Хоккей без ошибок. Джексон и Кейтлин - С. Тилли

– Не даю ей возможности ответить. – Я скажу тебе, что бы произошло. Этот придурок до тошноты бы рассекал лед весь день, а потом в мгновение ока вылетел бы из команды. И надеюсь, что это случилось бы до того, как твой отец перебил бы ему коленные чашечки в раздевалке, пока никто не смотрит. Как думаешь, я права?

Изабель смотрит мне в глаза и произносит:

– Вот черт!

Глава 16

Кейтлин

Несмотря на то что это еще один наш вечер, который был прерван какими-то непредвиденными обстоятельствами, я все равно получаю массу удовольствия. После того как Изабель смирилась, что теперь профессиональные хоккеисты для нее недоступны, Стеф намешала нам по бокалу очень крепкой «Маргариты».

Мы перенесли нашу вечеринку в кинотеатр. Здесь можно быть настолько громкими, насколько захотим, и это прекрасный повод вернуться на этот удивительно удобный диван. Включили неяркий свет, и каким-то образом Стеф нашла способ синхронизировать свой телефон с телевизором, чтобы включить на «Ютубе» видео с котятами.

Рассказываю, как мы с Джексоном познакомились, об игре на следующий день и историю с мамой Мэри. Изабель находит все это очень забавным. Стеф звонко смеется. И это невероятно, ведь я знаю, что она уже слышала эту историю от самой Мэри. Но, возможно, «Маргарита» делает мой рассказ еще более задорным.

Поерзав плечами, я еще глубже зарываюсь в угол дивана. Тот самый угол, в котором лежала с Джексоном. Мэри и Стеф сидят на центральной части, а Изабель – напротив меня на дальнем конце.

Я обращаюсь к Изабель:

– Ты всегда жила в Миннесоте?

– Я? – Ее брови поднимаются. – Вроде как успела везде пожить. Мы часто переезжали, когда я была маленькой, поскольку папина работа каждые пару лет приводила нас в новый город. Нас было двое – только он и я. Так что – не считая смены школ – в том, чтобы взять и переехать с места на место, не было ничего сложного.

Мэри смотрит на Изабель с материнским сочувствием.

– О, дорогая, я знаю, как трудно бывает приспособиться к новой школе. Должно быть, тебе было непросто.

Вздохнув, девушка признается:

– Радужно и солнечно было не всегда, но я понимала, насколько важна папина карьера. Он был занят, однако отец находил время и для меня. Заботился о том, чтобы у его дочери было все самое лучшее. Мы провели несколько лет в Айове, но среднюю школу я окончила в Нью-Йорке. Мне там понравилось, так что я осталась учиться в колледже, а когда папа получил эту работу, решила вернуться обратно. Средний Запад всегда казался мне домом, и я скучала по нему.

– Здесь очень здорово, – киваю я. – Я прожила здесь всю свою жизнь, не считая путешествий. Ты сказала, что училась в колледже в самом Нью-Йорке?

– Не совсем. Я училась в Корнелле, так что скорее в центральной части штата.

– Черт побери, девочка! – Мои глаза округляются. Я определенно ошиблась, приняв ее за глупенькую блондиночку.

– Впечатляет, – соглашается Стеф.

Изабель пожимает плечами.

– Что ты изучала? – спрашиваю я.

– О… эм… я специализировалась всего лишь на финансах и экономике.

– Всего лишь? – смеясь, переспрашиваю я. – Типа «я всего лишь крутышка в цифрах, ничего особенного».

Изабель отводит взгляд.

– Я работаю страховым андеррайтером[5], ничего особенного.

Сложно сказать при таком тусклом освещении, но, кажется, она покраснела. Это заставляет меня усмехнуться.

– Черт, Иззи, да ты ботаник!

Изабель выпрямляет спину и смотрит мне в глаза, а затем отводит взгляд. Должно быть, я ее обидела. Думала, она поймет шутку.

– Прости, это не в плохом смысле. Это комплимент. Хотела бы и я быть отличницей по математике, но это просто не мое.

Когда Изабель отвечает, ее голос слегка дрожит.

– Нет, дело не в этом. – Она замолкает. – Просто ты назвала меня «Иззи».

– О, извини. Это просто сокращение. Если тебе не…

– Мне нравится, – перебивает меня она. – Просто никто никогда не сокращал мое имя. Я имею в виду, кроме моего папы. – Когда она поднимает руку, чтобы быстренько провести ладонью по щеке, я чувствую ответное напряжение в груди. – У меня не так много подруг.

– Ну теперь у тебя их несколько, – произношу я.

Иззи смотрит на нас троих, и я замечаю, как Мэри и Стеф согласно кивают головами.

Обстановку разряжает Стеф.

– Выпьем за это. – Она поднимает свой бокал. – Чем больше сучек, тем веселее!

– И громче! – поддерживает Мэри.

Мы с Иззи поднимаем свои бокалы и звонко касаемся ими.

Сделав глоток, ловлю себя на мысли, что в голове возникает одна задумка.

– Возможно, спортсмены тебе не подходят для свиданий, но – с такими мозгами, как у тебя, – ты могла бы на них работать. С твоим образованием и опытом из реальной жизни ты могла бы открыть свой собственный бизнес. Стать финансовым планировщиком или инвестиционным гуру, или как там это называется у хоккейных звезд. Помимо того, что у тебя есть ум, у тебя есть и другой, возможно, самый труднодостижимый инструмент – доступ к игрокам.

К тому времени, как я заканчиваю, Стеф практически спрыгивает с дивана.

– Черт возьми, это блестящая идея! Иззи, ты должна попробовать! Ты была бы идеальна в этом!

Иззи растерянно смотрит на нас, покусывая губу.

– Я не знаю. Думаете, они воспримут меня всерьез?

Мэри насмешливо усмехается.

– Конечно воспримут. И девочки правы: это отличная идея. Эти мальчишки ничего не смыслят в том, что делать со своими деньгами. Большинство из них спускают их на стриптизерш и дурацкие машины.

– Мама! – восклицает Стеф, смеясь.

– Не мой Джеки, конечно. – Мэри бросает на меня взгляд. – Он ни за что бы так не сделал.

– Ни в коем случае, мэм, – соглашаюсь я, стараясь сохранить серьезное выражение лица.

– Знаешь, а ты права. Это прекрасная идея! – улыбается Иззи. – Я всегда хотела быть сама себе начальником. Но… Я ничего не знаю о том, как открыть свой собственный бизнес.

– Я знаю! – Я прикрываю рот рукой, потому как увлеклась и слишком громко это сказала. Понизив тон до нормального уровня, продолжаю: – Ну, не именно я, но у моей лучшей подруги свое дело. Она организатор мероприятий, здесь, в городах-побратимах