Спасите, меня держат в тюряге (ЛП) - Уэстлейк Дональд

– Капитан, что тут произошло? – крикнул водитель.

Эдди шагнул к нему. Подъехал второй джип, завизжав тормозами. Запах жжёной резины смешался с едкой вонью после взрыва гранаты.

– Радикалы, – сказал Эдди. – Думаю, «Синоптики».[31] Мы с лейтенантом Смитом преследовали их досюда. Они взорвали ворота, но бросили эту коробку.

Двое военных полицейских выскочили из второго джипа и подбежали ближе, чтобы услышать рассказ Эдди. Один из них узнал его:

– Капитан Робинсон! Что случилось?

Вот те на. Не зря, значит, Эдди провёл неделю на этой базе. Он не только познакомился с базой Кваттатунк, но и познакомил базу Кваттатунк с капитаном Робинсоном.

Глаза водителя первого джипа становились всё шире с каждой секундой.

– Хотите сказать, они проникли внутрь?

– Они обезвредили часового у склада ФД-832, – сказал Эдди. – У вас в машине есть рация, капрал?

– Так точно, сэр!

– Свяжитесь с другими, пусть обыщут здание. Если они убили того солдата… – Эдди яростно потряс кулаком с зажатым в нём пистолетом, затем повернулся к полицейским из второго джипа. – Мне придётся реквизировать ваш джип, сержант, – сказал он. – Вы двое останьтесь охранять ворота, на тот случай, если нарушители вернутся.

Вновь обратившись к водителю первого джипа, Эдди приказал:

– Возвращайтесь к складу ФД-832. Если они заложили там бомбу – весь комплекс может взлететь на воздух.

– Боже всемогущий! – отозвался водитель.

Он переключил передачу, вдавил педаль газа в пол, сделал один из самых крутых разворотов в истории автомобильного движения и с рёвом умчался по направлению к скопищу танков.

– Лейтенант!

– Да, сэр!

– Поведёшь машину, – сказал Эдди, запрыгивая на заднее сиденье второго джипа.

– Так точно, сэр!

– И не забудь захватить коробку с уликами!

– Никак нет, сэр!

Я схватил коробку с уликами и забросил её на заднее сиденье, затем втиснулся за руль, словно пополневшая женщина, втискивающаяся в старый купальник. Колени упирались, но я кое-как их разместил. Двигатель работал, сцепление на месте, рычаг переключения передач торчал из пола. Левая нога вниз, правая рука вперёд, левая рука на руле, левая нога вверх, правая нога резко вниз. Шины издали такой визг, словно я задавил женский хор в полном составе; джип рванул вперёд, ухнул в воронку от гранаты, при ударе едва не сломав мне позвоночник в семи местах, подскочил вверх, перебрался через обломки ворот, выехал на ровный асфальт и, завывая мотором, помчался по пустой дороге между рядами сосен.

Расстояние до перекрёстка составляло около мили. И всё это время я задерживал дыхание; по-видимому, не так уж долго мы ехали. Мне с огромным трудом удалось заставить себя снять ногу с педали газа перед поворотом налево, мы приближались к нему слишком быстро.

Не менее быстро приближалась и машина с другой стороны. Внезапно всю дорогу заполонил огромный чёрный «Бьюик», входящий в поворот с заблокированными передними колёсами и скользящими вбок задними, и я совершенно ничего не мог предпринять, кроме как съехать с дороги, перепрыгнуть дренажную канаву и врезаться в заднюю часть знака с надписью: «Тупик. Государственная собственность. Проезд запрещён».

Неровный дёрн и деревянный столб остановили наш джип быстрее, чем мои лихорадочные удары по тормозам. А в качестве coup de grace[32] выступил кювет вдоль главной дороги – он поглотил передние колёса нашего джипа и оставил его торчать под крутым углом, с фарами, направленными на противоположный травянистый склон всего в трёх дюймах от них.

Казалось, рулевое колесо застряло у меня в груди. Отлипнув от него, я огляделся и осознал, что по-прежнему нахожусь на этой планете, а значит, всё ещё жив.

– Отлично сработано, Гарри, – услышал я голос Эдди.

Я вытаращил на него глаза. Эдди выбросил свою офицерскую фуражку в канаву и одарил меня своей грубоватой улыбкой, одновременно предпринимая попытки выкарабкаться из джипа.

– Пора делать ноги, – сказал он.

