В чужих туфлях - Джоджо Мойес

– Наверное, из-за аккумулятора. Надо менять.

Сэм ждала, что он сейчас отвлечется и выпрямится, но этого не произошло.

– Фил?

– Что?

– Можешь помочь? У нас есть провода для прикуривания? Мне в девять надо быть на работе, иначе не миновать беды.

– Тогда, пожалуй, лучше взять такси.

Сэм стояла рядом, глядя на ноги мужа. Он торчал в этом фургоне уже не первый день. Сначала она тихо радовалась – наконец-то Фил нашел хоть какое-то занятие, кроме телевизора. Это само по себе чудо. Но теперь ей казалось, что он неспроста проводил здесь столько времени. Муж словно готов делать что угодно, лишь бы не оставаться с ней.

– То есть ты даже мне не поможешь?

Фил выглянул из-под капота и выпрямился. На лице непривычно отстраненное выражение.

– Я же не могу по волшебству достать из пустоты новый аккумулятор.

На мгновение их взгляды встретились, и Сэм ощутила легкий холодок из-за отсутствия всяческого тепла в его глазах.

– Что ж, спасибо, – автоматически произнесла она. – Спасибо большое!

Не сказав больше ни слова, Фил взял заляпанную маслом тряпку возле двигателя и вновь скрылся под капотом.

Сэм уже сидела в такси, когда ей позвонила мать.

До офиса оставалось восемнадцать минут. Она все пыталась придумать подходящее оправдание. Если свалить все на машину, Саймон найдет повод придраться и скажет, что ей не хватает организованности, будто можно заранее знать, в какой момент сдохнет аккумулятор. Может, сказать, что попала в аварию? Хотя с него станется проверить, лишь бы уличить ее во лжи. Лучше не врать. Может, удастся прихватить папку со стола по пути и сказать, что она заходила к себе за другими данными?

– На прошлой неделе ты так и не пришла убирать. И нужно, чтобы ты нашла мне социалистические гимны.

– Чего?

– Социалистические гимны, – нетерпеливо повторила мать. – Твой отец хотел рассказать об истории «Иерусалима»11 в церкви Святой Марии, и я напомнила, что, по словам епископа Даремского, в строчке про «темные мельницы Сатаны» на самом деле речь идет о храмах, а не про обычные мельницы, поэтому эта тема не годится. Ты же знаешь, как обидчива миссис Палфри. Она на короткой ноге с викарием и обозвала беднягу Тесс Вильерс маоисткой за то, что та возложила на алтарь богопротивные цветы.

– Богопротивные цветы?

– Антуриумы. Очень похожи на пенисы. Мы все были в шоке. Да еще твой отец что-то намудрил с этой коробкой, раздающей вайфай, и мы не можем выйти в интернет, чтобы найти какой-нибудь социалистический гимн поприличнее для его речи. Желательно к этому вечеру. Ближе к пяти ему нужно к офтальмологу.

Сэм пыталась найти в сумке косметичку. Кэт сегодня заняла ванну, и она не успела накраситься.

– Кстати, мы решили дать приют беженцу. Но там куча бумажной волокиты, надо, чтобы ты помогла заполнить бланки. И еще убрать все из свободной комнаты, чтобы поставить туда кровать.

Хотя, погоди, кажется, она там есть. Но я точно не знаю, за грудами ящиков не видно.

– Беженцу? – Сэм не успевала за матерью.

– Нужно думать не только о себе, но и о других, Саманта. Ты же знаешь, мы с отцом хотим хоть что-то сделать для своей страны. Похоже, многие из них очень милые люди. Миссис Роджерс приютила афганца, так он всегда дома обувь снимает.

– Мам. Сейчас не могу. Я очень занята.

В голосе матери непостижимым образом сочетались обида и едкость.

– Вот как. Что ж, было бы неплохо, если бы ты хоть иногда думала о нас.

Сэм зажала телефон между плечом и ухом, пытаясь нанести увлажняющий тональный крем.

– Я думаю о вас, мам. И вовсе не иногда. Слушай, если хотите принять у себя беженца, без проблем.

Но у меня сейчас нет времени разбирать свободную комнату или искать социалистические гимны. Очень много дел. Я заказала вам доставку продуктов на вторник, а когда смогу – приду и помогу во всем разобраться.

– Доставку продуктов? – судя по голосу, мать обижена всерьез. – Что ж, полагаю, придется сообщить бедным, несчастным афганцам, что у нашей дочери слишком много дел, и она не в состоянии найти для них кровать.

– Мам, в той комнате постель никто не видел с две тысячи второго года, когда отец начал переносить туда свою коллекцию поездов, купленных на еВау. Я даже не уверена, что она там вообще есть. Слушай, я зайду, как только смогу. У меня правда много дел.

– У всех нас дела, Саманта. Ты не единственный занятой человек в семье. Боже, надеюсь, с Филом ты так не разговариваешь. Неудивительно, что он чувствует себя брошенным.

Сэм опоздала на четыре с половиной минуты. Судя по взгляду Саймона, с тем же успехом могла бы на четыре часа.

– Как мило с вашей стороны к нам присоединиться, – колко сказал он, поглядывая на часы с приподнятой бровью, а затем посмотрел на коллег, чтобы они тоже отметили.

На протяжении всего второго совещания Сэм думала, не стоит ли отменить обед с Мириам Прайс.

Саймон беспощаден: ставил под вопрос все ее расчеты, принимал то скучающий, то отрешенный вид, утомленно постукивал кончиком ручки с гравировкой по блокноту, стоило ей открыть рот. Иногда даже бормотал что-то себе под нос, пока она говорила.

Сэм видела, как менеджеры из «Уберпринт», которые выглядели, одевались и разговаривали так же, как он, наблюдали за представлением и, видя ее слабость, ставили на ней жирный крест. После совещания по продажам она пошла в женский туалет и зажала лицо ладонями, чтобы никто не услышал, как она плачет в кабинке.

Сидя там, она написал Филу, но тот молчал. В последнее время он отвечал в лучшем случае на одно сообщение из трех, и Сэм уже была не уверена, что дело только в депрессии. Она написала Кэт, но в ответ получил только: «Он в порядке». Без крестика в конце. Никаких вопросов, как день. Иногда возникало чувство, будто в этом мире до нее никому нет дела. Сэм подумала, не написать ли Джоэлу, но, пожалуй, это перебор, открытое признание, что он ей нужен, а на это она пока не готова. Пальцы зависли над кнопками, а затем кто-то зашел в соседнюю кабинку, и телефон отправился в карман.

Когда она вышла, на часах была уже четверть двенадцатого: отменять обед слишком поздно. Поэтому Сэм умылась холодной водой, заново нанесла макияж и отправилась на ланч, игнорируя пристальный взгляд Саймона через окно его кабинета.

– Сэм! Как дела? – Мириам уже ждала ее в ресторане за столиком у окна.

Когда официант подвел