Акулы из стали. Соль, сталь и румб до Норда - Эдуард Анатольевич Овечкин
Дальше – больше. Восстановили отдел контроля внутреннего порядка, и так как заняться ему было нечем (потому-то его и упразднили), начали вводить ограничения и правила, для того, чтоб люди могли их нарушать, а отдел – работать. Чуть погодя открыли карцер в одной из освободившихся станций наблюдения за внешней средой: а за чем там наблюдать? Ну, вода, ну, инопланетные формы жизни плавают, так они там триста лет уже плавают, и что за ними наблюдать? Вот форпосты для наблюдения за врагом – это да, это требование времени! «За каким врагом?!» – возразили остатки ученых. «А за любым!» – отрезали в новой администрации и взялись за упразднение ученых, больно умные, ишь, вопросы задают. В такое-то время!
Основываясь на этой же причине, отменили выборы следующего главы совета и выдали нынешнему звание Лидера – он лучше знает, ему и решать. А что могут решить люди? Ведь не все из них даже достаточно образованны. Люди удивлялись, хмыкали, но, привыкшие за много поколений к спокойной жизни, что делать – не знали. Да и отделу внутреннего порядка дубинки вон выдали.
С остальными станциями всяческие сношения прекратили год назад («А-а-а, – сказали техники, – так вот почему пропали нормальный кофе и сигареты!» И немедленно отправили своего старшего налаживать контрабандные каналы, а то на этой местной бурде долго не протянешь), начали набор в вооруженное военное ополчение и подготовку к войне, вернее, к отражению агрессии со стороны остальных станций (о которой соседи и не подозревали, как донесли потом по контрабандным каналам со станции «Маренго» вместе с кофе и сигаретами). Станцию решено было переназвать в «Свет новой зари» и курс развернуть с исследования и освоения планеты на возвращение к корням. И начинать было решено, естественно, с табличек.
Все свободное от приборов и мебели пространство отдела обслуживания скрывал полумрак – техники давно уже не спали на всю катушку, и яркий свет резал им глаза, а Гусю свет и вовсе не нужен. Заварив чашку контрабандного кофе (в аккурат вторая партия подошла) и заложив за ухо контрабандную сигаретку (вообще на станции запрещено было курить почти везде, но кто тут узнает-то? Обычные люди сюда давно не ходят – роботов боятся), Петрович погрузился в кресло вахтенного, немного поерзал, разгоняя бугорки обивки под свою анатомию, и приготовился. «Сначала кофе, покурю потом – и спать. Спать, спать, спать…» Уже от одних этих мыслей становилось сладко.
– Ну что там у нас? – спросил он Гуся и отхлебнул первый, еще слишком горячий, но самый важный глоток.
Гусь вывел всю информацию на экран: разговаривать он уже не мог, раньше-то он все рассказывал по степени важности, но ремонтные модули, на которых специализировалась станция «Аделаида», давно перестали поступать, ровно с того момента, как новое руководство открыло людям глаза на то, что слишком много за них решают и делают роботы, а вот раньше, их деды, нет, пожалуй, чуть дальше раньше, вот, например, прапрапрадеды…
Отхлебывая из чашки, Петрович листал строчки и читал все по своему обычному алгоритму: то, что зеленым, не читаем (раз зеленый – значит, все в порядке), то, что желтым, не читаем тоже (оно же еще не красное), а красного давненько уже не попадалось.
– Так, что тут у нас: зеленое, зеленое, зеленое, желтое, зеленое, красное, желтое… стоп. Еж твою мать! Течь!
Петрович был опытным бойцом: окончив курсы к семнадцати годам, всю жизнь работал в отделе обслуживания и что-что, а основное правило «никогда не паниковать» усвоил твердо. Но одно дело – усвоить, а другое дело – что делать-то? «Ладно, – думал Петрович, – не паникуем. Кто мы прежде всего? Прежде всего мы фундамент, так сказать, всей этой пирамиды по поддержанию жизнедеятельности, а для фундамента главное – что? А для фундамента главное – вовремя доложить! Ну покурить-то я успею? Ну покурить-то да, заодно и доклад сформулирую».
Петрович не спеша (но все-таки несколько тревожно) допил кофе, закурил и перечитал сообщение Гуся несколько раз: «Обнаружена течь в обшивке хранилища семян». Прикинул так и этак свой доклад старшему технику, Семену Горенкову (которого избрали старшим на собрании техников единогласно – Семен был на больничном и на собрании не присутствовал). Подобрал наиболее подходящую формулировку и позвонил.
– Докладывает дежурный техник!
– Ну.
– Обнаружена течь в хранилище семян модуля гидропоники.
– А, ну ладно, доклад принял. Отбой.
«Тоже давно не спал», – подумал Петрович и докурил. На пульте замигала тревожная лампочка.
– Да все нормально, это я! – крикнул Петрович (хоть говорить Гусь уже не мог, но все еще слышал).
Лампочка погасла. Зазвонил телефон.
– Подожди, Петрович! Что ты сейчас сказал?
– Я?
– Ну ты, да.
– Течь в хранилище семян. Обнаружена.
– В смысле – течь?
– …
– Что ты имел в виду?
– Забортная вода поступает внутрь прочного корпуса.
– То есть ты именно это имел в виду? И как там? Сильно течет?
– Пока нет. Капельно.
– А точно течет?
– Точнее точного.
– А что делать-то будем?
– Я инструкцию ищу, так-то и не скажу, с ходу, что делать…
– А ты сам-то проверял?
– Что?
– Ну течь эту, что.
– Да нет. Откуда я знаю, где это хранилище, там роботы у нас… ну раньше… мы туда и не ходили никогда.
– Ну это серьезно, да?
– Ну а то! Затонем все, как пить дать, если мер не примем!
– Придется докладывать… Эх, ладно, ищи пока инструкцию и со связи не уходи!
– А куда я с нее уйду, она же тут везде…
Но в трубке уже пикало.
Проходимец приехал в ангар искусственных интеллектов и, сверившись со схемой на входе, направился к стеллажу с моделями УГ-РМ6 (в просторечье – Угар). Левая его гусеница периодически подбуксовывала и потом с визгом догоняла правую, и казалось, что Проходимец хромает, как раненый солдат.
Угары стояли в ряд на втором уровне, и первый вообще не включился. Второй дошел только до середины самотестирования, а с третьим повезло, но пока он не поехал – один из его манипуляторов упал на палубу и волочился, цепляясь за все подряд. Проходимец что-то проморгал лампочками Угару и поменял его манипулятор, взяв на замену с первого, – и теперь все было отлично, не считая того, что первый Угар был зеленый, а третий – красный. Но роботы на такие мелочи обычно внимания не обращают.
До уровней управления весть о течи
