Испытание прошлым - Оксана Алексеевна Ласовская

- Ладно, как хочешь, - сдалась я.

Направляясь к остановке, я набрала номер Миши. Он почти мгновенно поднял трубку.

- Твой сын сидит на площадке за зданием. Его не пустили к тебе, - отчеканила я, не здороваясь. - Спустись и узнай, в чём дело. И заодно объясни ему, что грубить нехорошо.

Не дав Мише вымолвить ни слова, я положила трубку и в последний момент вскочила в уходящий автобус.

Он был на удивление переполнен. Оплатив проезд, я пристроилась в тесном промежутке между мужчиной в дублёнке и норковой шапке и женщиной в старом пальто и пуховом платке. От них исходил удушающий микс запахов, от которого затошнило. Мужчина, видимо, вылил на себя полный флакон духов с тягучим, сладким ароматом, а от женщины пахло куда естественнее - попросту несло луком. Всю дорогу я металась, поворачиваясь то к одному, то к другой, не в силах найти чуть менее зловонный уголок.

Вывалившись на своей остановке, я жадно глотнула холодного свежего воздуха, ощущая, как кружится голова, и потом, собрав остатки сил, бросилась к дому Вари.

Добежав до калитки, я в изнеможении упала на колени. Снег обжигал кожу, а в груди пылал огонь - не могла вдохнуть.

В доме светились все окна. Я взбежала на крыльцо и постучала.

Варя, даже не спросив, кто там, распахнула дверь и отшатнулась:

- Сашка? Это ты?!

Признаться, её реакция меня слегка озадачила, но было недосуг размышлять об этом. Стягивая грязные сапоги, я спросила:

- Где Аня?

- В комнате, - Варя сухо кивнула на дверь. - Звала её есть, а она не отвечает. Саш, где ты была?

- Потом! - отмахнулась я и бросилась в комнату.

Анютка сидела на подоконнике, обхватив колени руками, и отсутствующим взглядом смотрела в окно.

- Доченька! - воскликнула я.

Аня вздрогнула, повернула голову и уже через секунду повисла у меня на шее.

- Мама! Мамочка! - Она судорожно цеплялась за меня, словно боясь, что я вот-вот исчезну.

- Всё хорошо, солнышко! - Я целовала её мокрые от слёз щёки и глаза. - Я рядом! Я всегда буду рядом!

- Мы пойдём домой? - Анюта с надеждой заглянула мне в глаза.

- Нет, родная, - покачала я головой. - Сегодня переночуем у Вари.

- А Джек? - вспомнила Аня. - Он же голодный!

- Зайка, я сегодня так устала, - взмолилась я. - Ничего страшного, если Джек один раз не поужинает. У меня совсем нет сил идти домой. Обещаю, завтра встану пораньше и покормлю его. Хорошо?

- Хорошо, - вздохнула Аня и снова крепко обняла меня.

Спустя два часа в доме воцарилась полная тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем часов в гостиной. Уставшая за день Аня давно спала, а мы с Варей сидели на кухне. Я всё никак не могла согреться: пила горячий чай и куталась в старый плед, но внутренняя дрожь не проходила. Понизив голос, я рассказывала подруге о событиях дня, а она лишь ахала и снова и снова переспрашивала, не веря услышанному.

- Как мне теперь жить, Варь? - спросила я, ощущая ледяную пустоту внутри. - Как без него?

- Да наплюй ты на него! - вспылила Варька. - Козёл, а не мужчина! Как он мог даже подумать, что ты способна на убийство?

- Не называй его так… - поморщилась я.

- Во даёт! - всплеснула руками Варя. - Он тебя в убийцы записал! Забудь его, Сашка! Ты молодая, красивая, найдёшь другого, в сто раз лучше!

- Да не нужен мне другой! - Я с грохотом поставила чашку на стол. - Мне нужен этот, даже с его невыносимым характером! Я его люблю, понимаешь?

- Дура ты, вот что! - с досадой покачала головой подруга. - Это сейчас тебе кажется, что любишь. Пройдёт месяц, другой - и ты сама поймёшь, что такое не прощают. Всю любовь твою как ветром сдует! Вспомни, ты и про Артёма когда-то так же говорила!

- Это совсем другое… - пробормотала я, отворачиваясь. - Что с нами стало, Варька? Ты совсем меня не понимаешь…

Я поднялась и, не глядя на подругу, поплелась в спальню. Рухнула на кровать прямо в одежде и провалилась в тяжёлый, беспросветный сон.

Проснувшись и не обнаружив рядом Ани, я подумала, что дочь наверняка уже завтракает. Медленно, через силу, поднялась с кровати. В горле противно саднило, всё тело ломило. Я застелила постель, сходила в ванную, кое-как умылась и, не глядя на себя в зеркало, провела расчёской по волосам. Только тогда выползла на кухню. Голова раскалывалась, меня бил озноб. Простуда подкралась как нельзя некстати.

- Ну наконец-то! - встретила меня Варя. Она, уже собранная, сидела за столом и допивала чай. - Вы в школу сегодня собираетесь?

- Я точно нет.

Я рухнула на стул и уронила голову на сложенные на столе руки.

- А вообще я, наверное, уволюсь.

- Ты что?! - Варя так поразилась, что даже не донесла бутерброд до рта. - Саш, это всё закончится, а деньги тебе потом где брать?

- Когда это закончится, я уеду, - глухо ответила я.

- Куда? - удивление подруги достигло предела.

- Куда угодно, - ответила я, откинувшись на спинку стула. - Не могу я здесь больше оставаться. Всё надоело. Этот посёлок, эти улицы… даже собственный дом опостылел. Продам его, заберу Аню с Джеком - и махну отсюда.

- К нему, что ли? - хмыкнула Варя, с шумом отхлёбывая чай.

- Если бы… - я горько вздохнула. - Знаешь, о чём я сейчас больше всего мечтаю? - неожиданно вырвалось у меня.

- И о чём же?

- Хочу, чтобы мы все - я, Анька, Миша и Андрей - уехали отсюда куда-нибудь далеко! Туда, где нас никто не знает. Хочу новый город, новую работу, новую жизнь! Несчастливый этот посёлок!

- Андрей? Это ещё кто? - Варя откусила почти полбутерброда, густо намазанного майонезом.

- Сын Миши…

- Так у него ещё и сын есть?! - Подруга подавилась и закашлялась. - Ты совсем рехнулась? И ты ещё надеешься с ним поладить? На кой тебе мужик с «довеском»?

- Прекрати! - резко оборвала я. - Какой «довесок»? Было бы странно, если бы мужчина в тридцать пять лет был бездетным!

- Странно, -