Приключения Благородного Дика. Белый конь - Елена Владимировна Крыжановская
— Меня беспокоит, что ваша семейка может не сдержать слово. Пусть герцог и все его люди присутствуют на твоем празднике, и пусть король объявит их помилование во всеуслышание. До того, как благословит нас.
— Как пожелаешь, — сладким голоском ответила Кристалина.
Король и королева ждали их с нетерпением. Её величество не скрыло усмешки, оглядев жениха с ног до головы.
— Вы сдаётесь, рыцарь. Белый флаг вашей крепости очень к лицу. Надеюсь, вам не будет слишком трудно до конца вечера оказывать нам соответствующее сыновнее уважение? Давайте попробуем сейчас, пока мы наедине, в семейном кругу, — королева снова протянула ему руку для поцелуя.
Дик склонил голову в коротком холодном поклоне и выпрямился, не трогаясь с места:
— Ежесекундно не перестаю благодарить Всевышнего, что моя мать не имела с вами ничего общего!
На этот раз король не стал сдерживаться и от души залепил наглецу пощечину. Принцесса отскочила в сторону, чтобы не попасть под горячую руку отца. Дик пошатнулся. Рядом с королевой на столике стояла огромная круговая чаша для обряда. Её величество, не раздумывая, выплеснула всё вино в лицо будущего жениха.
Открыв глаза и облизав губы, Дик улыбнулся:
— Бутылок пять? Самое лучшее, «Кровь солнца», полагаю? Выдержка не меньше десяти лет и цена до ста золотых за литр? Но, вероятно, для вас это не расход? Дальше. Если это и есть родительская любовь, счастье, что не узнал ее в полной мере!
— Это невыносимо! — стукнул кулаком по поручню трона король.
— Дорогой, мы должны держать себя в руках. Он этого и добивается, — тяжело дыша, красная от возмущения королева аккуратно заправила выбившийся локон в сетку, поддерживающую ее волосы. И любезно кивнула Дику, сказав, что для их нового любимого сына королевству ничего не жаль. И он прав, расходы не имеют значения.
— Благодарю за щедрость, ваши величества, — Дик опустил глаза на мокрую красную рубашку. — Позволите? Мне надо переодеться.
— Нет. Так и останешься, — мстительно сказала королева. — Посыпь солью, пятна сами сойдут до конца праздника.
— Хочется сладкого, так посоли его, чтобы не хотелось? — усмехнулся Дик. — Как прикажете. Даже лучше, если гости подумают, что видят кровь. Все ведь понимают, что меня заставили участвовать в этом спектакле силой. Вот доказательство, — он насмешливо оттянул прилипшую ткань на груди.
— Ступай, переоденься, — позволила королева. — Но имей в виду, это будет твое последнее желание. Страже приказано не выпускать тебя из зала до конца торжества, а слуги предупреждены не обращать внимания на любые твои выходки. Можешь биться головой об стену, прыгать по столу и буйствовать как тебе угодно, это ничего не даст. В крайнем случае, слуги или стража заслонят тебя от взгляда гостей. А гостей будет немало, это мы обещаем.
— Даже больше, чем вам хотелось бы. — Дик попросил принцессу передать родителям его условие относительно публичного помилования похитителей и ушел менять пятую рубашку за день.
Пир шумел на славу. Играла музыка, вина лились рекой, зал сверкал от золота и хрусталя в ярком свете множества люстр. Королевская кухня сбилась с ног, срочно готовя такой праздник. Гости веселились, принцесса сияла, только Дик почти ничего не ел и не говорил ни слова. На мальчишку, смотревшегося знатным пленником, захваченным в последнем бою, никто не обращал внимания. Все восхищались принцессой, поздравляли ее и превозносили ее красоту, хотя до поры до времени никто толком не знал повода праздника. Но король попросил слова, встал, подняв кубок, провозгласил, что сегодня счастливейший день в жизни их королевства. Ради помолвки его дочери со знаменитым Благородным Диком, легендарным странствующим рыцарем, отменяются многие налоги, возвращаются подданным прежние вольности и прощаются долги. Кроме того, будут прощены преступники, приговоренные к смерти.
Гости дружно поднялись со своих мест, даже дамы. Король назвал герцога Эстина своим дорогим братом, королева любезно улыбнулась гостям, пригубив вино. Дик откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди, демонстративно не прикасаясь к своему кубку. Но ему пришлось встать, когда король подозвал их с Кристалиной, чтобы благословить.
— Дети мои, Кристалина и Дик, — прочувствованным голосом громко произнес он. — Вы дали друг другу слово стать когда-нибудь мужем и женой. Я не тороплю вас, пусть решение будет обдуманным и проверенным временем. Дай мне руку, дочь моя, — король взял из рук жены сплетенный из полевых цветов браслет и надел на левое запястье принцессы. Потом Кристалина протянула правую руку и приняла изящное кольцо с красным камнем — знак своей жгучей любви и верности.
Настала очередь Дика. Он сделал шаг к трону, но не вынимал рук из карманов, сжав кулаки. Королева встала и надела ему перстень с красным камнем, привязанный на шнурке, на шею, точно колокольчик домашнему зверю.
— Будьте счастливы, дети мои! — провозгласил король. — Подайте друг другу руки, — принцесса повисла у Дика на локте и заставила ненадолго повернуться к ней. — Обещаете ли вы любить и уважать друг друга, сохранять верность друг другу и не позже чем через пять лет скрепить свой союз брачной клятвой, если ваши чувства не изменятся?
— Да! — радостно пообещала принцесса, цепляясь за жениха обеими руками.
Дик промолчал.
— Ты обязан ответить, — ласково напомнила королева. — Это часть уговора.
— Мои чувства не изменятся, — во всеуслышание подтвердил рыцарь. — Клянусь честью.
Королева оценила двусмысленность ответа, король облегченно вздохнул. Принцесса не помнила себя от радости и хотела бы прыгать, танцевать, кружиться, взлететь к потолку, но Дик, которого она не отпускала, тянул ее вниз, как якорь, вбитый в скалу.
— Благословляю вас, — король высоко поднял полную тяжелую чашу, держа ее за ушки с обеих сторон. — Будем все свидетелями для этой прекрасной пары! — он первым отпил глоток вина и поднес чашу к губам принцессы, которая самостоятельно вряд ли могла бы ее удержать. Кристалина сделала такой большой и быстрый глоток, что едва не захлебнулась. Король подал чашу Дику.
— Хотите в третий раз ее наполнять? — холодно спросил
