Знак ветра - Эдуардо Фернандо Варела

– Боюсь, что все свои я уже истратил.

– Значит, мы останемся здесь. Превратим грузовик в лавку и будем готовить еду на продажу. До сих пор дела у нас шли очень даже неплохо, – сказала она, кивнув на коробку с деньгами.

Паркер почувствовал, будто оказался на одной из тех развилок, где не существует ни верных, ни ошибочных решений. Зато он был твердо уверен, что никогда не согласится стать причиной жизненного краха Майтен, никогда не допустит, чтобы она принесла ему в жертву свои надежды, ведь в обмен он может дать ей слишком мало.

– Оглянись по сторонам: такого убогого существования ты ни в коем случае не заслуживаешь. Это моя территория, но для тебя она означает смерть при жизни, ты не должна губить здесь свою молодость. Сейчас у тебя есть возможность уехать в Буэнос-Айрес и какое-то время ждать меня там.

– Мне это уже не нужно. Без тебя я никуда не поеду, такая разлука никогда ничем хорошим не заканчивается. Мы с тобой еще успеем побывать в столице – если не этой зимой, то следующей, когда нынешние проблемы удастся разрулить.

Между тем близилась буря, и последние солнечные лучи спрятались за тучами. Паркер смотрел на девушку несколько минут, но мешкать было нельзя, время поджимало, и следовало немедленно принять какое-то решение. В такой миг он просто не мог дать волю чувствам – любая форма искренности на деле обернулась бы обманом. Майтен слепо верила в благополучный исход истории с жандармами и тем самым губила собственное будущее. Вот почему он был вынужден солгать – ради ее же спасения, даже если потом до конца жизни станет жалеть об этом. Паркер, пока говорил, с трудом заставлял себя смотреть ей в глаза. И это было невыносимо. Он знал, что прямо сейчас ставит точку на очень важном для них обоих жизненном этапе. Кто знает, возможно, следовало считать удачей, что их здесь задержали и поэтому продолжить путь вместе им не удалось. То счастье, которое они оба себе вообразили, было лишь мечтой, возможностью тешить себя ею до поры до времени, хотя они знали, что реального будущего за пределами здешних пустынных трасс у них нет. И этот неподвижный, полузанесенный песком грузовик следовало считать четкой разделительной вехой.

Паркер набрался смелости и предложил Майтен воспользоваться приглашением журналиста – то есть отправиться с ним в столицу. Ему можно вполне доверять, и он доставит ее к друзьям Паркера, которые их все еще ждут. Там она сможет жить столько, сколько нужно, пока они не воссоединятся и не решат, где им лучше обосноваться – в Буэнос-Айресе или в каком-нибудь другом месте. Словно острая игла вонзилась ему в горло, когда он увидел Майтен – такую несчастную и покорную, такую одинокую посреди проклятой степи, которая заглатывала людей и превращала в пустые скорлупки, лишенные сердцевины. Майтен молча слушала Паркера, и для нее его слова звучали жестоким приговором.

– Нет, нет… – едва слышно пробормотала она.

А он указал на свинцовое небо и на тучи, похожие на обезумевшее стадо. Потом напомнил, что очень скоро эти места станут непригодными для жизни из-за холодов и снегопадов, а ветер будет как острый нож вспарывать все, что попадется ему на пути. Вышедшие из берегов реки сделают половину дорог непроезжими, земля превратится в полузамерзшее болото, дни съежатся, и на несколько месяцев воцарится тоскливый полумрак. Но Майтен и сама лучше, чем кто другой, знала все это, потому что здесь она родилась и выросла. Ее не пугали ненастье, безлюдность, тяготы суровой жизни и даже отказ от того, о чем мечталось с самого детства, от переезда в настоящий город. А вот мысль о том, что она больше никогда не увидит Паркера, разрывала ей душу.

– Нет, нет… – твердила она, едва сдерживая слезы. – А когда мы снова встретимся?

– Очень скоро, – ответил он, не давая себе расчувствоваться.

И Майтен наконец приняла его доводы, хотя и с сердечной болью. На какое-то время им действительно надо расстаться – иного выхода не было. Она сказала, что верит ему на слово, что найдет в столице работу и будет ждать его сколько потребуется. Паркер понял, что ложь сработала, и ему опять показалось, будто в грудь его вонзился кинжал. Он достал из коробки деньги, кое-как запихал их в пакет и протянул Майтен, но она, не раздумывая ни секунды, решительно отказалась:

– Тебе они понадобятся больше, чем мне.

Майтен хорошо знала характер своего друга: если она согласится принять эти деньги, больше они с ним никогда не увидятся.

Пока пара продолжала строить хлипкие планы на будущее, на землю обрушился настоящий водопад, и мужчины кинулись снова укреплять листы фанеры и куски брезента, которые теперь вели себя как непокорные корабельные паруса. Дитрих с журналистом тащили тяжелые камни и пытались насколько возможно помешать разрушению лагеря. Потоки воды хлестали во всех направлениях, под ногами быстро образовались лужи. Майтен дрожала от холода и накрылась плащом Паркера. Журналист спешно запихивал в папку какие-то листы бумаги, а какие-то отбрасывал прочь.

– Нам надо уехать, пока мы не утонули в грязи и пока еще остались неперекрытые дороги. Этот дождь не сулит ничего хорошего на ближайшие дни, – приговаривал он, готовясь к отъезду. Потом долго изучающе смотрел на Паркера, словно ожидая последних распоряжений.

– Вы можете довезти Майтен до столицы? – спросил тот, хотя вопрос был уже решен ими несколько часов назад.

Майтен молчала, пытаясь улыбнуться сквозь слезы. Она пошла к кабине грузовика и принялась складывать вещи. Вот и опять ей приходилось умещать всю свою жизнь в тесное нутро пары сумок. Наконец они с Паркером обнялись и долго стояли так, чувствуя, что оба дрожат. И с трудом оторвались друг от друга. Но с этого мига уже перестали быть прежними, поскольку ни он, ни она не могли даже вообразить, что произойдет с ними дальше. В любом случае это не будет зависеть от их воли – отныне тень судьбы встала между ними. Дальнейшие несколько минут показались им долгими часами. Паркер и журналист обменялись беглыми обещаниями встретиться снова в каком-то непонятном месте. Майтен села в машину с прозрачной улыбкой на лице. Машина рванула вперед и стала удаляться, скользя по блестящей асфальтовой полосе, а потом и вовсе пропала из виду за падающей с неба водной завесой.

Паркер смотрел им вслед. Он застыл посреди дороги и ждал, что вот-вот случится что-нибудь еще, но карты игрокам были розданы и ставки сделаны –