Хоккей без ошибок. Джексон и Кейтлин - С. Тилли

безопаснее, чем ходить, уткнувшись в телефон, пока пишешь сообщения, и потому, что он хотел услышать мой голос. Я просто упала в обморок на этом месте. Настолько, что не смогла придумать, что ему ответить, и Джексон пошутил, что, чтобы услышать мой голос, нужно, чтобы я что-тоговорила.Это заставило меня прийти в чувства и продолжить разговор.

Не знаю, чем занимался он сегодня, но сказал, что мама уже предупредила его о том, что я буду гулять с девочками и что ему нужно будет оставить меня в покое в этот вечер. Я отчаянно хочу увидеть его снова, но благодарна ему за то, что он не пытается прервать наш девичник. Не знаю, смогла бы я устоять перед искушением, если бы Джексон попытался сманить меня, ведь проводить время с друзьями очень важно.

– А это то, что я называю кататонической Кейтлин[8], – доносятся ко мне слова Меган.

– Что? – Понимаю, что отвлеклась, и замечаю на себе три пары глаз. Меган выглядит особенно самодовольной, поэтому я парирую ее с ложной самоуверенностью. – Я не кататоническая. Я в моменте. Супердзен.

Меган закатывает глаза.

– Ты не одурачишь этой ерундой даже девчонок. Уверена, даже тот дедуля с выключенным слуховым аппаратом, чтобы не слышать свою невестку, может расслышать притворство в твоем голосе.

Я ничего не могу с собой поделать. Оборачиваюсь, чтобы взглянуть на угловой столик. Разумеется, там оказывается большая компания людей – со стариком, настолько сосредоточенным на своей еде, что он даже не обращает внимания на машущие перед ним руки молодой женщины, громко обращающейся к нему. У Меган нет возможности доказать свою теорию о слуховом аппарате, но я склоняюсь к тому, что она права.

Я качаю головой и замечаю, что не единственная, кто посмотрел в ту сторону. Похоже, Иззи искренне беспокоится об этом дедушке.

– Влюбом случае… – Меган растягивает слова: – Ты явно грезила о Джексоне. – Метнув взгляд на Стеф, Меган интересуется: – Тебе не противно слушать, что твой брат может представлять любовный интерес?

Стеф корчит гримасу.

– Любовный интерес? Как скажешь, бабуля.

Меган смеется.

– Ты поняла, что я имею в виду. Что он сексуальный.

– Меня это не беспокоит до тех пор, пока ты снова не назовешь егосексуальным,– вздрагивает Стеф, а затем она поворачивается ко мне. – Я имею в виду, если вы, ребята, займетесь оральным сексом, то я точно не хочу знать подробностей, но ты можешь сказать «у нас был секс». Это я смогу пережить.

Меган усмехается. Иззи хихикает. Я краснею.

Качаю головой.

– Девчонки, вы не в себе. И нет, мы не занимались оральным сексом. Или каким-либо еще. Мы даже еще не целовались по-настоящему.

Это вызывает реакцию. Хор: «Секунду, что?», «Правда?» и «Да как такое возможно?!»

Я сползаю в своем кресле.

– Честно говоря, он просто издевается. Если он в ближайшее время не прекратит свои игры, то мои яйца посинеют. Моя матка. Вы поняли. – Я оглядываюсь. – Прости за подробности, Стеф.

Она пожимает плечами.

– Не извиняйся. Черт, мне кажется, что сейчас я должна извиняться от имени всей семьи Вайлдер. О чем он думает?

– Да, какого черта? – вставляет Меган.

– Очевидно же, что ты ему нравишься, – добавляет Иззи, похоже, пытаясь меня подбодрить. – Это видно по тому, как он ведет себя рядом с тобой.

Меган хмыкает.

– Что же произошло тем вечером после того, как все ушли? Иззи сказала, что ты осталась у него.

Я бросаю на Иззи удивленный взгляд – когда это она успела рассказать им? Меган смеется.

– Ага! Сказала же, что это была кататоническая Кейтлин. Если бы ты слушала, то услышала бы, как Иззи это рассказывала.

– Ладно, ладно. Я осталась в кинотеатре, а Джексон пошел всех провожать. Потом он вернулся, мы немного посидели и поговорили о том, что еще один вечер пошел не по плану. – Я делаю паузу, не совсем понимая, как объяснить то, что произошло между нами потом, особенно в присутствии Стеф.

– Выкладывай, женщина! – Меган наклоняется ко мне через стол, явно сгорая от нетерпения.

– В общем… он как бы стянул меня вниз.

– Стянул тебя вниз? – переспрашивает Иззи.

Боже, почему она должна выглядеть так невинно, когда спрашивает об этом?

– Да.

Стеф разражается смехом.

– О боже, просто объясни, что, черт возьми, у вас произошло! Из-за того, как ты краснеешь и придаешь этому слишком большое значение, у меня разыгралось воображение! Мы уже в курсе, что вы не целовались, так что выкладывай!

– Ладно! Хорошо! – Я решаю не отрывать свой взгляд от стола и говорю так быстро, насколько это возможно. – Он встал, чтобы уйти, но потом схватил меня за лодыжки и потянул вниз, и я оказалась на спине. Затем забрался на меня сверху и, пока я была обездвижена, начал шептать мне на ухо о том, что он хочет прояснить свои намерения. И что он сделает менясвоей, но я еще не готова к этому, потому что с ним нелегко справиться.

За нашим столом повисает такая тишина, что, кажется, где-то вдали застрекоталисверчки.

Я перевожу взгляд и вижу, что все трое смотрят на меня выпучив глаза. С открытыми ртами.

Меган первой приходит в себя.

– Черт побери, это так сексуально!

Иззи откашливается.

– Мне хотелось бы, чтобы меня затошнило, но, должна признать, это отличный ход с его стороны, – нехотя произносит Стеф.

– Это был не первый раз, когда он приблизился ко мне. Но, черт возьми, когда залез на меня – первый.

– Стеф, прикрой-ка уши, – просит Меган, и я боюсь вопроса, который прозвучит из ее уст следующим. Стеф не реагирует, но Меган все равно продолжает: – Значит, ты пощупала его инвентарь? – Она вздергивает брови вверх.

Стеф закрывает лицо руками, заходясь в смехе, а я краснею еще сильнее.

– Это значит «да»? – не отстает Меган. – Я пропущу все последующие вопросы, учитывая нашу компанию, но не думай, что я забуду спросить попозже.

– Не могу дождаться, – отвечаю я тоном, который подразумевает, что действительно хочу этого.

Мы обе знаем, что я расскажу ей все в подробностях. Мужчины, похоже, правда не понимают, что женщины рассказывают друг другу все.Вообще все.Парни хвастают своим сексуальным актом в общих словах: «Я ей засадил, она мне отсосала». Но женщины описывают каждую мелочь. Яркость, точность, детали. У меня есть довольно