Административный ресурс. Часть 2. Беспредел - Макс Ганин
Екатерина встала, подошла к сыну и поцеловала его в лоб. После чего довольная собой вышла из комнаты.
Тополев понимал, что никого подключать к поиску обнального банка нельзя — это могло закончиться сливом информации врагу. Поэтому он решил сам найти соответствующее кредитное учреждение и обзванивал мелкие московские банки. У него были определенные требования к этой сделке, которые многих не устраивали. Так Григорий хотел, чтобы обмен наличных долларов на безналичные был произведен единовременно — так сказать, онлайн. Хотя большинство обнальных контор работали по предоплате и выдавали наличность в лучшем случае на следующий рабочий день, Гриша умудрился разыскать именно то, что ему было надо. В Российско-Чешском банке на улице Новочеремушкинская к его условиям отнеслись с пониманием, особенно после того, как поняли, что сумма будущей сделки превысит миллион долларов, и предложили следующий алгоритм действий: он обязался предоставить им выписку из своего банка с подтверждением этого объема на счету, после чего они брали паузу в несколько дней для аккумуляции необходимой суммы наличных. В день «ИКС» он должен был приехать к ним в офис со своим кейпассом[19], перевести безналичные средства по их реквизитам и получить энное количество пачек с зелеными купюрами.
Все звонки и переговоры проходили в режиме полной секретности. Естественно Екатерина рассказала всем клиентам, что вскоре сын расплатиться с ними. Гриша никому не доверял подробности своей сделки с банком, даже родным. Каково же было его удивление, когда ему позвонил Артем Гагарин и предупредил об опасности.
— Я слышал, что Витя с Антоном что-то против тебя замышляют — Фил проговорился по пьяни — но что конкретно пока не знаю, — сказал сын генерального прокурора.
— А что именно говорил Фил?!
— Что-то плел про главный и последний удар в твое самое больное место. Что все вскоре закончится и он станет полноценным хозяином «Медаглии» и Шереметьево. Спрашивал меня, сильно ли я расстроюсь, если с тобой случиться нечто нехорошее.
— И что ты ему на это ответил?! — дерзко спросил Григорий.
— Я конечно же ответил, что я против! Гриш! Если у нас с тобой не получился бизнес — это не повод для ссоры и разрыва дружеских отношений. Не вышло, так не вышло! Мы рискнули, не угадали, да и хрен с ним.
— Значит ты претензий ко мне не имеешь?! А то я тут слышал от Виктора Налобина, что ты мною недоволен. Что когда ты узнал, что я продал Скоробогатову АНТЦ, ты негодовал и требовал, чтобы я выплатил тебе половину.
— Я?! — удивился Артем. — Гриш! Еще раз для тех кто в танке. Ты мне ничего не должен! Я к тебе никаких претензий не имею. Более того, если тебе понадобится моя помощь, то ты всегда знаешь где меня найти. Я тебе не враг! Помни это пожалуйста.
— Спасибо тебе, Артем. Если вдруг услышишь еще чего от Фила, позвони. Мне это поможет больше всего.
* * *
Получив солидную сумму денег от Тополева, Виктор, Антон и Николай сняли небольшой офис в тихом переулке Арбата. Они не хотели далеко уезжать от особняка «Медаглии», чтобы иметь возможность оперативно действовать при любом раскладе их плана. Мало кто знал о новом месте их расположения, что давало им явную фору в войне. Они были прекрасно осведомлены о всех телодвижениях в холдинге благодаря некоторым оставшимся сотрудникам, с которым они поддерживали взаимовыгодные отношения, а команда Григория о их планах и месте нахождения не знала ничего. Налобин специально выбирал место новой дислокации из соображения безопасности. Помещение было снято на подставное лицо, никаких камер видеонаблюдения в округе не было, и никто не имел возможности наблюдать за посетителями данного офиса. Все было сделано так, как учили Витю в академии ФСБ — в случае чего их никто не знал и не видел.
— Завтра питерские приезжают в Москву, — сообщил Налобин младший Чупрову и Золотареву. — Только что подтвердили свое согласие на операцию «Доктор».
Парни сидели за столом в переговорной комнате и курили. Последние дни стали для них самыми тяжелыми. После того как они согласились на план Виктора, страх не покидал их ни на минуту. Особенно нервничал Николай, который больше всего опасался попасть в тюрьму в случае провала.
— А почему «Доктор»?! — поинтересовался Антон.
— Планы слегка изменились… — задумчиво ответил Витя и украдкой посмотрел на Золотарева, понимая, что новые вводные могут не понравится Николаю. — В общем, ребята завтра приедут и все сами расскажут, а мне надо сегодня встретиться с одной дамочкой и проинспектировать Игорька. Он обещал сегодня подогнать тонированный наглухо микроавтобус для операции.
— Вить, а правда, что это люди Кумарина[20]? — поинтересовался Коля.
— Правда, — коротко ответил Налобин.
— То есть, если что, он нас прикроет своим авторитетом? Я имею в виду, если за Гришу солнцевские вступятся.
— Прикроет, прикроет… — отбрехался Виктор, собрал со стола ключи от машины и папку с документами, помахал парням рукой и вышел.
У Казанского вокзала к его Лексусу подошла тучная дама лет пятидесяти. По ней было заметно, что она явно торопится, но при этом заинтересована во встрече. Она не стеснялась своей полноты и носила сильно облегающее платье. За собой она явно не слишком следила, поэтому скрывала недостатки внешности под большим слоем косметики и ярко рыжим цветом волос.
— Марина Рябова?! — спросил Витя через открытое окно двери автомобиля подошедшую женщину.
— Да! А вы Виктор?
— Садитесь! — не ответив на ее вопрос, распорядился Налобин.
— У меня электричка через 15 минут, — посмотрев на часы сказала Марина, — у нас ведь не на долго?!
— Успеете! — жестко ответил Виктор. — Вам по телефону уже объяснили, что мы от вас хотим?
— Да, да, меня все устраивает! — поспешила согласиться Рябова.
— Давайте еще раз уточним ваши обязанности, — потребовал сын генерала. — Значит так, в ближайшее время к вам домой в дачный поселок приедет наша машина. В ней будет три человека. Они переночуют у вас и на следующий день уедут. Это понятно?
— Мне все понятно! — быстро ответила Марина.
— Наш младший брат — наркоман. И сейчас у него самая тяжелая пора — ломка. Поэтому если вы вдруг увидите его связанным с кляпов во рту, это не должно вызывать у вас никаких вопросов. Поверьте, так лучше для него. Он не имеет
