Франкизм в Испании. Истребление несогласных - Пол Престон
В январе 1932 года Санхурхо был отстранен от командования Гражданской гвардией и назначен генеральным директором корпуса карабинеров (пограничников). Он, как и многие другие, полагал, что его наказали за позицию, занятую после событий в Кастильбланко[115]. В результате Санхурхо стал объектом восторгов со стороны крайне правых. В конце концов в августе 1932 года он возглавил неудавшийся военный переворот. Он оказался успешным только в Севилье, где его с энтузиазмом поддержали местные правые. Во время так называемой санхурхады (переворота под командованием Санхурхо) заговорщики арестовали самых видных республиканцев в Севилье, включая мэра города Хосе Гонсалеса Фернандеса де Лабандеру. Узнав о попытке переворота 10 августа, Лабандера немедленно отправился в ратушу и приказал всем членам городского совета, руководителям партий и профсоюзов собраться. Он уже создал Комитет общественного спасения (Comité de Salvación Pública), когда прибыл майор Элеутерио Санчес Рубио Давила, посланный Санхурхо для вступления в должность мэра. Лабандера отказался, и озадаченный Санчес Рубио Давила удалился. Вскоре он вернулся с отрядом республиканской полиции по борьбе с беспорядками Штурмовой гвардией, и арестовал Лабандеру, который, когда его уводили, выкрикнул: «Последний указ мэра – объявление всеобщей забастовки всех государственных служб!» Объявление забастовки практически гарантировало провал переворота и спасло ему жизнь, но местные правые отомстили ему после начала Гражданской войны. Лабандера был расстрелян 10 августа 1936 года.
Среди гражданских лиц, участвовавших в перевороте, было много задействованных в Guardia Cívica, ответственной за события в парке Марии Луизы в июле 1931 года. Нет никаких признаков того, что неудача 1932 года обескуражила их. Более того, некоторые из них, а также участвовавшие офицеры сыграли заметную роль в событиях лета 1936 года[116]. 25 августа Санхурхо судили за государственную измену в Военной секции Верховного суда. У исполняющего обязанности председателя суда Мариано Гомеса Гонсалеса не было другого выбора, кроме как вынести смертный приговор, но он рекомендовал помилование со смягчением наказания до изгнания из армии[117]. Плутарко Элиас Кальес, президент Мексики, направил Асанье послание: «Если вы хотите избежать массового кровопролития и сохранить Республике жизнь, расстреляйте Санхурхо». В кабинете министров Асанья успешно аргументировал решение Мариано Гомеса. Никого не расстреляли, а Санхурхо и другие были заключены в тюрьму и в конце концов освобождены[118].
Несмотря на громкие протесты по поводу якобы чрезмерных сроков заключения, правые были достаточно ободрены относительно мягкими мерами наказания, чтобы усилить подготовку к новой успешной попытке переворота[119]. Тюремный режим вряд ли мог быть более мягким. Человеком, который должен был возглавить переворот Санхурхо в Кадисе, был полковник Хосе Энрике Варела, самый титулованный военный офицер. Хотя он не предпринимал активных действий, за участие в заговоре его арестовали и посадили в ту же тюрьму, где содержались главные участники переворота – карлисты Мануэль Дельгадо Брэкембери и Луис Редондо Гарсия, лидер городской группы карлистского ополчения, или «Рекете»[120]. Они, а также посетивший его лидер карлистов Мануэль Фаль Конде, увлекли Варелу своими идеями организованного народного насилия против режима. Варела полностью перешел на сторону карлистов после того, как его вместе с Редондо перевели в тюрьму в Гвадалахаре[121].
К сожалению, левые стали слишком самоуверенными, рассматривая «санхурхаду» как эквивалент путча Каппа-Лютвица в марте 1920 года в Берлине[122]. Поскольку Санхурхо, как и Капп, потерпел поражение в результате всеобщей забастовки, многие считали, что поражение «санхурхады» укрепило Республику, как неудача Каппа укрепила Веймарскую республику. Ничего не было сделано для реорганизации виновных подразделений. Напротив, правые многое почерпнули из фиаско Санхурхо, особенно то, что переворот не может быть успешным без сотрудничества с Гражданской гвардией и что республиканские муниципальные власти и профсоюзных лидеров нужно немедленно заставить замолчать.
Прежде всего, правые заговорщики (как гражданские, так и военные), пришли к выводу, что они никогда больше не должны допускать ошибку, связанную с недостаточной подготовкой. В конце сентября 1932 года Эухенио Вегас Латапье, маркиз де Элиседа из крайне правой группы Acción Española и капитан Хорхе Вигон из Генерального штаба создали заговорщический комитет, чтобы начать подготовку к будущему успешному перевороту. Теологическая, моральная и политическая законность восстания против Республики обсуждалась в монархическом журнале Acción Española. Группа действовала из дома летчика-монархиста и повесы Хуана Антонио Ансальдо в Биаррице. Сторонники правых собирали значительные суммы на покупку оружия и финансирование политической дестабилизации, за которую платили неназванным членам CNT-FAI. Кроме того, ежемесячно внушительная сумма тратилась на услуги инспектора полиции Сантьяго Мартина Багенаса. Он был близким соратником генерала Эмилио Молы, который возглавлял Главное управление безопасности в последние месяцы монархии. Теперь Мартина Багенаса наняли для осуществления разведки для заговорщиков, а он, в свою очередь, нанял еще одного приближенного Молы, еще более коррумпированного полицейского Хулиана Маурисио Карлавилью. Также одной из главных задач нового комитета было создание подрывных ячеек в самой армии, что было поручено подполковнику Генерального штаба Валентину Галарсе Моранте[123].
Галарса Моранте был замешан в «санхурхаде», но доказать против него ничего не удалось. Асанья считал его одним из самых опасных военных заговорщиков из-за его знаний, приобретенных за годы вмешательства в дела Военного министерства[124]. Галарса стал связующим звеном между заговорщиками-монархистами и подпольной ассоциацией военных офицеров, Unión Militar Española (UME, Испанский военный союз)[125], созданной в конце 1933 года полковником в отставке Эмилио Родригесом Тардучи, близким другом генерала Санхурхо и одним из первых членов фашистской партии «Испанская фаланга» (далее – Фаланга). Члены UME сыграли решающую роль в военном мятеже 1936 года[126]. Тардучи вскоре сменил капитан Генерального штаба Бартоломе Барба Эрнандес, «африканец», друг Франко, назначившего его членом своего преподавательского состава в Главной военной академии в Сарагосе[127].
Поражение Санхурхо ничуть не ослабило социальную ненависть на юге, а поведение Гражданской гвардии во многом усугубило ее. В конце 1932 года недалеко от Фуэнте-де-Кантос на юге Бадахоса гвардейцы разогнали митинг левых в близлежащих полях, а лидера местного профсоюза Хулиана Аларкона задержали. Чтобы преподать ему
