Фауст. Страдания юного Вертера - фон Гёте Иоганн Вольфганг

V

Полигимния космополит

Точно, все трое еще сидели, беседуя, вместе:Сам хозяин, особа духовная, с ними аптекарь.Все еще также у них разговор продолжался, и частоТо к одному, то к другому предмету их речи склонялись.Но добродушный пастор с благородною целью заметил:«С вами я спорить не буду: я сам сознаю, человекуК лучшему должно стремиться, – и он, как мы видим, стремитсяЕсли не к высшему, то, по возможности, нового ищет;Но далеко не заходит, затем, что при этом желаньиНам от природы наклонность дана оставаться при старом,Тем наслаждаясь, к чему уже каждый привык с малолетства.Всякий род жизни хорош, будь естествен он да разумен.Много ищем мы все, а всего-то нам нужно немного:Жизнь коротка и судьбой ограничена смертного доля.Я никогда осуждать не стану того, кто отважноВсе объезжает моря и земные пути, непрестанноПолон забот и надежд и рад, если прибыль осыплетЩедро его и людей ему близких своими дарами;Только, по-моему, также почтен гражданин безмятежный:Он наследство отцовское тихой стопою обходитИ сообразно со временем должен возделывать поле.Почва владенья его не меняется с каждой весною,Вновь насажденное дерево к небу не тотчас подыметДлинные ветви свои, отягченные цветом обильным:Нет, хозяину нужно терпенье, нужен и чистый,Верный себе самому, спокойный рассудок и разум.Малую долю семян он лону земли поверяет,Также немного пород разводит домашних животных,Всем помышлением только стремясь к тому, что полезно.Счастлив тот, у кого от природы такая наклонность:Он питает нас всех. Блажен обыватель в безвестномГороде, если успел сочетать ремесло с земледельем:Не тяготеет над ним ежедневный страх селянинаИ не смущает забота граждан, которые вечноМногого ищут, во всем желая равняться с богатым,Высшим себя по породе, особенно жены и дочки.Благословите поэтому тихие склонности сына,Также супругу его, если ровню себе изберет он».Так пастор говорил. И мать вошла в это время,За руку сына ввела и поставила перед супругом.«Часто, – сказала она, – отец, мы, болтая друг с другом,Все помышляли с тобою о дне веселом, в который,Выбрав невесту, нас наконец обрадует Герман.Думали так мы и сяк тогда, то одну, то другуюДевушку нашей родительской речью ему присуждая.Вот теперь тот день вожделенный настал, и невестуНебо ему привело, показало, а сердце решило.Не всегда ли мы говорили: пусть выбирает!Ты недавно желал, чтоб открыто и всею душоюК девушке он привязался. И вот, наступила минута:Он привязался, избрал и решился в душе как мужчина.Эта девушка –  та иностранка, что в поле он встретил.Благослови их, иль он поклялся, что останется холост».«Батюшка, – сын подхватил, – на ней позвольте жениться!Сердце избрало ее; она вам достойной невесткойБудет». Только отец молчал. Пастор в это времяБыстро встал и сказал: «Мгновение только решаетВсю судьбу человека и все направление жизни.Как ни рассматривай дела, решение все-таки будетДелом мгновенья, и должное выберет только разумный.Очень опасно при выборе тут же в побочных предметахТо и другое обдумывать: этим сбивается чувство.Герман чист. Я знаю его с малолетства. РебенкомОн уже рук не протягивал то к одному, то к другому:Только возможного он желал и держал его крепко.Так не смущайтесь теперь, что вдруг пред вами явилосьТо, чего вы давно ожидали. Явление, точно,Приняло образ иной, а не образ наших желаний.Часто за нашим желаньем мы цели желанья не вторим:Свыше снисходят дары, облеченные в собственный образ.Что ж, той девушки вы не чуждайтесь, которая сынуВашему, доброму, умному, тронула душу впервые.Счастлив тот, кому первая милая руку протянет:Лучшее чувство его не умрет, затаенное в сердце.Я по лицу его вижу, что участь его совершилась.