У смерти шесть причин - Саша Мельцер

Сет второй

Мне наплевать на игру. Неожиданно ярко понимаю это, когда мне становится без разницы, против кого мы выйдем. «Полар Линкс» – самая сильная команда в студенческом чемпионате, хотя в том году заняли третье место. Они точно обозлились и теперь безжалостно уничтожают всех соперников. До выхода в плей-офф нам остается одна игра, и, если они нас размажут, мы с треском вылетим из турнира до следующего сезона. Я так устаю переживать за чемпионат, что сообщение Бьерна мгновенно забывается. Подсознательно волнуюсь за Фьера – его телефон по-прежнему недоступен, он улыбается белозубой улыбкой с миниатюры аватарки, но я не помню, чтобы хоть раз видел его таким радостным в жизни.

Скребется под ребрами какое-то неприятное чувство, то ли вины, то ли тревоги за то, что могло произойти. Фьер всегда был замкнутым, местами – ранимым, и интуиция подсказывает, что его стоит поискать. В общежитии он обитает неподалеку от меня, поэтому я просто по пути забредаю на четвертый этаж и стучусь к нему в комнату. Открывает парнишка, он приветливо машет мне рукой и натягивает на ладони растянутый свитер. На его губах тут же растягивается скромная улыбка, и я стремлюсь ответить ему тем же.

– Не знаешь, где Фьер?

– Он ушел около восьми на тренировку. – Парень пожимает плечами. – Говорил, что заглянет перед учебой, но его не было. Мы вместе на лекции ходим, там тоже не появлялся.

– И ты не занервничал? – Я удивленно приподнимаю брови.

– Думал, он с кем-то из вас. Да мало ли!

Его выражение лица сразу становится чуть пристыженным, уголки губ чуть опускаются, а глаза грустнеют. Я ободряюще хлопаю его по плечу, пытаясь вернуть былое настроение, но сомневаюсь, что у меня это получится.

– Не парься, вернется. Мы просто договаривались встретиться, извини.

Разворачиваюсь и ухожу до того, как он успевает что-то сказать. Позади меня хлопает дверь. Тревога становится сильнее, сворачивается и залегает в груди. Не представляю, как его искать – не буду же я бегать с плакатом «Помогите найти человека» по всей академии, чтобы выяснить, куда тот мог смыться.

Если честно, вообще не понимаю, почему мне есть дело до этого. Списываю все на застарелую вину, которую испытывал по отношению к нему всегда.

Пока я медленно бреду по коридору, из мыслей меня вырывает еще один неожиданный хлопок двери. Показывается еще один юноша, кажется, я видел его с Фьером несколько раз. Они вместе учатся на одном направлении, может, в одной группе.

– Он выходил из академии несколько часов назад. Не знаю, может, уже вернулся. Но на учебе его правда не было.

– Спасибо! – благодарю от души и ускоряю шаг. Конечно, маловероятно, что Фьер до сих пор на улице, но я могу хотя бы попробовать поискать его там.

В комнате снимаю форменный пиджак и утепляюсь – пуховик, ботинки, толстовка с флисом и капюшоном, обязательно шапка. На улице снег метет второй день, поэтому даже носа туда показывать неохота. С грустью смотрю на теплую батарею, возле которой сейчас мог бы читать книжку про норн, и выхожу из комнаты. Никому не сообщаю, что иду на поиски Фьера, зная, что Бьерн с Мадленом только закатят глаза, Эрлен прикроется учебой, а Сандре потащится со мной из жалости. Мы могли бы разделиться, но я все еще не мог объяснить, почему так переживаю за Фьера. В мыслях картинками до сих пор вспыхивают его глаза, когда его уводил Эскиль, и такое там плескалось отчаяние, что вдоль спины до сих пор пробегает холодок.

Быстро спускаюсь по лестнице и толкаю дверь, в спешке чуть не поскальзываюсь на крыльце. Никого не видно. Территория кампуса достаточно большая, поэтому я не знаю, с чего начать. Просто бреду по самой вытоптанной тропинке и думаю, куда мог отправиться человек в разбитом состоянии. Деревья приветливо склоняют ко мне головы, иногда осыпают кучки снега. Под подошвами приятно хрустит, из окна мороз казался сильнее, чем есть на самом деле, но я все равно поплотнее натягиваю шапку, чтобы не застудиться.

Пока я дохожу до центральной площади между кампусами, мне встречаются всего два человека, закутанные в шарфы до самых глаз. Зима какая-то особенно лютая в этом году, словно она чувствует, что и у нас на душе тяжесть. Как бы ни пытались мы жить дальше, пока нам плохо это удается. Трагедия висит над нашими головами и регулярно напоминает о себе. Кажется, это будет до тех пор, пока Эскиль, полиция и расследование не исчезнут из наших жизней, но я даже не представляю, когда же все закончится.

От площади тянутся четыре дорожки – одна ведет к общежитиям, по ней я пришел; вторая – к футбольному полю и теннисным кортам; третья – к кофейне и шлагбауму; четвертая – к преподавательскому блоку и центру академии. Первым делом иду по третьей, дохожу до выхода, и из небольшого домика охраны показывается плотный мужчина в толстом пуховике. Его голову уже тронули залысины, глаза и губы окружили морщины, но выглядит он очень добрым.

– Что такое? – интересуется он, не пытаясь прогнать меня. Это вызывает улыбку.

– Сегодня никто не выходил из академии? – спрашиваю я, но вижу его недоуменный взгляд и начинаю сочинять на ходу. – Понимаете, просто… с другом поспорили, что он сгоняет в Драммен и ему дадут разрешение прямо посреди учебной недели! А я не знаю, как обстоят дела. На кону пятьсот крон!

Охранник смотрит на меня как на дурачка, таким я и сам себе кажусь. Бредовее легенды не придумать, но и правду говорить нельзя – всю «Норне» на уши поднимут из-за очередной пропажи студента.

– Нет, малец. – Мужчина качает головой. – Ни с пропуском, ни без сегодня никто не выходил.

Отчасти мне становится легче: Фьер точно в академии или на ее территории. Я как можно миловиднее улыбаюсь, надеясь, что охранник проглотит мою ложь. Он велит мне не топтаться у шлагбаума и отправиться назад в общежитие. Конечно, я не слушаю его и, захватив капучино в кофейне, возвращаюсь к площади.

Остается всего два направления – к теннисным кортам и академии. По наитию решаю сначала обследовать корт и футбольное поле: там достаточно открытое пространство, и сразу будет видно, есть кто-то или нет. А вот академию можно исследовать хоть до вечера. Здесь тропинка куда более засыпанная снегом. Кому вообще нужно ходить к летним