Дела домашние - Ульяна Каршева
Но сейчас закрывать глаза он боялся. Слишком ярко под закрытыми веками проносились события шестилетней давности.
Особенно связанные с Больдо. Да, вампир ненавидел эльфов. Крисанто казалось — Больдо видел в них даже не врагов, а что-то вроде вредных насекомых. Поэтому он не понимал, почему Крисанто кричал, когда вампир вживую, без обезболивающих резал его и вставлял в разверстую плоть десятилетнего мальчишки-эльфа все те приспособления, которые должны были сделать его сильнее…
Когда голова Крисанто была перевязана, чтобы кости черепа не разошлись, когда Больдо содрал с рук и ног мальчишки-эльфа бинты и на свет показались рубцы затягивающихся ран, когда в личной лаборатории вампира появились два металлических чемоданчика — один с новыми инструментами, другой с будущими деталями для Крисанто, что вампир и не скрывал от своего, по сути подопытного, мальчишка-эльф осознал: если он сейчас не сбежит, вампир убьёт его в процессе одной из будущих операций.
Нет, даже не осознал.
Крисанто — эльф. Несмотря на своё тогдашнее малолетство, в экстремальные моменты жизни и у него, как у взрослых сородичей, проявлялся дар предвидения. Так и сейчас. Дожидаясь прихода Больдо, лёжа на операционном столе и вынужденно созерцая белый потолок, там, на потолке, Крисанто увидел призрачную картинку: здесь же, на столе, он кричит от боли (Больдо в очередной раз забыл сунуть кляп ему в рот), а потом резко смолкает; а вампир, увлечённый «делом», даже не замечает, что продолжает впихивать металлические детали в мёртвое тело.
Тело-то в смерти расслабилось, и теперь вампиру перебирать его части, плохо видные от крови, стало легче и удобнее.
Эта призрачная картинка скорого и скоротечного его будущего заставила Крисанто напрячься и использовать уже внедрённые в тело детали киборга. Он сумел так натянуть ремни, пристегнувшие его к операционному столу, что они лопнули. Как от страшного напряжения лопнули и плохо зажившие рубцы на запястьях. Но мальчишка-эльф, перепуганный до дрожи представленным ему будущим, уже не обращал внимания на кровь. Он не стал вспоминать всё, чему его научили дома. Он и так всё это помнил, пока мечтал о побеге от Больдо. Мечтал и планировал, несмотря на безнадёгу своего положения. Так что сейчас в голове мгновенно всплыли все заклинания, которыми его снабдил отец для защиты.
Сполз со стола — двигаться было сложно. А ещё он, не стыдясь, заплакал от боли, едва встал на ноги. Рухнуть не успел — вцепился в край стола, на котором только что лежал. Но сквозь слёзы сумел-таки осмотреть громадное помещение. Нашёл зелёный лаборантский халат Больдо — из тех, что вампир надевал, приступая к операции. Этот был из использованных. Выброшен за ненадобностью, потому что стирать его никто не взялся бы. Впрочем, и некому было. Потому-то зелень халата перемежалась засохшими пятнами Крисантовой крови — чёрно-бурого цвета. Хорошая маскировка.
Собрав все силы, мальчишка-эльф прошептал заклинание невидимости — одно из первых, которое он помнил отлично, поскольку повторял его первым час за часом, воображая, как бы он сбежал от Больдо. В лаборатории оборотней не было, насколько он знал. Так что никто не мог бы учуять его. А засохшие кровавые пятна не могли привлечь внимания вампиров. В огромный халат-то он закутался целиком, так что запах свежей крови пропал за засохшей… Потом он, вспоминая, думал: наверное, можно было бы не прятать кровь. В лаборатории Больдо всё пропиталось этим гнилостным запахом.
С трудом, хватаясь за стены — выбредя на улицу из подвального помещения, спустившись по короткой лестнице мимо двух охранников, он огляделся. Не вполне обученный, но эльф, он убедился, что лаборатория окружена сильной защитой, которая одновременно выполняла сторожевые функции. Невидимкой ему пришлось пройти до границы этой мощной защиты. Потом ещё несколько шагов — и его накрыло ужасом, когда он заметил, что буквально следом за ним идут, постукивая по дороге металлическими ножками, крабы…
Ему повезло. Раньше, чем машины уловили его магию (о чём он не знал), кто-то ещё появился в их поле зрения. Крабы, стреляя, помчались в сторону. А мальчишка-эльф, собрав последние силы, рванул подальше от них, в противоположную. Как потом выяснилось — в сторону одного из первых штабов Чистильщиков. Когда в глазах Крисанто потемнело, ноги подломились — он упал. Тоже повезло — в ряд кустов.
Последнее везение: его обнаружили оборотни Рамона. В волчьей ипостаси они часто выходили вечерами на улицу… Сработало чутьё на неожиданный запах. Пока двое оборотней сторожили ещё живого мальчишку (боялись сами его тащить в штаб — боялись его эльфийской магии), третий сбегал за Чистильщиками-людьми.
Именно там, во временном штабе Чистильщиков, он узнал, кто и как его спас, а заодно о том, что же это были за машины на ножках.
Рамона на месте не оказалось. Но его подчинённые уже знали, что делать с найденным маленьким эльфом, и немедленно, пока машины не почуяли его магии, отправили Крисанто за границы между пригородом и городом. Было местечко — узкий лаз, знакомый всем Чистильщикам. Вот и передали мальчишку-эльфа городским службам, а те, в свою очередь, немедленно определили его в приют, ближайший к той границе и славившийся именно тем, что в нём большинство воспитанников — эльфы.
Из огня да в полымя… Так Крисанто очутился в следующем настоящем аду. Для воспитанников — не для него, как новичка. Он-то, с приобретённой силищей, ответить мог так, что воспитанники, здешние громилы и отморозки, привыкшие к безнаказанности, после первых же стычек с ним удрали куда подальше, отказавшись прогибать новичка… По первым порам он не мог понять, почему старшие так поступают — издеваются над теми, кто ответить им не мог. Не мог понять, как можно жить не на войне, но настолько мерзко. И, придя в себя и выждав, когда зарубцуются его шрамы, принялся собирать свою группу, которую решился охранять от мерзавцев… Только эльфов. Оборотней он презирал, хотя именно их сородичи его нашли в кустах возле штаба Чистильщиков, да и было их в том приюте очень мало. А вампиров ненавидел — из-за Больдо. На людей внимания не обращал.
Потом в приюте сменили директора. И это было райское затишье, потому что охранников Спинифекса в Северном приюте боялись даже самые отшибленные на всю голову. Установился кое-какой порядок… Но ещё через год Крисанто начал расти. Из невысокого подростка он превращался в явно рослого парнишку. И
