Криминальная патопсихология - Юрий Антонян

Попытаемся дать другое объяснение мотивам поведения К. и проверим это объяснение на различных вариантах сексуальных перверзий у психопатических личностей.

Из общей психологии и сексологии известно, что личностный смысл полового акта в норме может быть различным. И. С. Кон выделяет 9 таких мотивов: прокреативный (деторождение), рекреативный (гедонистический), коммуникативный (личностное сближение), самоутверждения, ритуальный, компенсаторный, познавательный, релаксации, достижение внесексуальных целей[186]. Иерархия этих мотивов, как показало исследование, у психопатических личностей и психически здоровых лиц носит различный характер, поведение здоровых чаще полимотивированно, у психопатических личностей можно скорее выделить какой-то один ведущий мотив.

Коммуникативный мотив в обеих группах является высоко значимым в идеальном «Я». Однако если в реальной иерархии мотивов у психически здоровых лиц коммуникативный мотив занимает также высокое место, то у психопатических личностей с сексуальными перверзиями, по данным самооценки, проективных методик, он во многих случаях, что очень важно отметить, заблокирован.

К неадекватному опредмечиванию сексуальной потребности у психопатических личностей с формированием замещающего мотива-«суррогата» ведет, в соответствии с психологической гипотезой, реальная или условная блокада одного из мотивов полового акта. При этом вариант перверзии в определенной степени зависит от содержания заблокированного мотива или группы мотивов. Наиболее часто таким заблокированным мотивом, особенно при тормозимой психопатии, был коммуникативный.

Выбор объекта половой потребности у К. определяется стремлением к абсолютному исключению коммуникативного мотива из своего поведения при совершении полового акта при условии сохранения некоторых внешних атрибутов этого объекта.

Можно предположить, что блокада коммуникативного мотива у К. связана с детскими психотравмирующими переживаниями, как одним из главных источников сформировавшейся у него психопатии. Интенсивность психогении, ее дальнейшая интрапсихическая переработка определили основные мотивационные линии его поведения, подготовили почву для первой фазы формирования перверзии – выработки установки. Случайно услышанная им фраза достаточно нейтрального содержания: «из-под земли, но достану» – приобрела для него особый смысл в силу определенной установки, послужила стимулом осознания наличия имеющегося препятствия (но не его истинного внутриличностного содержания). Препятствие заключалось в необходимости личностного сближения при совершении полового акта, в мотивировках К. невозможного из-за «грубости» женщин. Найденный им способ реализации сексуальной потребности полностью исключал эту возможность. Ведущим неосознаваемым мотивом противоправных действий К. является, таким образом, сохранение в заблокированном состоянии при совершении полового акта коммуникативного мотива, занимающего ведущее место в его идеальной иерархии мотивов.

Гипотеза о роли условной, связанной со структурой психопатической дисгармонии, блокады значимых мотивов полового акта в формировании мотивов-«суррогатов» была проверена на психопатических личностях с другими видами сексуальных перверзий.

Было изучено 12 психопатических личностей, привлеченных к уголовной ответственности за хулиганские действия, выражавшиеся в актах эксгибиционизма. У всех испытуемых перверзия носила характер «истинной», полностью замещавшей нормальную половую жизнь. У 10 испытуемых диагностировалась тормозимая психопатия с преобладанием сензитивных шизоидов и психастенических личностей, у одного – возбудимая психопатия и у одного – психопатия неустойчивого круга. Основным личностным радикалом этих лиц были сензитивная шизоидность, робость, нерешительность, тревожно-мнительные проявления, идеи самообвинения, самоуничижения, резко контрастирующие с их циничным для внешнего наблюдателя поведением при совершении противоправных действий. Как правило, влечение к эксгибиционистским актам возникало на фоне нарастающей тревоги, сниженного настроения. В такие периоды эти лица оставляли свои предшествующие занятия и направлялись в известные им места скверов и парков, где им ранее удавалось совершать аналогичные акты. При виде женщины аффективное напряжение резко усиливалось, возникало сексуальное возбуждение, в этот момент они оголяли половые органы и в ряде случаев мастурбировали.

