Хранители времени - Татьяна Сергеевна Богатырева
Пришлось в спешном порядке переносить мероприятие на городскую площадь, где стоя могло разместиться гораздо больше людей.
Каким образом удалось мгновенно согласовать и в кратчайшие сроки переорганизовать такое масштабное мероприятие? Неужели Ива действительно обладательница пульта по управлению временем?
Пульт был у Антона с собой. Это был его план Б – если что-то пойдет не так, на свой страх и риск нажать на кнопки.
Выступление началось без задержек. Ива как будто возникла ниоткуда, сразу на краю сцены. Толпа при виде ее маленькой, хрупкой фигурки – казалось, что микрофон и то шире ее запястья, – взорвалась приветственными криками и аплодисментами.
Аплодисменты гремели всякий раз, когда она делала паузу в своей речи. И, что самое поразительное, речь была довольно дикая. Как своевольная, щепетильная и свободолюбивая столичная публика могла оказывать такую мощную поддержку каждой фразе о необходимости сокращения привилегий и об ущемлении свобод, в голове совершенно не укладывалось.
Она их загипнотизировала, что ли?
В толпе было очень много молодежи и даже школьников. Не меньше – людей среднего и старшего возраста. Будто бы обращаясь отдельно к ним, Ива кричала со сцены о том, как трудно старшему поколению привыкнуть к новой реальности, где нужно буквально выгрызать себе место под солнцем. Потому они, может быть, даже больше остальных заслуживают поддержки и понимания.
– Все, что происходит, – это никакая не демократия – власть каждого! А все то же классовое общество – власть большинства, – которое якобы давно отменено! Но оно здесь, мы видим его, мы в нем живем! Мы живем в стране, где власть элиты находится под прикрытием власти большинства! Не дайте себя обмануть, откройте глаза, проснитесь!
Эхом разливался по круглой площади ее звонкий, почти детский голос.
И толпа скандировала: «И-ва! И-ва! И-ва!»
Антону стало жутко.
* * *
Лиза отвесила Стасу пощечину.
– Ты свинья! Ты ведь знал, знал, что я еду! Я же тебе все время писала, мы же постоянно были на связи!
Пощечине предшествовала немая сцена, как в кино, когда на героев, а вместе с ними и на зрителя обрушивается неожиданный финал.
Женя молча, открыв рот, смотрела на Лизу. Ян тоже уставился на Лизу, он смутно помнил эту девочку, но откуда? Очень знакомое лицо. Он забыл, что Антон показывал ему сестру на фотографиях.
Лиза так и стояла на пороге со своим огромным рюкзаком за плечами и не чувствовала его тяжести.
– Где Антон? – вместо приветствия спросила она.
Повисшее молчание было таким же тяжелым, как ее рюкзак.
– Уехал, – наконец выдавила Женя.
– Куда?!
– В столицу!
С каждой новой репликой обе девочки говорили все громче, пока не перешли на крик.
– Когда?!
– Да только что!
– Как?!
– Не знаю!
– И что теперь делать?!
– Не знаю!
– Женя?!
– Да!
В следующее мгновение Женя кинулась Лизе на шею, и обе они разрыдались.
– Это сестра Антона, – тихо пояснил старику Стас.
Когда эмоции поутихли и Лизе удалось взять себя в руки, она обратила наконец внимание на Яна и поздоровалась и с ним.
– Я Лиза, Лиза, сестра…
– Знаю, девонька, я понял…
– Погодите, – вдруг очнулась Женя, – ты ведь знал, что Антон уезжает. Почему ничего не сказал?
Стас молчал. Этот момент он как-то не продумал. Его план заканчивался на том, что он отлучится по одному срочному делу, возьмет машину и поедет за Лизой на железнодорожную станцию. А потом вернется уже вместе с ней. Он совсем не хотел нарочно причинять боль ни Антону, ни его сестре. Так получилось само. Ну и зачем раздувать из этого целую трагедию? Антон и так вернется со дня на день, он же вообще на сутки всего уехал.
И ему всегда можно позвонить.
Когда он высказал эти свои мысли – в ответ ему в первый раз в его жизни прилетела пощечина.
Женя прижала ладонь к груди. Там, под свитером, на рубашке был карман. А в кармане лежала коробочка. Женя незаметно вытащила ее из рюкзака Антона в самый последний момент, уже после того как он в очередной раз перепроверил все, что брал с собой, – и деньги, и билеты, и зарядку для телефона, и коробочку, и куртку.
Ян заразил ее своими плохими предчувствиями. Если с Антоном что-нибудь случится, она остановит мир и даже из-под земли его достанет. Придет на помощь.
Для этого же и нужны друзья.
Они звонили Антону много раз, но он не отвечал.
* * *
Очередь за автографами была огромной и двигалась ужасно медленно, потому что Ива говорила с каждым подошедшим к ее столу. Антон топтался на месте, вытягивал шею, но даже при его высоком росте толком ничего не разглядел.
Когда он наконец подобрался ближе, он увидел, что Ива не только хрупкого телосложения, но еще и совсем невысокая, ниже Жени. И действительно чем-то она напоминала Эю, но чем?
Когда очередь дошла до него, он выдал заученный заранее текст:
– Нам надо поговорить.
– Да, я вас слушаю. – Ива подняла голову, оторвавшись от составления надписи на очередной открытке со своим портретом. Рядом высилась опасно покосившаяся стопка ее книг.
Глаза у нее были серые.
– Не здесь, я предпочел бы более тихое место, – продолжил Антон и стушевался, понимая, как тупо это прозвучало, будто он какой-то маньяк.
– К сожалению, вынуждена отклонить вашу просьбу. Не задерживайте очередь, – холодно отчеканила Ива.
– Нет, стой! Стойте! – Антон не сдвинулся с места. – Я… это очень важно, но я…
Ива осторожно отклонилась назад, их разделял стол, но при желании Антон мог бы до нее дотянуться, дотронуться.
– Погоди, я знаю про время! – рискнул он.
– Охрана!
– Стой! Я знаю про коробку! Знаю про остановку времени!
Теперь от него пятились и люди в очереди. По толпе пошел гул.
– Я должен с тобой поговорить. У тебя есть пульт! Пульт по управлению временем!
Ива вскочила. Все пошло не так, как должно было пойти. Антон судорожно скинул с себя рюкзак и полез за коробкой. Чтобы что? Показать ей? Остановить время, если ситуация окончательно выйдет из-под контроля?
– У него пистолет! – крикнул кто-то.
А потом все произошло очень быстро. Его скрутили люди в синих костюмах и, расталкивая толпу локтями, куда-то поволокли.
* * *
Сначала его пихнули в какую-то крошечную каморку. Судя по вещам, которые находились в комнатке, это была подсобка: гора принтеров, набор для мытья полов, несколько десятков
