивленно смотрит на меня, приподняв бровь.

Она машет ему рукой.

– Привет, Люк.

– Джексон уже вернул тебе твою двадцатку? – смеется он.

Прежде чем ответить, Котенок бросает взгляд на меня.

– Это была плата за твою помощь. Ее не нужно возвращать.

Я мысленно делаю пометку как-нибудь вечером засунуть купюру в ее карман.

– Да-да, это прекрасное маленькое воссоединение и все такое, но, Люк, у тебя нет желания рассказать, почему сюда едет тренер?

– Он позвонил и сказал, что хочет просмотреть отснятый материал для игры против Виннипега на этой неделе. И сказал, что мы встречаемся здесь. Видимо, потому что ты не занимаешься ничем интересным. Ни с кем. Никогда. – Он подмигивает Котенку. – Не думал, что мне потребуется предупреждать тебя о приезде. Могу позвонить тренеру и попросить его перенести встречу на завтрашнее утро.

Котенок вклинивается в наш разговор.

– Не нужно! Джексон, я найду чем себя развлечь, пока вы тут занимаетесь своими делами. Или мы можем просто продолжить в следующий раз. Не хочу мешать вашей командной деятельности.

Когда я уже думаю, что эта девушка не может стать более идеальной, чем есть сейчас, она дает мне понять, что считает игру в хоккей настоящей работой, а не просто моим увлечением. Быть профессиональным спортсменом – тяжкий труд, но для большинства это всего лишь выезды на игры и веселье.

– Не уезжай. Пожалуйста. – Подхожу к Котенку и кладу руку ей на плечо. – Это ненадолго.

– Меньше часа точно, – поддакивает Люк.

– Хорошо, – почти шепотом произносит она и смотрит на меня так, что я прижимаюсь к ней еще крепче.

Мне хочется максимально сократить расстояние между нами. Прижаться к ее губам. Почувствовать, как она тает во мне. Я очень хочу, чтобы сейчас мы были одни.

– А почему только вы двое смотрите эти видео с тренером? – прерывает она мои грезы.

– А? – Моему мозгу требуется секунда, чтобы перезагрузиться. – О, Люк и я – капитаны.

Ее глаза удивленно распахиваются.

– Правда?

– Боже, не надо так удивляться! – отзывается Люк. – Я знаю, что он полный болван, но Джексон – приличный хоккеист.

– А ты идиот, – бросаю я Люку через плечо.

Отпустив Котенка, я иду в сторону коридора.

– Пойду приберу кабинет, чтобы мы могли побыстрее начать и побыстрее закончить.

Уже входя в кабинет, снова слышу стук в дверь. Должно быть, это тренер.

– Люк, открой дверь! – кричу я.

Мне требуется всего пара минут, чтобы все подготовить: освободить стулья, включить компьютер и подключить экран на стене. Думал, Люк приведет тренера сюда сразу же после его прихода, но, должно быть, они все еще в гостиной болтают с Котенком.

И это последнее, черт побери, чего бы я хотел сегодня!