Ноги? Смогу ли я вообще пошевелить ногами? Я изогнулся, как креветка, отталкиваясь от рамы ветрового стекла и спинки сиденья, пока не упёрся каблуками в само сиденье. Немного посидев на спинке, всё ещё оглушённый и очумевший, я оглянулся и увидел чёрный «Бьюик», задом возвращающийся к перекрёстку по боковой дороге.

Эдди наконец выбрался из джипа и теперь поднимался по склону кювета, оставляя за собой след из предметов одежды. Форменный китель он сбросил первым, за ним галстук. Также он бросил:

– Возьми коробку, Гарри!

Он назвал меня Гарри. Неужели то безумие закончилось?

«Бьюик» затормозил недалеко от перекрёстка; внезапно через пассажирскую дверцу выскочил Фил.

– Быстрей! Шевелитесь! – закричал он.

Я зашевелился. Наконец вырвавшись из любовных объятий джипа, я подхватил коробку и, пошатываясь, двинулся по неровной земле к «Бьюику». Эдди был уже там, на заднем сиденье. Я полез туда же, толкая коробку перед собой. Фил тоже вернулся внутрь, мы захлопнули все двери, а Джерри, сидящий за рулём, описал аккуратный полукруг, выехал на главную дорогу, переключил передачу, и мы помчались к городу.

На заднем сиденье лежала штатская одежда для нас с Эдди, и мы поспешно принялись переодеваться. Фил, наполовину развернувшись, чтобы видеть нас, спросил:

– Как вам удалось выбраться?

– Эдди взорвал ворота, – ответил я. – Это было потрясающе. Я думал – мы обречены, мы обречены, чёрт возьми, а он просто взял и взорвал ворота, реквизировал джип и… вот сукин сын!

У меня закружилась голова от облегчения, и лишь огромным усилием я заставил себя заткнуться.

Фил угрюмо объяснил:

– Мы вляпались во внезапный шмон, вся наша грёбаная тюряга. Слава Богу, Матгуд был в спортзале, он помог нам прикрыть вас двоих. Я подал ему мысль, что вы где-то на крыше прочищаете друг другу дымоходы.

– Быстро сообразил, – сказал Эдди. Я воздержался от комментариев.

– Но мы несколько грёбаных часов не могли выбраться, – сказал Фил. – Я уж всерьёз думал, что вы двое засыпались.

– Я тоже так думал, – сказал я. – Эдди, ты гений.

– Первый принцип военной мотивации, – сказал Эдди, – Всегда держи в голове цель миссии. Если знаешь, что хочешь сделать – поймёшь, как это сделать.

– Как скажешь, – согласился я, натягивая штатские брюки.

– Чем ты взорвал ворота? – поинтересовался Фил.

– Ручной гранатой, – ответил Эдди. – Я прихватил несколько штук; как чувствовал, что могут пригодиться.

– Ручные гранаты?! – Фил выглядел потрясённым, почти на грани паники. – У нас в машине?

– Они совершенно безопасны, – сказал Эдди и похлопал по коробке.

– Чёрта с два! – заявил Фил. – Нам они ни к чему. Выброси их на хрен.

Эдди задумчиво склонил голову.

– Ты уверен, Фил?

– Нам нужен только лазер, – сказал ему Фил. – Начнём баловаться с гранатами – подорвём собственные задницы. Выброси их.

Эдди пожал плечами.

– Ты тут командир, – сказал он, после чего достал из коробки одну из гранат, опустил боковое стекло, выдернул чеку и бросил гранату в придорожные заросли.

– Не так! – заорал Фил, а когда Джерри ударил по тормозам, закричал ему: – Не останавливайся, ради всего святого!

Джерри снова прибавил газу, а тёмная ночь позади нас озарилась вспышкой взрыва. Джерри втянул голову в плечи.

– Что это было, чёрт возьми?

– Просто веди машину, – сказал ему Фил и обратился к Эдди: – Выброси их аккуратно. Не взрывай ничего.

Эдди небрежно перекатывал оставшиеся гранаты в руках, словно жонглёр перед выступлением свои шары.

– Не хотелось бы, чтобы одну из них нашли дети и поранились, – сказал он.

Джерри заметил через плечо:

– Впереди мост. Брось их в реку.

– Точняк, – сказал Фил. – Только не выдёргивай чеку.

– Хорошо, – сказал Эдди.

Дальше мы ехали в тишине. Эдди продолжал играть с гранатами, перебрасывая их из руки в руку. На мой взгляд, до реки было бесконечно далеко.