Смерть с твоим лицом - Евгений Евгеньевич Сухов
— Уже уходите?
— Ухожу, — кивнул Полыхаев. — Работы по горло! Только на кофеек и вырвался!
— Ну, доброго пути, — пожелала «соседу» бдительная старушка и закрыла дверь.
— Спасибо, — поблагодарил старушку Николай в уже закрывшуюся дверь и стал спускаться по ступеням лестничного пролета.
Когда Николай уже выходил из подъезда, четверо пацанов, собравшись играть в войну, горячо спорили — кому из них быть немцами, а кому — русскими. На вышедшего Николая Полыхаева в образе заместителя начальника Управления торговли продовольственными товарами Евгения Степановича Шурыги пацаны не обратили никакого внимания. На кой он им сдался, когда решался главный вопрос: кто все же будет ненавистным немцем?
* * *
Возвращаясь домой в образе большого начальника, да еще с кожаным портфелем на две большие застежки, Николай ловил на себе разные взгляды. Кто-то смотрел на него с откровенным уважением, кто-то с завистью, а кто-то и с ненавистью. Примерно так смотрел сам Коля Полыхаев на щекастого мужичка, купившего у него еще совсем недавно на базаре швейцарские часы. Пока он ехал домой, рассуждал о том, к какой категории граждан ему теперь стоит себя причислять. К той, что влачит нищенское существование, к которой относится бывший гример Коля Полыхаев из коммуналки, или к категории состоятельных граждан вроде этого самого Шурыги и толстощекого деляги Ромашова?
Сложный вопрос, однако. Если судить по паспорту, то он прежний Николай Полыхаев, безработный гример театра, а вот если глянуть на все то добро, что у него сейчас припрятано, то он вполне обеспеченный человек, который может многое себе позволить. Но лучше рассуждать об этом, чем решать дилемму — у кого в этот раз занять трешку до получки.
* * *
На столе лежала внушительная горка ювелирных украшений, золотые монеты, три сберегательные книжки (на тридцать тысяч рублей) и несколько пачек денег. Обида на Николая отходила на второй план, пришла уверенность, что будущее сложится наилучшим образом.
— Вот это да-а, — невольно ахнула Эльвира, рассматривая украшения, высыпанные из портфеля на белоснежную скатерть. — Как думаешь, на сколько все это может потянуть?
— Тысяч на сто или, может, даже больше.
— Вот это день! Не думала, что он так богат!
— Так это покуда не деньги. Эти ювелирные украшения, их еще надо умеючи реализовать, — отозвался Полыхаев. — А это дело непростое. — Выждав паузу, добавил: — Даже где-то опасное. Без головы можно остаться… Нужно отыскать надежных людей… С кем-то предстоит поделиться. А это будет примерно третья часть.
— Ну, я думаю, ты обязательно что-нибудь придумаешь? — уважительно глянула на Николая Эльвира.
«Может, хватит по мужикам бегать? — подумала Эльвира. — Такого парня, как Коля Полыхаев, больше никогда не сыскать… На него всегда можно положиться. Не подведет… Лучше и желать не стоит!»
— Не переживай, я знаю, что нужно делать. У меня есть хороший план. Главное мы уже сделали — у нас очень много денег и драгоценностей, а все остальное лишь технические детали.
Глава 11. Простите, я ошиблась кабинкой
Наконец осень всецело вступила в свои права. Природа задышала холодом. Кроны стряхнули с веток бордовые и золотые сарафаны, и деревья, оголившись окончательно, стыдливо жались вдоль дорог. На тротуарах и в скверах оставался ковер из опавших листьев, который старательные дворники собирали в большие рыхлые кучи, чтобы учинить над ним расправу, как если бы затаили на него какую-то обиду.
По утрам проявлялся морозец. Тонким стеклом подмерзали лужицы, напоминая крохотные озера. Настроение приправлено щепоткой грусти, при котором хочется безвылазно сидеть дома и читать какую-нибудь интересную книжку, уносясь в выдуманную жизнь и забывая о настоящей.
Денег было достаточно, чтобы достойно проживать лет восемь-десять, практически ни в чем себе не отказывая. А если озаботиться тем, чтобы продать драгоценности, то этот срок увеличится еще лет на двадцать безмятежной легкой жизни. Правда, как реализовывать ювелирку, окончательное решение принято еще не было. Но с парочкой ювелиров, не брезгающих скупкой краденого, Николай был шапочно знаком.
Конечно, можно было бы затаиться лет эдак на семь, а то и на все десять и жить себе, в ус не дуя. А чтобы не навлечь на себя любопытство милиции и не угодить под внимание бдительных соседей, можно было устроиться на какую-нибудь необременительную работу, не требующую ни физических, ни умственных затрат. И уж тем более ночных смен и разного рода авральных и сверхурочных работ…
Но то, что задумал Николай — обеспечить себя и Эльвиру до скончания века, включая небольшой домик на побережье теплого моря, — реализовалось пока лишь отчасти. Бросать начатое, тем более что оно столь благоприятно складывается, было, по крайней мере, неразумно. Поэтому в один из слякотных ноябрьских дней Эльвира, достав из потайного местечка духи Miss Dior, мазнула ими за ушами и чуть повыше груди и, помахав Николаю ручкой, отправилась на очередную «охоту». Решено было вновь использовать удачно опробованный на Евгении Степановиче метод. То есть Эльвира снова должна войти в обеденное время в одну из кабинок ресторана «Славянский базар» (естественно, не в ту, что, будучи богатым мужчиной, посещал обычно заместитель начальника Управления торговли товарищ Шурыга) и сделать вид, что ошиблась. Ну а дальше — как сложится…
Так оно и произошло. Эльвира хозяйским жестом приоткрыла тяжелую портьеру и вошла, после чего, напустив на себя удивление, а затем и разыграв, будто испытывает неловкость, начала смущенно извиняться. Мужчина со жгучими глазами, сидевший за столом, не сводил взора с Эльвиры, а когда она предприняла было попытку выйти — решительно остановил ее.
— Останьтесь, прошу вас, — произнес он очень убедительно, и его темные глаза едва не прожгли девушку насквозь.
— Простите, я ошиблась кабинкой, — вновь принялась за извинения Эльвира, на что мужчина со жгучими глазами изрек:
— Нет, вы не ошиблись. — Он быстро поднялся со стула, вышел из-за стола, отодвинул второй стул, стоявший напротив него, и повел Эльвиру к нему. — Присаживайтесь, прошу вас…
Эльвира Бариева, продолжая искусно выказывать сковавшую ее неловкость, не торопилась принимать приглашение. Ведь мужчины как думают? Если женщина сразу согласилась на его предложение, значит, она из разряда доступных, что не предполагает в дальнейшем чрезмерного уважения и подобающей тактичности.
После более настойчивых
