Три поколения железнодорожников - Хван Согён
– Ты чего все оглядываешься назад? Напердела, что ли, в доме перед уходом?
– Мне интересно, куда делась женщина, которая приходила с вами.
Тетя Магым остановилась:
– Которая приходила со мной?
– Ну да, такая высокая, полная.
Магым, хлопнув в ладоши, вздохнула:
– Похоже, ты видела мою невестку. Точно! Тебе точно суждено войти в нашу семью. – Она снова остановилась, прищурила глаза и спросила: – Ты от рождения видишь таких людей?
Кыми уже сообразила, что вторая женщина была призраком, и пожалела о своих словах. С детства ей строго-настрого наказывали не выдавать себя, и она не болтала лишнего с малознакомыми собеседниками. В тюрьме ее собеседницами были простые девчонки, но ведь сейчас перед ней стояла тетя ее будущего супруга.
– Бывают разные ситуации. Сегодня не обычный случай, – пробормотала Син Кыми с намерением замять разговор.
К счастью, тетя не стала больше ничего спрашивать и только сказала на ходу:
– Это мать Ильчхоля и Ичхоля. Когда в нашем доме происходит что-то важное, она обязательно появляется, невзирая на время. Невестка умерла, когда мальчишки учились в начальной школе, и я, переехав в дом брата, вырастила их. Ичхоль равнодушен к людям, так что, когда мать приходит, не замечает ее, а Ильчхоль заботлив, добр и, похоже, время от времени видит ее.
Тетя Магым не стала рассказывать ни о том, что совершила ее невестка во время большого наводнения, ни о том, что однажды Ильчхоль получил от своей умершей матери тток. Потому что никто бы в эти истории не поверил. На самом деле Син Кыми сразу понравилась тете Магым. Если бы Син Кыми не суждено было стать женой Ильчхоля, зачем бы ей средь бела дня явилась, да еще и без чьего-либо ведома, Чуан-тэк. Подойдя к дому в Сэнмале, Магым не удержалась и призналась:
– У меня тоже бывают разные ситуации. Но с хозяином этого дома я познакомилась именно благодаря невестке.
Магым прямо рассказала Син Кыми, как однажды Чуан-тэк явилась в дом, натолкла рисовой муки в ступке и попросила приготовить детям тток, а на следующий день рано утром явилась снова, отвела ее к одному дому, в котором шли строительные работы, и там она познакомилась со своим мужем. Син Кыми не особо удивилась, не сочла это невероятным, а только покивала. Тетя Магым, понизив голос, сказала:
– Это был наш с Ильчхолем секрет. Вот и ты его узнала, так что мы трое теперь команда. Ха-ха.
Син Кыми задумалась, почему тетя не увидела мать Ильчхоля, и пришла к выводу, что это была ее личная и очень важная первая встреча с будущей свекровью. Но тетя могла и притвориться, что ничего не заметила. Син Кыми считала, что влюбилась в Ильчхоля с первого раза, однако не признавалась в этом. Но что-то застило ей глаза, ведь ей ничего не привиделось в их первую встречу.
Когда они пришли в дом в Сэнмале, муж Магым, плотник Кан, был еще на работе, а двое их детей не успели вернуться из школы. В этом небольшом традиционном доме имелись три комнаты и просторный двор, а внутренняя и наружная террасы блестели. Ли Магым была безупречной хозяйкой. Изначально крышу покрывала солома, но после того, как скончался свекор Магым, ее муж набрался решимости и заменил солому на черепицу. Тетя Магым отворила притулившуюся сбоку от дальней спальни дверь с решетчатым переплетом и, практически выхватив у Кыми вещи, закинула их внутрь.
– Это твоя комната.
А потом пояснила. Раньше в этой комнате хранились всякие плотницкие инструменты, но несколько дней назад пришли Ильчхоль и Ичхоль, все начисто убрали и оклеили стены бумагой из тутовой коры. Син Кыми вошла, села и осмотрела стены, окна и двери, спокойно открыла комод, украшенный декорами, очевидно, принесенными из мастерской ее будущего свекра. В углу под расшитым хлопковым платком лежали матрас и одеяло, аккуратно сложенные тетей Магым. В центре двери, недавно обклеенной свежей бумагой, оказалось установлено стекло величиной с ладонь, сквозь которое можно было увидеть двор и ворота. Когда Кыми, прильнув к стеклу, посмотрела наружу, тетя Магым сказала:
– Наш Хансве-Ильчхоль такой внимательный и заботливый, он обклеил дверь бумагой в два слоя и принес из дома это стекло. Подумал, что вам может быть тоскливо.
Син Кыми заметила, что на окне в трех местах между слоями бумаги вложены желтые листья гинкго. Солнечный свет, проходивший сквозь листья, делал их желтизну более яркой. И к этому тоже приложил руку Ильчхоль.
Син Кыми согласилась уйти с текстильной фабрики в обмен на разрешение устроиться в другое место, и, уже живя в доме тети Магым, она за две недели разобралась со своими проблемами – в частности, уволилась с работы. Ли Ильчхоль отвел ее к себе домой и представил Ли Пэнману, заявив о намерении жениться. Сидевший напротив них Ли Пэнман отвернулся и утер слезу:
– После смерти вашей матери я ничего для вас не сделал. Вы как-то сами собой выросли. Ты без проблем окончишь училище и получишь работу, так что мне не о чем волноваться. Тебе повезло в жизни!
Разговор о свадьбе прошел гладко: определились с датой и решили, что Син Кыми съездит в Кимпхо, сообщит обо всем родителям, а через три дня туда отправятся Ильчхоль с отцом и попросят ее руки.
Была ранняя зима, но погода выдалась ясная, ветер стих. Дождавшись отлива, Ильчхоль с отцом сели на паромную лодку на причале Ёмчхан и моментально добрались до Кимпхо, как раз чтобы успеть в дом невесты к обеду. Едва они сошли на берег, появился признавший Ильчхоля по форме младший из братьев Кыми, который поприветствовал их и провел к дому. Во дворе дома их встретили родители Кыми и старший из ее братьев. Отец и мать Кыми раскрыли рты, увидев статного студента в форме, фуражке, да еще и в плаще. Они, конечно, слышали от дочери о женихе, но он оказался уж слишком хорош.
Свадьбу договорились сыграть в Доме собраний городка железнодорожников в Ёндынпхо в феврале, когда Ильчхоль окончит училище. Ведущим вызвался стать учитель Хо Сану, который был у Ильчхоля классным руководителем в пятом классе начальной школы. Потом он стал классным руководителем Ичхоля, хорошо знал Ли Пэнмана. Это был окончивший педагогическое училище спокойный интеллигентный