Проиллюстрируем сказанное следующим примером. У., 28 лет, обвинялся в хулиганских действиях. В детстве часто болел простудными и инфекционными заболеваниями, в развитии от сверстников не отставал. В школу поступил своевременно, учился хорошо. С 5–6 лет у него наблюдалась повышенная сексуальная возбудимость. С 13 лет начал заниматься онанизмом, обычно в парке около дома. С 17 лет в парке стал обнажать половые органы перед женщинами и при этом мастурбировал. По характеру был замкнутым, малообщительным, повышенно раздражительным. После окончания 10 классов некоторое время работал слесарем на заводе. Был призван в армию, но из-за экземы лица был демобилизован. Возвратившись домой, окончил ПТУ и стал работать в телемастерской. С работой справлялся, но был конфликтен, неуживчив в коллективе. Нормальный половой жизнью не жил. В 1980 году был впервые привлечен к уголовной ответственности за эксгибиционизм. В период следствия У. была проведена психиатрическая экспертиза и с диагнозом «органическая психопатия» признан вменяемым и осужден к двум годам лишения свободы. Освободившись в 1982 году, вернулся домой, устроился работать на завод. В начале 1983 года был повторно привлечен к уголовной ответственности за аналогичные противоправные действия. По показаниям свидетелей, У. в разное время дня видели в парке, в одном и том же месте, где он стоял среди деревьев. Покашливанием или вопросом: «Который час?» – он пытался привлечь к себе внимание проходивших женщин, а когда они оборачивались, обнажался и мастурбировал.

Направлен на комплексную психолого-психиатрическую экспертизу. При обследовании У. патологии внутренних органов, выраженных неврологических расстройств не обнаружено. Настроение снижено, подавлен, сидит согнувшись, опустив голову, не смотрит в глаза собеседнику. Сообщает, что эксгибиционизмом занимается с 17 лет, нормальных половых актов с женщинами не было. Даже в ситуациях, благоприятных для сближения, у него не возникало сексуального влечения. Зная о противоправности и наказуемости своих действий, не мог сдержать себя, когда возникало желание совершить эксгибиционистский акт. В связи с невозможностью справиться с этим часто появлялось чувство безысходности, собственной неполноценности, возникали суицидальные мысли. Просит помочь ему, заявляет, что согласен на все, даже, чтобы сделали так, «чтобы не возникало никакого полового возбуждения вообще». В отделении замкнут, одинок, ничем не интересуется. Стремится беседовать только наедине с врачом или психологом, чувствителен к интонации, тону собеседника, корректен, вежлив, ищет помощи, старается как можно точнее описать свое состояние при совершении противоправных действий, просит консультации сексопатолога. Самооценка снижена, переживает чувство собственной малоценности, неполноценности. По характеру считает себя замкнутым, обидчивым, раздражительным. При психологическом исследовании нарушений памяти, операционной стороны мышления не обнаружено. Улавливает и передает условный смысл пословиц и метафор, выполняет операции сравнения, обобщения. Опирается в основном на существенные признаки предметов и понятий, уровень обобщений достаточен. В зоне личностно значимых тем обнаруживается склонность к рассуждательству, черты «аффективной логики», временами вязкость, обстоятельность. В тесте Равена за 20 минут правильно выполнял 37 заданий из 60. По данным теста MMPI, психическоое состояние в период обследования характеризуется сниженным фоном настроения, отгороженностью, замкнутостью, аффективной напряженностью.

В протоколе ТАТ – отчетливая проекция на большинство картин теста значимых переживаний испытуемого, выраженная идентификация с персонажами картин, признаками которой являются эмоциональные реакции, речь от первого лица, постоянные попытки ухода