Работа в измененном состоянии сознания - Светлана Николаевна Павлова
И стала обдумывать свои первые опыты в Горах. Мне порой становилось немного стыдно за дурацкие вопросы. Никак не могу привыкнуть, что все, что происходит со мною в медитации, происходит на Тонком плане. Там все мысли читаются всеми, там работает левитация, а уж если можно мыслью сражаться с кем-то или с чем-то, то это даже не астрал, это — ментал.
28.03.96, 6 ч. 20 м.
Я на уступе. Учителя нет. Появилось странное существо из какой-то субстанции, напоминающей сероватый «студень», по форме и размерам похожее на гигантскую черепаху. Не зная, что это такое, сначала накрыла колпаком. Стала думать. Почему-то пришло в голову: «надо лечить». Перевернула на спину. В середине была какая-то планка или пластина, длиной примерно 1/5 от диаметра тела. Пластину я убрала, энергией залечила. И черепаха из «студня» исчезла. Больше ничего не произошло.
29.03.96, 6 ч. 25 м.
Пришла на уступ. Раннее утро. Солнце яркое-яркое. Море света. Подо мной облака. На мне длинная белая одежда. Стою с поднятыми руками, и во мне звучит то ли гимн, то ли молитва Солнцу. Выходит из Башни Учитель. Весь — Свет. Свет такой яркий, мощный. Посмотрел на меня, улыбаясь, и вдруг ринулся с обрыва. Я, не задумываясь, — за ним. Опустились у подножья горы. Там оказалось какое-то ущелье, заполненное непроницаемым мраком, может быть, пещера. Учитель исчез. У меня мысль — надо идти. Зажгла на левой ладони Свет, не просто огонь, а настоящий, Космический Свет. Осветила мрак. Увидела совершенно изможденного и больного человека, к тому же еще и прикованного к стене цепями. Сначала залила его энергией, потом стала снимать с него оковы. На руках были ссадины. Запросила мазь и смазала. Поняла, что надо накормить. Запросила хлеба и кокосового молока. Дали кокос, который я вскрывала весьма неловко. Подумала, что много давать сразу нельзя. Потом взяла его на руки, вынесла на свет и положила у входа в ущелье. А оттуда из тьмы опять услышала стоны. Рванулась туда, а там еще много таких же измученных, изможденных. Мелькнула мысль: «Ага» Опять проверка!» Помогала так же, но после еды остальные выбирались на свет сами. Только некоторых приходилось поддерживать. Мысль, что это очередной экзамен, — и все исчезло.
Я на уступе. Учитель рядом. Улыбнулся и заметил, что эксперимент нечистый: когда они проверяют, у меня не должно быть понимания этого. Но в данном случае «прокол» не мой. Учитель позвал в Башню на самый верх. Это оказалась его обсерватория. Над головой прозрачный до полной его невидимости купол (я просто знаю, что он есть). Подумала: «А как же наблюдать днем?». Слышу ответ: «Используя специальные фильтры». Не очень поняла, какие именно. Ну, до другого раза. Учитель показал мне Сириус и сказал, что это его звезда. Промелькнула мысль: «Так я должна сейчас заняться астрономией?» Слышу мысленный ответ: «Это сейчас не главное. Сейчас нужно учиться у нас и учить других».
Дальше ослабло внимание, и я оказалась в каком-то городе европейского типа. Иду по улицам. Позвала Бима. Тут же он появился. Скромные витрины. Не очень чисто. Словом, район отнюдь не фешенебельный. Вдруг около урны увидела крохотного грудного ребенка, жалко хныкающего, грязного-грязного, худого, очень смуглого. Мне показалось, что он умирает. Я его схватила и понеслась почему-то не в больницу, а к себе домой (там, на Тонком плане). Залила его энергией и стала мысленно вызывать врачей. Потом все исчезло, а я очнулась дома в своем «летающем» кресле.
30.03.96, 6 ч. 20 м.
Стою на уступе. Приветствую восходящее Солнце. Состояние невероятной радости и счастья. Свет кругом. Появился Учитель, такой же озаренный Светом, как всегда. Не удержалась и рухнула перед ним на колени. Он положил руку мне на голову: «Встань, дитя. Пойдем!» По уступу мы зашли за северную сторону башни, и я вдруг увидела, что гора вовсе не усеченный конус с почти вертикальными склонами. С северной стороны от вершины плавной дугой, как виадук, шел довольно пологий спуск. По нему мы и отправились. Где-то посередине спуска вдруг увидела, что все вокруг заполнено змеями, а я осталась одна. Прямо передо мной поднялась, закачалась и зашипела кобра. Я мысленно обратилась к змеям со словами любви ко всему живому, а к Учителю с вопросом: «Как долго меня будут пугать животными? Я их не боюсь. Меня не покидает абсолютная уверенность, что никто из них не может причинить мне зла». Тут же вспомнился Святой Франциск Ассизский: «Здравствуй, сестра кобра!..» Змеи исчезли. И в этот же момент увидела мчавшегося прямо по дороге на меня громадного разъяренного быка. Даже кольцо в носу у него было! Подняла левую руку и прямо в морду быка послала мощный белый луч. Бык исчез. Мысленно услышала голос Учителя: «Животных больше не будет». Увидела справа от дороги в углублении скалы лежащего человека. Подошла. Смотрю: прокаженный. Надо помогать. А как? Залила его живительным розовым светом. Потом попросила специальное масло. И оно появилось. Облила его всего этим маслом. Кожа значительно очистилась. Почему-то сказала ему: «Теперь иди к реке Иордан, окунись в ее воды, и ты очистишься окончательно».
После этого сразу оказалась в Башне в обсерватории. Учитель сидел напротив меня. Поняла, что сейчас должен быть урок. Но, видимо, я устала и не смогла в должной мере сосредоточиться. Услышала: «Завтра приходи прямо в обсерваторию». Я расстроилась. Вышла на уступ, позвала Бима, и вдруг, как и вчера, мы с ним снова очутились в том же городе. И снова ребенок в розовом комбинезончике. Но теперь уже примерно годовалый. Ребенок на нетвердых ножках выбежал на дорогу. Бим мгновенно кинулся, и в доли секунды ребенок оказался на тротуаре, а я в своем кресле дома. Вот и все на сегодня.
31.03.96, 6 ч. 45 м. и 15 ч.
Приходила к Учителю дважды. Оба раза была рассеянной. Что со мною? Грустно.
01.04.96, 6 ч. 30 м.
Пришла к Учителю в обсерваторию и упала на колени. На глазах слезы и в то же время радость. Смешение сразу всех чувств. Он улыбается: «Успокойся, дитя, садись». Я села. Он отошел
