Странная смерть Эдика Мохова - Инна Балтийская

Телефон чуть не выпал из моих рук. Да что же такое, мы ведь договаривались, что Анна дождется моего возвращения! Неужели надо было силой вытаскивать ее из дома и увозить с собой? Но кто ж знал, что она в одиночку на такое решится, она все время казалась такой трусливой, боялась собственной тени

– Когда вы ей позвонили, она сказала про дневник? – уточнила я, не знаю зачем.

– Нет, она сама вчера внезапно позвонила, вечером. Не мне, Пете. И торжествующе заявила, мол, нашла дневник брата, там много чего написано про того, кто на него нападал, кажется, даже имя какое-то нацарапано, не все можно разобрать, но она скоро передаст дневник в органы, а там разберутся. Я… я ничего не поняла, но любопытно стало. Решила к ней в гости пойти. Окна на первом этаже горели, но она меня не впустила!

Наплевав на вежливость, я сбросила звонок Веры и перезвонила Анне. Она ответила сразу:

– Слушаю?

– Что ты слушаешь? – заорала я без всяких реверансов. – Мы же договаривались: про дневник ты сообщаешь, когда мы с Рихардом приедем! А ты чего сделала?

– Да ладно тебе, не ори, – мирно ответила она. – Я сообщила Пете и еще Маргошину. И еще той приятной медсестре Липе, которую мы у тети Тани встретили. И на базаре кое-кому я вчера шепнула. Уверена, сегодня весь город только об этом и говорит.

– Но зачем? Ты хоть понимаешь, что на тебя могут напасть, убить, и мы даже не узнаем, кто?

– Да как меня убьют, если я из дома не выхожу? – усмехнулась она. Ее задиристый тон сильно отличался от прежнего унылого голоска.

– Да брось, за продуктами-то ходишь?

– Нет, накупила на базаре на неделю вперед. Перед тем, как всем про дневник поведать.

– А если дверь взломают? Или окно в доме выбьют?

– Ну и отлично. Дом большой, пока меня еще найдут! А я пока позвоню в полицию, как раз и арестуют урода.

– Да-да, Маргошина и пошлют.

– Ну ты даешь! – теперь она откровенно смеялась. – Кто ж пошлет вместо обычного патруля целого начальника УГРО? Полька, ты, похоже, еще трусливее, чем я была. Не волнуйся, мне ничего не угрожает. Через неделю приедешь, может, уже и маньяк арестован будет.

Она нажала отбой, а я позвонила Оскару.

– Катастрофа, она начала свою игру, когда никого рядом нет! – истошно выкрикивала я в трубку. – Ты понимаешь, что это означает?

– Поля, безумие заразительно, – рассердился он. – Ничего ей не угрожает. Если даже Ерохин сидит по ошибке, все равно никакого серийника давно в городе нет. Майор Лацис успел, конечно, немногое, но все разыскные дела за последние 25 лет ему показали. И все фотографии девушек, сбежавших из города и не вернувшихся, он внимательно рассмотрел. Похоже, что Наталья Смирницкая замыкала список жертв лапинского душителя. Вот до официального начала серии – да, за пару лет пропали еще две девушки похожего типажа. А после Натальи – ни одного странного исчезновения. Так что успокойся – маньяк давно покинул город Лапин. Но вот меня и Рихарда твоя Анна подставила по полной, тут вопросов нет.

Я бросила трубку и нервно заходила по пустой квартире. Хорошо, что дочку уже отвела в садик, не надо ей видеть насмерть перепуганную мамочку. О, вот кто мне нужен!

На этот раз я не стала пользоваться Ватсапом, а написала Лауре длинное письмо, подробно изложив все свои опасения. Она ответила довольно быстро:

«Почему Оскар так уверен, что маньяка в городе нет? Он может жить там, но переключиться на окрестные поселки, согласна. Или вообще охотиться в крупных городах, даже если они находятся на отдалении. Словом, все достаточно плохо выглядит. Бери в охапку Рихарда и поезжайте в Лапин! Только одна туда не суйся, я серьезно предупреждаю. Дочку пожалей хотя бы».

Я вновь начала названивать Оскару, но тот трубку не брал. Зато перезвонил Георгий. Узнав о том, что Анна самовольно начала игру, среагировал сразу:

– Вот дура-то! Ладно, оформляю командировку в Лапин, завтра с самого утра забираю тебя, и едем.

Я наконец смогла выдохнуть. Но тревога до конца не унималась: если маньяк все же остался в городе и до него уже дошло известие о разоблачающей записи в дневнике, он тоже понимает, что времени у него немного. Вскоре кто-то придет к Анне, она отдаст ценную улику, и игра спустя двадцать лет наконец окончится.

* * *

– Я хорошо разбираю любой почерк, – ласково сказал он. – Ты можешь хотя бы показать мне дневник? Вдруг я прочитаю больше, чем первые три строки?

– Нет, не хочу, лень доставать из шкафа. Пусть экспертиза разбирается.

– Я сказал – дай дневник сюда. – Он выпрямился и странно посмотрел на нее.

– Нет… – Ее голос задрожал, она слегка попятилась и остановилась, почувствовав спиной холодную стену.

– В последний раз прошу. – Он все еще говорил спокойно, но ей внезапно стало холодно.

– Я все выдумала, нет никакого дневника. – Внезапно она испугалась так, что зубы задрожали, отбивая барабанную дробь.

– Ясно. Ловушку вздумала поставить, – криво усмехнулся он и сделал большой шаг вперед. Отступить ей было некуда. Она открыла было рот, чтобы закричать, но на шее сжались могучие пальцы, и она лишь бессильно шевелила губами, пытаясь уже не крикнуть, а хотя бы вдохнуть.

Глава 20

Добрую половину ночи я, как ошпаренная, носилась по своей квартире, в рекордные сроки преодолевая расстояние от спальни до кухни и обратно, и старалась хотя бы не сильно топать, чтобы не мешать спать дочке и маме. Пробежки не особенно помогали думать, но усидеть на месте я просто не могла, и выходить в холод и темноту на улицу не хватало духу.

Итак, Анна сделала все по-своему, и вполне вероятно, что теперь она в опасности. Но что я могу предпринять? Может, не надо было слушать Оскара, а сразу же позвонить в полицию Лапина? И что я бы им сказала?

Сообщить, что готовилась хитроумная операция, причем силами полиции другого города? Она заключалась в ловле на живца, что само по себе оперативниками обычно не приветствуется. А тут дополнительный бонус – по какой-то непонятной причине Анна нарушила все договоренности и начала распространение ложной информации раньше срока, и теперь ей нужна охрана?

Да уж, могу себе представить, что начнется после такого сообщения! Охрану Анне вряд ли предоставят, разве что к ней домой явится лично Маргошин. А вот жалобы на Оскара