Осьминог. Смерть знает твое имя. Омнибус - Анаит Суреновна Григорян

Александр

Сидя в кафе на станции Икэбукуро, он рассеянно крутил в пальцах простенькую визитку полицейского. «Ватанабэ Такэдзи». Имя состоит из иероглифов «военный» и «самурай». Должно быть, давая такое имя, родители очень хотели, чтобы их сын стал служителем закона. Странно, что из чувства противоречия он не выбрал для себя карьеру школьного учителя. Все же японцы гораздо послушнее европейцев. Или у них просто больше уважения к старшим. Или же это был тот редкий случай, когда два поколения имели одинаковый взгляд на будущее.

На визитке был указан адрес и телефон полицейского отделения на Синагаве. Александр сунул ее в карман и вздохнул. Перед ним на столе были разложены сегодняшние газеты, которые он взял в киоске на станции, стояла большая чашка дымящегося двойного эспрессо и тарелка с сэндвичем с ветчиной и сыром. Заведение называлось незамысловато – Ikebukuro Jazz Café. На стенах, на узеньких полках, расставлены старые джазовые пластинки, как будто оформлением занимался Харуки Мураками. Прежде чем заняться поисками нужного ему ночного бара – он решил начать с бара под названием Moonlight, расположенного ближе всех к станции, а затем двигаться по раскручивающейся спирали, уходя от станции все дальше и заглядывая в каждое перспективное заведение, делая вид, будто бы он турист, интересующийся авторскими коктейлями, – Александр хотел изучить новые материалы об «убийце-демоне из Итабаси», если они вообще появились. Может быть, убив четырех девушек и наделав шума в японском обществе, привыкшем к тому, что Токио считается самым безопасным городом мира, он на какое-то время заляжет на дно.

Александр сделал глоток эспрессо и поморщился – кофе был чрезмерно крепким и горьким. Не стоит и надеяться на это – однажды почувствовав вкус крови, зверь всегда будет его искать… Схватив стакан воды, поданный вместе с кофе, Александр поспешно запил эспрессо, но привкус горечи во рту все равно остался.

Девушка за барной стойкой обратила внимание на его движение и вопросительно приподняла брови, но Александр успокаивающе помахал ей рукой, показывая, что все в порядке. Его вдруг охватило тоскливое ощущение собственного бессилия. Зачем он вдруг все бросил и примчался в Токио? Только потому, что некто неизвестный, подписавшись вымышленным именем, прислал ему подборку статей, а ему показалось, что он может чем-то помочь в этом деле? Он всего лишь банковский служащий – не полицейский, не частный детектив. Он даже детективных романов в жизни не читал, предпочитая любым художественным произведениям экономические новости и биржевые сводки. В конце концов, если всерьез заниматься инвестициями, изучение котировок акций и прогнозов занимает все свободное время. С каким бы удовольствием он сейчас, придя ранним утром в банковский офис, анализировал какой-нибудь график с зелеными и красными «японскими свечами»[401] – вместо того чтобы сидеть в крошечном кафе в центре Токио. Взяв со стола свежий номер «Ёмиури симбун», он без особой надежды пробежал глазами заголовки.

«Япония выиграла тринадцать медалей на зимних Олимпийских играх в Пхёнчхане. Фигурист Юдзуру Ханю выигрывает все чемпионаты подряд», «Япония готова обсуждать безвизовый обмен между Хоккайдо и Сахалином», «Токио рассматривает перспективы расширения инвестиционного сотрудничества с Москвой», «Министр по делам северных территорий попросил об отставке в связи с состоянием здоровья», «У восточного побережья произошло землетрясение магнитудой 5,7», «В соцсетях набирает популярность флешмоб со смешными спящими домашними животными», «Убийца-демон из Итабаси: рассказ бармена из Икэбукуро»…

Пальцы у Александра задрожали, и газетные страницы издали тихий шелест. Он отложил газету в сторону и сделал еще один глоток невкусного кофе, от которого, впрочем, его сердце забилось еще чаще. Ему вдруг показалось, что свет ламп в простых конусовидных абажурах потускнел и сгустившийся в практически пустом помещении полумрак навалился на его спину и плечи ощутимой тяжестью.

– Прошу прощения, у вас точно все хорошо, уважаемый господин клиент?

Официантка все-таки подошла к его столу и теперь стояла совсем близко, обеими руками прижимая к форменному переднику круглый оранжевый поднос и вопросительно склонив набок голову. Вероятно, студентка, устроившаяся в пристанционное кафе на арубайто[402].

– Да, все в порядке…

– Простите, но вы так внезапно побледнели.

– Нет-нет, все правда в порядке. Не беспокойтесь, пожалуйста.

– Я принесу вам наш фирменный пудинг из заварного крема за счет заведения, – девушка говорила уверенным тоном, в котором не было и намека на вопросительные нотки, – и еще одну чашку двойного эспрессо.

– Спасибо вам большое. – Александр почтительно склонил голову, решив, что лучше с ней не спорить.

Так, значит, кто-то из любопытных журналистов все же решил побеседовать с барменом, который рассказал Аодзаки-сану и его подруге о фантастическом случае на мосту Адзумабаси, в результате чего они обнаружили тела двух погибших девушек, сброшенные в реку Сякудзии. Александр открыл «Ёмиури» на нужном развороте.

УБИЙЦА-ДЕМОН ИЗ ИТАБАСИ: РАССКАЗ БАРМЕНА ИЗ ИКЭБУКУРО

В начале февраля этого года население Японии было потрясено смертями четырех молодых женщин: администратора гостиницы Shinagawa Prince Hotel Мисаки Савадзири, подававшей надежды студентки факультета инженерно-технических наук Токийского университета Мэйко Маэды, служащей банка Мидзухо Аюми Ито и ученицы средней школы Кэйко Хасимото, чьи тела были обнаружены в водах реки Сякудзии в специальном районе Токио – Итабаси. В настоящее время полиция продолжает расследование этих трагических случаев. Правоохранительные органы прилагают все усилия, чтобы как можно скорее выяснить причины произошедшего.

Тела Мисаки Савадзири и Мэйко Маэды были обнаружены поздним вечером четвертого февраля вблизи пешеходного моста Адзумабаси. Подробнее об этом происшествии вы можете прочитать в утреннем выпуске нашей газеты от пятого февраля этого года. Тела двух женщин, разделенные на фрагменты, обнаружили офисный работник Ючи Аодзаки (имя и фамилия изменены) и его невеста, которые случайно заметили руку несчастной Савадзири-сан, показавшуюся над поверхностью воды и «пытавшуюся ухватиться» за бетонное ограждение одной из установленных в реке декоративных клумб. Невольно приходят на ум истории о мстительных призраках и оживших мертвецах, вернувшихся с того света. Тем не менее то, что Аодзаки-сан и его спутница оказались в это время на мосту Адзумабаси, похоже, не было случайностью.

«Надо же, это не одному мне пришло в голову», – рассеянно подумал Александр и внимательно вчитался в чуть рябившие в плохом освещении иероглифы, отпечатанные на сероватой газетной бумаге.

Мы решили побеседовать с барменом по фамилии Óни, который работает в одном из заведений в районе Икэбукуро. Именно в том баре, где проводили вечер Аодзаки-сан и его невеста перед тем, как обнаружить тела Мисаки Савадзири и Мэйко Маэды. Óни-сан любезно согласился ответить на