Хоккей без ошибок. Джексон и Кейтлин - С. Тилли
– Это разумная догадка. Я однозначно могу вспомнить парочку книг, из которых я могла бы что-нибудь зачитать.
– Если ты запишешься, то обязательно должна рассказать мне.
– А ты будешь махать пенопластовым пальцем, поддерживая меня?
Джексон сжимает мое бедро.
– Непременно. Я буду твоим самым большим фанатом.
Я искоса бросаю на него взгляд.
– Самым большим – это самое точное описание.
Он подмигивает мне, и ради своего здравомыслия я игнорирую это.
– Хм, думаю, я бы хотела получить опыт полного погружения. Помпоны, тесная маечка и… сексуальные шортики.
Он кивает.
– Значит, ты все-такикопаласьв моих вещах тем вечером.
– О боже! – смеюсь я.
Прежде чем мой разум успевает нарисовать картинку Джексонаво всем вышеперечисленном, на платформу выходит женщина. Она садится на одинокий стул. На вид ей около семидесяти лет, плюс-минус десять (я не очень хорошо определяю возраст людей).В ее длинных седых волосах, подхваченных вязаной лентой, и серьгах, напоминающих ветряные колокольчики, такой длины, что они доходят ей до плеч, определенно ощущается дух хиппи. На каждом ее запястье болтаются звенящие браслеты, а платье в пол, с длинными рукавами, пестрит всеми оттенками синего. А еще я замечаю на ее пальце огромное кольцо с бирюзой. Я сразу же решаю, что хочу стать ее подругой.
Пока она роется в своей огромной сумке, я делаю первый глоток своего латте. И не могу сдержать стона. Святые Тайные Кофейни, почему это так вкусно? Из чего, черт возьми, сделан этот напиток? Из пыли пикси и феромонов?
Вес руки Джексона на моем бедре становится чуть тяжелее, поскольку он наклоняется и шепчет мне прямо в ухо:
– Тебе нужно держать эти звуки при себе, Котенок. Нам удалось оставаться незамеченными до сих пор, но если я наброшусь на тебя прямо здесь и сейчас, то кто-нибудь обязательно снимет нас на видео. – Он поднимает мое лицо к себе одним пальцем. – У тебя тут кое-что…
А затем, вместо того чтобы воспользоваться большим пальцем, или салфеткой, или своим чертовым рукавом, он облизывает уголок моего рта.
Буквальнооблизывает.
Крошечным медленным движением языка, которое отзывается во всем моем теле.
Я краснею и сжимаю ноги вместе. А Джексон смеется.
Черт бы его побрал!
К счастью, женщина на сцене в этот момент откашливается.
– Добрый вечер, милые люди. Меня зовут Лили, и я собираюсь прочитать отрывок из книги, которую только что опубликовала моя внучка.
Собравшаяся толпа издает дружное «ах».
– Книга называется «Лэрд[11] моего сердца».
Так мило, что эта очаровательная старушка поддерживает свою семью. И она делает это таким трогательным способом.
Когда она начинает читать, я позволяю себе поддаться ее тембру и интонации. У нее прекрасно поставленный голос – ее возраст уже заметен, да, но он все еще достаточно силен, чтобы оставаться четким. Она читает главу из середины книги. Я лишь вскользь обращаю внимание на сами слова и в основном слушаю мелодию ее голоса, улавливая сюжет ровно настолько, чтобы понять, что это исторический роман.
Вероятно, его действие происходит в Шотландии XVI века. А я прочитала несколько десятков книг в этом жанре, так что все это мне так знакомо.
А еще я знакома с типичным развитием событий в таких книгах, вплоть до сексуальной сцены. И… Ох, Пресвятая Бабуля! Я чувствую, как учащается мое сердцебиение, и тепло ладони Джексона на моем бедре вдруг становится обжигающе-горячим.
Я напрягаюсь.
Джексон, должно быть, сразу чувствует мою перемену, потому что тихо спрашивает:
– Что случилось?
– Ммм… сейчас поймешь, – бормочу я, стараясь не захихикать.
Я снова обращаю внимание на Лили и готовлюсь к тому, что последует дальше.
– «Звук ее пощечины эхом разнесся по всей спальне. Она была так расстроена тем, что он рисковал своей жизнью, и только сейчас поняла почему. Она была влюблена в него. И она чувствовала истинность этого глубоко в своем естестве. Она никогда не узнает, почему это понимание заняло у нее так много времени. Взгляд, которым он посмотрел на нее, был новым… другим… трудноразличимым. Она застыла на мгновение, ожидая, чем же он ответит на ее пощечину. Но вместо удара, который она ждала, он прильнул к ней губами. Никогда раньше она не испытывала такой страсти и впервые в жизни почувствовала, как между ее бедер стало влажно».
Я заставляю себя смотреть вперед, когда слышу, как Джексон давится смехом.
– «Девушка прижалась к его телу, желая быть ближе. Ее тело знало, что ему нужно, даже если сама девушка этого не понимала. Когда их тела соединились, она почувствовала странную твердость, упирающуюся ей в живот».
– О, черт возьми, – слышу я бормотание Джексона себе под нос.
Украдкой взглянув на него, я замечаю, что он откинул голову на спинку дивана и уставился в потолок.
– «Девушка издала жалобный стон, и мужчина схватил ее лиф обеими руками и разорвал ткань прямо посередине. Толкнув ее на кровать, лэрд с рычанием бросился на нее».
Лили останавливается.
Она поднимает глаза, закрывает книгу и улыбается.
– Спасибо всем, что пришли. Если вы хотите узнать, что было дальше, пожалуйста, купите эту книгу.
Аплодисментов не так много, но несколько человек медленно и явно ошеломленно хлопают в ладоши. Один мужчина, впрочем, неожиданно встает, энергично хлопает чтице, а затем хватает свою спутницу за руку и бросается прочь. Мне приходится прикрыть рот рукой, чтобы не рассмеяться.
Оглянувшись на Джексона, я вижу, что он все еще смотрит в потолок. Переведя взгляд ниже, я замечаю, что на его джинсах появилась небольшая выпуклость – там, где ее раньше не было. И я не могу его винить. Я бы солгала, если бы сказала, что сейчас совсем не заведена. Я постоянно работаю с книгами, которые для этого предназначены. Но ощущать подобное на публике немного странно. Тем более когда их читают тебе вслух. Например, милая старая леди.
Прислонившись головой к плечу Джексона, я улыбаюсь ему.
– Ты будешь в порядке, здоровяк?
– Да.
– Хочешь, я куплю тебе экземпляр «Лэрда моего сердца»?
Джексон смеется и смотрит на меня сверху вниз.
– Только если ты пообещаешь прочитать мне вслух оставшуюся часть книги.
Я прикусываю губу.
– Соблазнительно.
Испустив вздох, Джексон
