Административный ресурс. Часть 2. Беспредел - Макс Ганин

— Хорошо, — подумав немного, согласился Тополев, — давайте так и поступим. Может я и ошибаюсь на их счет, и им нужны только деньги. Ладно, посмотрим. Договаривайтесь о встрече с ними. Только идите сами, без меня, а то я не выдержу и съезжу кому-нибудь из них по морде.

На следующий день Хасин отзвонился Тополеву и доложил, что встреча с «Гоблинами» прошла в кафешке рядом с особняком «Медаглии». Как он и предполагал, те согласились на подписание понятийного соглашения взамен на выплату половины требуемой ими суммы. После получения этих средств они обещали освободить офис от своего присутствия и подготовить документы о смене собственника во всех компаниях холдинга, которые они захватили, для подачи в налоговую инспекцию. Евгений сообщил, что он сумел оттянуть время следующей встречи по максимуму, и у Григория есть еще три дня на поиск денег.

Гриша решил с этим не тянуть и договорился с депутатом Скоробогатовым о встрече. После обеда он уже сидел в приемной олигарха-законотворца и ждал приема. Его офис находился на втором этаже особняка в центре Москвы на улице Покровка, а первый полностью занимал его собственный банк.

—Заходи, Григорий, заходи, дорогой! — пригласил пройти в свой кабинет Скоробогатов.

—Здравствуйте, Иван Александрович, — поздоровался Тополев.

— С чем пожаловал?!

— Вот, решил вернуться к нашему с Вами разговору о продаже АНТЦ. Интерес не пропал еще?

— Не пропал! Честно признаюсь, наоборот даже, возрос, в виду последних событий.

— Что вы имеете ввиду? — с опаской переспросил Гриша.

— Я слышал о твоих неприятностях с партнерами и конфликте с Евтушковым, — спокойно ответил депутат. — Естественно, как у каждого бизнесмена, у меня возникало желание прогнуть тебя по полной и скупить твой актив задарма, но чувство собственного достоинства взяло верх и победило жадность. Я слушаю твои условия.

— Спасибо большое за честность! Не ожидал… — смутился Григорий. — Тогда и я вам признаюсь. Мне срочно нужны триста тысяч долларов, чтобы рассчитаться с бывшими друзьями, поэтому, если вы готовы мне их выдать сегодня в качестве аванса, я соглашусь отдать вам АНТЦ по себестоимости. Я уже рассказывал, что изначально выплатил взятку в размере миллиона евро за назначение своего генерального директора. Потом я конечно же еще вкладывался, но и получал с компании немало. Так что будем считать баш на баш. Поэтому, если моя цена вас устраивает, то давайте подпишем договор о намерениях.

— Вполне устраивает! — согласился Скоробогатов, открыл сейф и достал шесть пачек. — Здесь триста тысяч евро. Забирай. Остальные семьсот через две-три недели, когда мой человек будет назначен заместителем генерального директора и мой ЧОП встанет по периметру предприятия. Я завтра улетаю в командировку, а потом на отдых с семьей, так что раньше не смогу. Договорились?

— Договорились! — обрадованно произнес Гриша и положил пачки с пятисотками в свой портфель. Подписывать что-нибудь будем?!

— Мне не надо! — ответил Скоробогатов. — Если для тебя это важно, то давай придумаем договор или расписку.

— Мне тоже не надо, — согласился Тополев, встал и пожал руку олигарха. — Тогда, как вернетесь, звоните и договоримся о выезде в Шереметьево.

В назначенное время в том же кафе Хасин передал под расписку Антону и Виктору оговоренную ранее сумму, получил от них подписанные обязательства вернуть доли и акции Тополеву. В этот же день оба Налобиных, Чупров и Золотарев собрали свои личные вещи и покинули офис на Садовом кольце. Гриша наконец-таки получил возможность вернуться в свой кабинет на третьем этаже и приступить к обязанностям по управлению холдингом. Екатерина выдохнула с облегчением и даже немного порозовела лицом. Пока все получалось так, как они с Хасиным предполагали.

Но радоваться промежуточному положительному результату было рано. Вскоре Григорию позвонил Фил и вызвал его на стрелку в гостиницу Европейская. Ваха естественно вызвался сопровождать своего нового молодого друга, понимая, что на блатной разборке подольские бандиты могут с легкостью порвать неопытного в этих делах человека.

В одном из многочисленных залов первого этажа отеля в ресторане за столом сидели пятеро — Фил с двумя авторитетами из окружения Лучка Подольского напротив Вахи с Тополевым. Подмосковные гости все как один были в кожаных черных куртках. Ваха пришел на встречу в дорогом костюме, а Гриша в джинсах и кофте поверх майки. На дворе был июнь, но воздух еще не прогрелся, и погода больше напоминала весеннюю. Сергей Филатчев сразу же обозначил позицию их стороны как активно враждебную и старался заострять углы при первой же возможности. Ваха Ажиев, напротив, сдерживал Гришу как мог. Сжимал до боли его коленку своими сильными пальцами в те моменты, когда по его мнению Тополев мог перейти грань дозволенного в общении с криминальными авторитетами.

— Ты мне лично доложен! — высказал на повышенных тонах Грише свою претензию Фил. — Я инвестировал в твой бизнес, я вложился в тебя, я неоднократно выполнял твои просьбы, а сейчас ты берешь и выгоняешь моих людей из своей компании? Так не пойдет. Кто будет представлять мои интересы в «Медаглии»?

— Какие нахрен вложения, какие твои интересы, феодал ты недобитый? — негодовал Григорий. — Чего ты там себе надумал еще?! Инвестор ты хренов.

— Тебе напомнить может быть как я… — заорал было Филатчев, но его вовремя осадил Ваха.

— Любезнейший, у нас тут конкурс кто громче проорет или серьезный разговор? — спросил спокойным тоном чеченец. — Вы лучше меня знаете, что для предъявы нужны неопровержимые факты, и слово против слова здесь не прокатит. Мы же с вами солидные люди, а не беспредельщики, поэтому, если у вас есть что показать на бумаге, то мы с удовольствием рассмотрим и дадим вскоре наш ответ.

— Гриш, кто это с тобой? — спросил Фил, ожидая услышать в ответ «друг» или «партнер».

Но Ваха сразу же выкупил этот блатной фокус и, не дав Тополеву открыть рот, ответил за него: «Я его крыша!». Эта фраза решила все и сразу. Теперь подольским, хотелось им этого или нет, предстояло вести переговоры не с коммерсом и фраером ушастым Гришкой, а с солидным авторитетным чеченом, про которого они естественно слышали и понимали кто за ним стоит.

— И давно у тебя такая покрышка?! — снова обратился Филатчев к Григорию, стараясь поймать собеседника на слове и предъявить за вранье уже им обоим.

Ваха снова впился пальцами в коленку Тополева и не дал тому ответить.

— Какая разница?! Давно, недавно… — произнес чеченец. — Факт остается фактом — мы его крыша и в обиду парня не дадим. Если есть к нему какие претензии, переадресовывайте их ко мне. Я за него мазу держать буду!

— Если ты говоришь,