Смерть с твоим лицом - Евгений Евгеньевич Сухов
— Конечно, не похоже, потому что это не вата.
— А что же тогда? — полюбопытствовала Эльвира слегка натянутым голосом.
— В подушке лежат деньги, — сообщил Федор и с заговорщицким видом приложил палец к губам. — Я даже сам не знаю сколько. Раза три пытался посчитать — и всякий раз сбивался… Только ты никому. Молчок!
— Поняла, — в знак согласия кивнула Эльвира и незаметно опустила ему в карман пиджака ключи от квартиры.
Федор краем глаза это заметил, но вида не подал. Правда, про себя он удивился: когда это мошенница успела вытащить у него ключи и снять с них слепки. Очевидно, в то время, когда он всего-то на пару минут отлучился в туалет во время застолья. Впрочем, заключил он для себя, для ловкой умелицы это не проблема. А вот то, что он не углядел, — жирный минус ему самому…
Старший лейтенант, продолжая играть роль подвыпившего властителя, принялся приставать к Эльвире: лез к ней обниматься и даже два раза умудрился поцеловать ее в щечку слюнявыми губами. О продолжении безобидных ласк и перетекании их в интимные Федор не помышлял. Вот если бы над ним дамокловым мечом не висело ответственное задание, напрочь убивавшее всякое вожделение, возможно, он повел бы себя куда более искушенно. Эльвира лениво отбивалась от его домогательств, хихикала, играючи, хлопала его по рукам. Затем вдруг отстранилась, достала из сумочки фотографический аппарат и сделала несколько портретных снимков Федора в фас и профиль.
— А это еще зачем? — рассеянно поинтересовался старший лейтенант милиции. — Уж не для милиции ли? А потом того… Чтобы меня за домогательство и попытку к изнасилованию привлекли? Мне неприятности не нужны! Ты даже не представляешь, какой я пост занимаю!
— О чем ты таком говоришь, милый? — яростно запротестовала Эльвира. — Ты хороший, ты мне понравился, смешной очень. Вот я и решила тебя сфотографировать.
На что Федор Игнатьевич лишь с пьяным видом пожал плечами.
— Ну, если так, конечно. Тогда другое дело.
Потом вдруг Эльвира резко засобиралась домой:
— Мне надо… меня ждут…
— Кто тебя ждет? — попытался преградить ей дорогу Федор Гапоненко, продолжая изображать пьяного приставалу. — Ты замужем, что ли? Если любит, подождет! Чего спешишь-то? Мы еще даже Русланову не послушали.
— Как-нибудь в другой раз. Меня мамочка больная ждет, — последовал взволнованный ответ.
— А-а, мама-а, — протянул старший лейтенант Гапоненко. — Это святое… Когда увидимся-то? Я уезжаю в командировку, через три дня вернусь. Придешь ко мне в следующую субботу?
— Может быть, — не сочла нужным рассусоливать Эльвира и, улыбнувшись на прощание, пошла к выходу.
— Я буду ждать, — нарочито пьяно ответил старший лейтенант Гапоненко. Посчитав свою задачу выполненной, он с превеликим удовольствием закрыл за девушкой дверь, облегченно выдохнул и из прожигающего жизнь деляги стал обыкновенным оперативником. Федор Гапоненко подошел к окну и аккуратно приоткрыл занавеску. Из подъезда скорым шагом вышла Эльвира и, не оборачиваясь, устремилась по тротуару. За ней, держась на почтительном расстоянии, двинулся неприметного вида невысокий мужчина, оперативник, специализировавшийся на слежках, который должен проследить за Эльвирой и выяснить место ее проживания. Будет большой удачей, если наводчица приведет прямиком к лежбищу грабителя и убийцы. Остается только пожелать ему удачи. Очень непростая дамочка!
Глава 14. Это была ловушка
Эльвира всегда соблюдала определенные правила в своей нынешней деятельности, а их было несколько. Главное из них гласило: после посещения квартиры клиента не следует идти прямиком к дому. Даже если за ней по определению не должно быть никакой слежки. Просто правило такое, которое следует неукоснительно соблюдать. Разумеется, если не желаешь навести уголовный розыск на свою квартиру и оказаться за решеткой.
Вот и сегодня, выйдя из подъезда дома, где проживал этот богатенький Федя, зашивающий деньги в подушки, она двинулась вовсе не по направлению к дому, где они проживали с Полыхаевым, а совершенно в противоположную сторону. Побродив по улицам, она обычно заходила в какую-нибудь подходящую столовую или чайную и выходила из нее через служебный вход.
— Муж за мной следит, — доверительно сообщала она заведующей или рядовой поварихе и совала в ее ладонь десятку. — А мне кое с кем очень нужно встретиться…
Заведующая понимающе кивала, как если бы не однажды оказывалась в схожей ситуации, и указывала, где находится служебный вход, а повариха, взяв червонец, еще и испытывая благодарность, провожала до него Эльвиру. Так произошло и в этот день, только сейчас на ее пути повстречалась пельменная. Оказавшись на противоположной стороне здания, Эльвира дворами дошла до трамвайной остановки, после чего благополучно добралась до дома. Сотрудник наружного наблюдения, не дождавшись выхода фигурантки из пельменной, вошел в нее и, убедившись, что внутри помещения ее нет, чертыхнувшись, вышел из душного помещения. Впереди его ожидал пренеприятнейший разговор с начальством, который вполне мог вылиться в выговор с занесением в личное дело…
Николай с хмурым выражением лица встретил девушку. Как если бы решал какую-то трудную математическую задачу. Однако от точечных наук он был далек, да и задачки не любил решать. Истинная причина заключалась в том, что Полыхаев не терпел те дни, когда Эльвира посещала клиентов. Понимал, что без этой части их деятельности обойтись невозможно, но поделать с собой ничего не мог. Ревность просто сжирала его! И с каждым следующим отсутствием сожительницы она только усиливалась.
Эльвира по его выражению лица догадалась, о чем он думает, и, предупреждая его возможные вопросы, промолвила:
— Клиента зовут Федор. У меня с ним ничего не было, поверь мне! Да он и не настаивал… А потом, был сильно выпивши. — Эльвира немного помолчала, наблюдая за выражением лица Николая, которое после ее последних слов заметно посветлело. — Он ждет меня в следующую субботу, а завтра уезжает в командировку на три дня. Так что самое время тебе наведаться к нему. Да, и еще. — Она выдержала театральную паузу и изрекла не без торжественных ноток в голосе: — Деньги он хранит в постельных подушках. Цветастые такие… Я держала эти подушки в руках, они просто до отказа набиты деньгами! Мнешь их, а хруст от них буквально во всей комнате слышен!
— Так уж слышен? — усомнился Николай.
Полыхаев размяк, выглядел прежним. Именно таковым Эльвира хотела видеть его всегда. Поднявшись, Полыхаев подошел к ней и бережно притянул к себе. Некоторое время они стояли друг против друга, как если бы изучали перемены, произошедшие с ними за последние несколько часов. А потом одновременно, не сказав ни слова, стали стягивать с себя одежду.
Предавались любви долго, неистово и походили на врагов, что сошлись в смертельной