Страсть роковая мгновенно юношу делает мужем.Воля в нем есть, и я опасаюсь, что после отказаЛучшие годы свои проведет он в томительной грусти».Тотчас на это разумно, к слову, заметил аптекарь(Речи давно с языка у него покушались сорваться):«Лучше и здесь пойдем надежным путем середины –Споро, не скоро! Сам Август избрал эти речи девизом.Я охотно служить готов дорогому соседу,Свой ограниченный разум на пользу его предлагая;И особливо для юности нужно во всем руководство.Дай, отсюда пойду и девушку там испытаю, –Выспрошу тех, кто знает ее и вместе живет с ней.Я обманусь не легко и слов разумею значенье».Тотчас сын поспешил на это крылатою речью:«Что ж, ступайте, сосед, расспросите. Но мне бы хотелось,Чтобы при вас господин пастор был товарищем в деле:Двое подобных мужей –  какой же поруки надежней?Батюшка, девушка эта не беглянка, поверьте,Не из тех, что пускаются всюду искать приключенийИ неопытных юношей в сети свои уловляют:Нет, разрушительный жребий войны, сотрясающей землю,Тот же самый, который много зданий разрушилДо основания, – он-то несчастную из дому выгнал.Мало ли знатных людей, благородных, скитаются в горе?Принцы, скрываясь, бегут, в изгнаньи живут государи.Ах, все та же судьба и ее от сестер оторвала:Здесь на чужбине она, забывая о собственном горе,Служит другим и, сама бесприютная, им помогает.Точно, велики несчастья и нужды, покрывшие землю,Но, быть может, в самом несчастьи тут кроется счастье:Может быть, я объятьем невесты и верной супругиБуду обязан войне, как вы когда-то пожару».Тут заметил отец, значительно рот раскрывая:«Как это, сын мой, теперь развязался язык твой, которыйМногие годы коснел и ворочался только с усильем!То, что всем отцам угрожает, узнал я сегодня:Мать готова всегда поблажать желаниям пылкимСына, и каждый сосед за одно уже действует с ними,Если против отца или против супруга восстанье.Но противиться я всем вместе не стану: что пользы?Тут я только одно упрямство предвижу да слезы.Что ж, ступайте, смотрите, и с Богом мне в дом приводитеДочь; а не то, так пусть забудет он девушку эту».Так отец говорил. В порыве восторга воскликнулСын: «Еще нынче же вечером явится дочь к вам такою,Как разумный мужчина себе представляет невесту.Счастлива добрая девушка будет тогда, я надеюсь.Да, мне вечно она признательна будет, приемляМать и отца от меня, каких разумные детиМогут лишь пожелать. Но мешкать я больше не буду:Тотчас же лошадей запрягу, да следом за милойНаших друзей подвезу и действовать им предоставлю.Небом клянусь, что во всем на решение их полагаюсь.Девушку я, не назвавши своей, опять не увижу».Герман бросился тотчас в конюшню, где борзые кониСмирно стояли и чистый овес подбирали проворноС сеном сухим, накошенным в самой душистой долине.Тотчас, блестящие им удила влагая, продернулВ посеребренные пряжки он ремни и немедляСтал пристегивать длинные прочно-широкие вожжи,Вывел на двор лошадей, где работник услужливый скороСтал за дышло легко потрогивать с места повозку:Тут же веревками чистыми к ваге они прикрепилиБыстрых, статных коней проворно везущую силу.Герман сел и с бичом в руках покатил за ворота.Только что сели друзья, занимая покойное место,Быстро повозка поехала вдоль мостовой, оставляяВсе за собою –  и стены, и белые башни градские.Так с пригорка резво на пригорок знакомой дорогойГерман к шоссе поспешал и тихой не мешкал ездою.Но когда он вблизи увидал деревенскую башнюИ в расстояньи недальном дома, обнесенные садом,То подумал немного и стал придерживать коней.Тенью развесистых лип, которые много столетийЗдесь вырастали и корни пускали глубокие в землю,Выгон широкий был окружен перед самой деревней:Он поселянам служил и гражданам местом веселья.Вырыт под сенью древесной тут в уровень с дерном колодезь.