Сочинские рассказы - Юлия Александровна Волкодав

Алекс положил руки на обитые бархатом перила, уткнулся в них лбом и покорно ждал, когда же Эсмеральду повесят и все наконец заткнутся. На сцене трое претендентов на руку и сердце цыганки кто в лес кто по дрова выли: «Я душу дьяволу отдам за ночь с тобой», выцарапывая из демократичного партера хоть какие-то аплодисменты. Цирк с конями. Мне даже не верилось, что я в Зимнем театре, а перед нами московские гастролёры.

– Помнишь, мы в Астрахани на детскую ёлку в местный драмтеатр ходили? – простонал Алекс.

– Ну…

– Там было лучше!

Согласна. Ибо сейчас нам демонстрировали уровень сельского Дома культуры. А драмтеатр в Астрахани вполне приличный.

Но вот Эсмеральду повесили, Горбун пострадал, занавес задёрнули, и зрители с облегчением повалили к выходам. Алекс, разумеется, потащил меня на улицу – покурить. Он покурить, я подышать.

У дверей образовалась пробка.

– Как много у нас курящих театралов, – удивилась я.

– Да конечно! Посмотри, они все с верхней одеждой. Они совсем уходят!

Мы стояли возле афиш и с подозрением их разглядывали. Может быть, к нам приехал десятый состав? В девяностые, помнится, по стране колесило с пяток «Ласковых маев».

– Надо на десятое февраля билеты брать, – заметил какой-то мужик справа. – «Юнону и Авось» привезут.

– Кто? – с подозрением уточнила я. – Питерцы или москвичи?

– Москвичи.

– Нет уж, спасибо.

Ясно же, что не «Ленком» к нам приедет посреди зимы. А самодеятельности с меня хватит.

– Ты хоть понимаешь, как накосячила? – ехидно поинтересовался Алекс, когда мы возвращались в зал.

Я мрачно кивнула. В следующий раз вытащить его на какое-нибудь мероприятие будет сложнее в разы.

– А Сосо за нами только к девяти приедет.

Я снова кивнула. Собственно, только это и вернуло нас в ложу. Ждать машину ещё час на холоде не хотелось.

Народу в зале существенно поубавилось, ложи опустели почти все. В нашей кроме нас остались ещё два человека: солидный дяденька с дамой в вечернем платье. Нас ждала Верона. Да-да, так и называлась первая песня – «Верона ждёт». Но об этом я узнала только дома, посмотрев видеозаписи в Интернете. Потому что в антракте звукорежиссёр что-то «поправил», и теперь дефекты речи наблюдались у всех артистов сразу. Музыка орёт громче, чем поют солисты, хор записан сверху фонограммой – словом, кошачий концерт. Я даже не поняла, что передо мной на сцене все представители воинствующих кланов, потому что к зрителям вышли ровно три человека. Очень маленький город Верона, ну очень маленький. А эти две тётки, одна от Монтекки, вторая от Капулетти, могли бы и сами разобраться между собой. Оттаскали бы друг друга за волосы, и ладненько. Всё равно они выглядят как соседки в советской коммуналке. Да и голосят примерно так же.

Вторым номером шли «Короли ночной Вероны». Вот тут два бравых молодца сорвали шквал аплодисментов. Ещё бы, стопроцентный хит! Даже я бы похлопала, если бы не слышала, что поют ребята «дабл». То есть поверх записанной (не своей!) фонограммы. На записи было восемь-десять голосов, но эти двое выделялись на общем фоне – они банально не попадали в ноты.

Мы вытерпели ещё полчаса. Потом наши соседи, извинившись, попросили выпустить их к выходу. Мы с Алексом переглянулись и подумали об одном и том же – дядя Сосо уже должен был подъехать. И молча устремились следом.

Гардеробщицы и билетёрши в фойе смотрели на нашу делегацию с нескрываемым страхом. Похоже, они ждали скандала. А толку-то? Не они же утверждают репертуарный план.

Зимний театр освещали десятки прожекторов. Из-за его фасада скромно выглядывала легендарная гостиница «Жемчужина». Совсем рядом набережная. Люблю этот уголок Сочи. Пожалуй, больше, чем какой-либо другой.

– Тебе сильно жарко или уходить не хочется? – проворчал Алекс, заметив, что я приотстала.

– Да нет. Просто театр у нас красивый.

– Ага. Главный вывод сегодняшнего вечера!

Именно. Гастролёры что? Приезжают и уезжают. А театр остаётся. Красивый.

Анжели (всё та же Мамайка)

«Натали, утоли мои печали, Натали…» Лепс страдал в слабеньких колонках «Жигулей», бодро подпрыгивающих на ухабах. Сочи, что вы хотите? Лепс здесь практически религия. Каждый встречный-поперечный вам расскажет, как он с Гришей водку пил в каком-нибудь прибрежном кабаке и они вместе такие дела решали, вай!

– Ишь ты, Натали, – хмыкнул Костик, крутя руль. – Натали. А у меня Анжели. Вернулась ко мне, представляешь?

– Да ладно?! – Я аж на месте подскочила. – Анжела вернулась?!

Я никогда в жизни её не видела, но эта женщина уже несколько лет будоражила моё воображение поэта. А воображение Костика и подавно.

Костику полтинник, и вообще-то он дядя Костя, но чаще я зову его просто МЧС. Ибо в моей жизни он появился одновременно со «шнивой», бастардом концерна Шевроле. Вид и комфорт иномарки, но сыплется, зараза, как отечественный таз. И Костик, сосед и автомеханик, стал частым гостем в нашем доме. Раз в месяц я стабильно набираю его номер и в состоянии тихой истерики объясняю, что опять у меня сломалось. А потом появляется он, рыцарь на синих «Жигулях», в бордовом костюме врача «Скорой помощи». Дядя Мелик, у которого он снимает угол, работает на «скорой», ну и одевает приятеля по мере сил. Костик выкуривает сигарету, материт отечественный автопром и лезет под машину. В особо сложных случаях забирает её к себе во двор, а на следующий день пригоняет. Цены Костику нет, ибо он терпит не только выкрутасы Шнивы, но и мои.

– Не могу я больше, забирайте её и делайте, что хотите! – вопила я однажды в телефон. – Эта зараза вообще не едет! Больше тридцати не разгоняется и ревёт, как трактор!

Костик приехал, посмотрел на меня, на раздатку, хмыкнул и потянулся за сигаретой.

– Что с ней? – простонала я.

– А ничего. Блокировку межосевого дифференциала сними.

Ну вашу ж мать! Пять лет водить «шниву» и так элементарно попасться! У неё два рычага – один переключает скорости, а второй блокирует чего-то там, чтобы выбраться из любой задницы, если вдруг туда заехал. Очень полезная штука в наших горах. Вот только если блокировку включить, машина будет ехать медленно. А так как накануне у меня заклинило водительскую дверь, за руль я перепрыгивала с пассажирского сиденья. Ну и задела попой рычаг.

В следующий раз сломалась коробка передач. Костик забирал машину на несколько дней, вернул, довольный своей работой, обещал, что лучше прежнего поедет. Утром прыгаю в машину, втыкаю первую передачу, поддаю газу,