Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть - Макс Ганин

бандиты, которые жили и действовали не по воровским законам. С ворами они, конечно, общались, но существовали по своим понятиям. Ситуация изменилась, и город оказался поделен. Где-то с 1987 появились боевики-спортсмены и боевики-афганцы. Бывшие, разумеется. И воровской мир напрягся: их начали убивать, если они предъявляли претензии или свои права на территорию. Этот новый молодняк был в силе, пока не попадал на зону. Бандиты понимали, что там власть другая — воры. И деваться им некуда — нужно было общаться, чтобы решать свои вопросы. Так возник синдикат воровского мира и новых бандитов. Они начали сотрудничать. Стало ясно, кто из воров курирует ту или иную группировку, кто с ними общается. В конце восьмидесятых — начале девяностых Москва была разделена по территориальному признаку: солнцевская, измайловская, таганская, бауманская группировки контролировали каждая свой район. Потом начались кооперации, дележ. Но именно в этот период создавались такие банды, такие категории. Они вели себя довольно спокойно, пока не появились «пришельцы» — в первую очередь чеченцы, которые были наглее всех, что объяснялось происходящим в республике событиями. — Трост глотнул виски из стакана, оглядел всех присутствующих, насладился тишиной и вниманием к своей персоне и продолжил: — Основателями одной из самых влиятельных чеченских ОПГ[81] стали Мовлади Атлангериев по прозвищу Руслан и Хож-Ахмед Нухаев — Хожа. Их связывало то, что оба они родились в 1954 году в семьях депортированных чеченцев в Средней Азии. Еще на рубеже семидесятых-восьмидесятых они, перебравшись в Москву, стали заниматься грабежами. Освободившись из тюрьмы в 1988 году, Руслан и Хожа объединили разрозненные чеченские банды и создали лазанскую ОПГ, названную так по ресторану «Лазания» на Пятницкой, где была штаб-квартира организации. Вскоре к ОПГ присоединилось несколько авторитетных воров в законе, и она стала одной из самых могущественных в столице. Лазанские подчинили себе игорный бизнес, рынки, магазины, почти все торговые точки Тимирязевского и других районов Москвы. Они также получали доходы от рэкета и грабежей, сутенерства и наркотрафика, заказных убийств и вымогательства. Огромные деньги принесли лазанским в девяностые аферы с авизо. Группировка поддерживала чеченских боевиков в ходе первой чеченской войны деньгами и оружием. С ними имел связи и бизнесмен Борис Березовский. Я неоднократно встречался с ним, когда бывал у Хожи. Хожа занимался политикой, пользовался доверием у Дудаева[82]. До 1995 года его резиденцией были дома в Грозном, а после обстрелов города федеральными войсками ему пришлось уехать из России. В конце девяностых он объявил себя вице-премьером теневого правительства Ичкерии и даже встречался вместе с Масхадовым с экс-премьером Великобритании Маргарет Тэтчер. В Москве чеченцам и другим группировкам было тесно, поэтому они и вели войну. Конфликты у лазанских были с люберецкими, солнцевскими, бауманскими и так далее.

Меня подтянул к движению одноклассник Максим Лазовский, более известный в криминальных кругах по кличкам Макс или Макс хромой. Когда в 1992 году его выгнали из института, он сколотил банду. Помогли ему чеченцы, с которыми он сошелся при помощи сотрудников спецслужб. Макс являлся нештатным сотрудником КГБ, а потом и ФСБ: связи среди фсбшников у него были обширные. Чекистов тогда весьма интересовали процессы, происходящие в Чечне, и одним из источников информации стал Лазовский. Он тесно сошелся с Хожей, который в то время контролировал нефтяной бизнес в Чечне. Через Хожу Макс познакомился с Атланом Натаевым. Все трое довольно быстро нашли общий язык. Лазовский был заинтересован получить свою долю в нефтебизнесе, а Хожа надеялся с помощью нового партнера расправиться с конкурентами. Сами же спецслужбы при этом получали не только информацию о чеченских криминальных кругах, но и свой процент от доли Лазовского. На первых порах ведущую роль в шайке играли Хожа и Натаев. В банду быстро набрали полсотни бойцов, костяк составляли чеченцы и русские. Практически все они были оформлены как сотрудники созданной чеченцами фирмы «Ланако» (аббревиатура фамилий учредителей — Лазовский, Натаев и Козловский) — охранники, референты, водители. Официально фирма занималась торговлей нефтью и нефтепродуктами, хотя для бизнесменов того времени была вооружена весьма основательно: автоматы Калашникова, пистолеты Стечкина, Макарова, ТТ, «Беретта», пистолеты-пулеметы Agram, Scorpion и множество другого огнестрельного оружия. В качестве прикрытия они использовали фальшивые, но достаточно качественно изготовленные удостоверения сотрудников ГРУ[83], ФАПСИ[84] и милиции.

Первым моим делом с Максом стало убийство предпринимателя Владимира Толмачева — его фирма попыталась было перейти дорогу «Ланако». Девятнадцатого октября 1992 года мы расстреляли его около его же дома на улице Багрицкого. Следующим в списке стал уголовный авторитет Андрей Колесников. Он попытался шантажировать Лазовского, угрожая раскрыть его преступления. Мы расстреляли его прямо в его квартире на Кировоградской улице. Пятого марта 1993 года около ресторана «Разгуляй» во время разборки мы расстреляли пять человек. В ноябре 1993 года на Нижегородской улице мы попытались убить директора одного из столичных рынков, отказавшегося нам платить. Однако один из наших штатных киллеров, Андрюха Щеленков, ошибся и убил другого человека. Через месяц мы совершили налет в Старом Петровско-Разумовском проезде на «волгу» с инкассаторами. Двое охранников были убиты. Улов составил двести пятьдесят тысяч долларов. Четвертого марта 1994 года в Москве в офисе фирмы «Дагмос» на улице Казакова разыгралось настоящее сражение между нами и дагами[85]: мы выясняли отношения по поводу контроля над несколькими коммерческими фирмами. Когда стало понятно, что переговоры зашли в тупик, Макс скрытно дал команду, и в помещение ворвались несколько наших бойцов с автоматами и пистолетами. Прямо с порога они открыли огонь по находившимся там дагестанцам. В результате шесть человек были убиты и еще один ранен. — Трост снова сделал глоток горячительного и продолжил: — Впервые правоохранительным органам довелось столкнуться с нашей огневой мощью еще в 1993 году. Когда оперативники МУРа нагрянули с обыском в офис «Ланако», наши охранники открыли по ним огонь из пистолетов. Потом задержанные оправдывались тем, что приняли милиционеров за бандитов. Но все равно четверо охранников получили сроки.

Весной 1994 года Лазовский и Натаев «наехали» на банк «Кредит Консенсус», потребовав от его руководства два с половиной миллиарда рублей за урегулирование финансового спора между банком и фирмой «Росмясомолоко», в котором мы принимали участие. Разбираться с проблемой банк поручил своей «крыше» — таганским браткам. В результате на «стрелке» трое таганских были убиты.

Вскоре после этого доверительные отношения между лидерами группировки дали трещину — они начали подозревать друг друга в воровстве общих денег, а вслед за этим банда разбилась на два клана: Натаева и Лазовского. Спор решили уже привычным способом: пятого сентября 1994 года Лазовский убил