Взгляд хищника - Оксана Олеговна Заугольная

Глава 19

– Как всё прошло? – Влад встретил её у больницы и подставил локоть, за который Полина с облегчением ухватилась. Всё-таки эти встречи выматывали её больше, чем она могла предполагать. Вроде бы просто сидеть и говорить – и всё. Она даже плакала куда меньше, чем в первые разы, но всё равно едва выползала из кабинета, опустошённая и измученная.

Полина искоса глянула на мужа. Каждый раз она пыталась понять, на самом ли деле ему было интересно, о чём она разговаривает с психотерапевтом? Полина не знала, что ему ответить. Пересказать весь разговор? Ей не хотелось рассказывать про вторую учётку и свои недолгие подозрения.

Конечно, Влад, который имел обыкновение мрачнеть и злиться из-за каких-то совершенно простых вещей вроде желания обнять его за ужином, почти всегда был очень аккуратен с такими сложными темами и вряд ли обиделся бы всерьёз. Может, даже развеял бы её беспокойство. Но про аккаунт и номер телефона она не вспоминала давно, и каждый новый день наматывался на те, в которые она не говорила ему об этом.

А про учётку? Ладно, если её нет. Возможно, Влад даже обидится на неё за подозрения, пусть. Но что, если она есть? Если Владу, в отличие от неё, реально есть что скрывать. И это не те секреты, которые ей хотелось бы знать. Например… что, если ему нужен отдельный аккаунт для… для порно? Полина не слишком вникала в такие темы, но от одного из своих эфемерных поэтов как-то получила жёсткий выговор за попытку заглянуть через плечо в ноутбук. Так она и узнала, что «порно смотрят все». И что, если все – это и Влад? Ей как-то поможет эта информация? Нет. Испортит ли это их отношения? Вряд ли, но зачем проверять?

– Мне помогает. – Она попыталась вспомнить, что ещё они обсуждали помимо личного пространства. – Сегодня я рассказала про надписи в подъезде и про нашу свадьбу.

Влад некоторое время шёл молча.

– Рассказала, что хотела большую свадьбу с гостями? – словно нехотя, проронил он, когда они прошли мимо булочной. Судя по тону, он не хотел ругаться, но предполагал, что это может произойти. Полина даже умилилась тому, как идеально они соответствуют друг другу. Ну точно одно целое!

– Нет. – Она качнула головой. – Мы же хотели переехать, да и подруги у меня оказались… не очень.

Она замолчала, пытаясь сформулировать это поточнее.

– Тогда я была расстроена, это правда, – наконец произнесла она. – И то, что кто-то может испортить свадьбу, мне казалось надуманным…

– Я не говорил этого, – заметил Влад, пока она сосредотачивалась на том, что ещё хочет сказать. И Полина досадливо мотнула головой. При чём тут это!

– Не говорил, – подтвердила, тем не менее, она. – Но мне нужны были причины, почему ты не хочешь этой свадьбы, которую я ждала и ждали мои родители.

В этот раз Влад промолчал, и Полина была ему за это благодарна.

– Но позже, когда подруги, готовые поддержать меня, когда мне было плохо, все бросили меня, когда мне стало хорошо, я поняла, что всё правильно, – продолжила Полина. – У меня была бы свадьба для галочки с людьми, которые пропали из моей жизни, унеся часть меня с собой. Зачем мне такие воспоминания? Даже Кристина была лишней.

Полина вспомнила, что именно Кристина пыталась соблазнить Влада, и поморщилась.

– Особенно Кристина, – вынуждена была признать она. – Лучше бы мы были вдвоём.

Влад остановился и притянул её к себе так близко, что ей стало некомфортно. Одно дело дома, но на улице… На них же будут глазеть прохожие!

– А тебе стало хорошо, Полина? – прошептал Влад, наклоняясь к её лицу так, словно желал поцеловать прямо сейчас. Тёплый воздух его дыхания щекотал её губы, и Полина вздрогнула от пробежавших мурашек. Точно сотня взглядов, утонувших в её беззащитной спине и затылке, – вот что ей это напомнило.

– Конечно. – Её голос сел, она хотела оглянуться на возможных зевак, но не могла оторваться от взгляда мужа. – Мне хорошо с тобой, Влад. Ты делаешь меня счастливой.

Что-то мелькнуло в глазах мужа. Удивление? Неужели он сомневался в себе настолько? Глупый. Конечно, у неё ещё были проблемы, но у кого их нет? Но вместе они точно справились бы с ними. И справятся.

– Ну надо же. – Полина смотрела уже не в глаза, а на губы мужа. Почему-то она была уверена, что он сейчас поцелует её прямо здесь, на улице. Но Влад только повторил:

– Ну надо же.

И пошёл вперёд. В два шага Полина нагнала его и снова подхватила под локоть.

– Рассказывай дальше. – Наконец Влад снова заговорил. А Полина всё гадала, закончили они обсуждать её сеансы у психотерапевта или нет.

– Лев Натанович мне ничего по этому поводу не говорит. – Полина почти не солгала, если психотерапевт и говорил ей, то не про это. – Но чем я больше проговариваю вслух, тем больше понимаю, что он меня здесь не найдёт.

Влад бросил на неё короткий взгляд, но промолчал, и ободрённая Полина продолжила:

– Все эти письма, звонки – это может быть кто угодно. Даже мои бывшие подруги. Или они могли кого-то попросить. Ты вот спрашивал, нет ли у меня врагов. Врагов нет, но я подумала тут вот о чем, Влад…

Она облизала пересохшие губы и уверенно закончила:

– Некоторым людям не нужно ненавидеть для того, чтобы хотеть уничтожить другого человека.

Это Полина вынесла из предыдущей книги, которую вычитывала. Тогда она просто запомнила это как интересный поворот, но сейчас… она наконец сумела понять, что это может относиться и к ней. Хейтеры. Удивительное дело, слово произошло от английского «ненависть», но с ненавистью не имело ничего общего. Люди, которые преследуют незнакомых им людей за их внешний вид, за их слова, за их картины, книги, одежду, выбор пары. В первую очередь это касалось знаменитостей, и в той книге преследовали звезду. Полине потребовалось время, чтобы понять – не обязательно быть знаменитым, чтобы тебя начали преследовать. Достаточно просто быть. И в один из моментов подставиться под удар, просто оказаться не в том месте или же высунуться достаточно, чтобы тебя заметили. Вот и всё.

Но сама Полина не просто была, она была уязвима. И кто-то, у кого есть достаточно времени, чтобы преследовать её, делал это, лишь догадываясь, какие страдания может доставить. Интересно, если бы он знал, насколько сильно разрывают её ужас и боль, он бы прекратил или усилил давление? Полина не хотела этого знать. Ей хотелось просто убедиться, что это кто-то чужой, а не её