Взгляд хищника - Оксана Олеговна Заугольная

Кажется, Полина снова начала задыхаться. Кажется, ей кто-то протянул стакан с водой. Воду в пластиковый стаканчик наливали впопыхах, и крошечные пузырьки образовались только с одной стороны. На них Полина и сконцентрировала свой взгляд. И на вкусе воды во рту. Говорят, у воды нет вкуса, но Полина всегда чувствовала его. Лёгкий привкус пластика от бутылок, в которых возили воду. Но не это было важным. Куда важнее было отсутствие железного привкуса крови, горького привкуса желчи. И Полина начала успокаиваться.

– Ты меня слышишь? – повторила Олеся. – Блин, «Скорую» вызывать, что ли… Так, тут должен быть медик.

– Не надо, – процедила сквозь зубы Полина. – Спасибо. Мне уже хорошо.

Хорошо ей не было, но она представила, что будет с Владом, если к спортзалу подъедет «Скорая»! Да он её в жизни больше не отпустит на фитнес!

Это Полина и попыталась объяснить Олесе, хотя говорить было тяжело. Она замолкала и отдыхала каждые два-три слова.

– Это очень нездорово, – заметила Олеся, придерживая её под локоть и помогая спускаться по лестнице – к раздевалкам. Если она и собиралась ещё позаниматься, то явно отложила на потом. – Ты как в банке.

– Нет. – Полина слабо улыбнулась. Вместе с приступом паники её покинула и ярость, которую вызвали предположения Олеси. Полина вдруг поняла, что это нормально – беспокоиться, когда ты ничего не знаешь. – Мы просто очень любим друг друга.

– Все участники токсичных отношений так говорят, – пробормотала себе под нос Олеся и громче добавила:

– Молчу-молчу, тебе виднее! Но тогда я тебя хотя бы доведу до твоего мужа, лады? А то вдруг тебя снова накроет и шабаркнешься где-нибудь!

Полина осторожно кивнула. Любое резкое движение доставляло сейчас много неудобств – голова кружилась и подташнивало. Так что сопротивляться помощи Олеси смысла не было. Да и познакомить их с Владом стоило сразу. Потому что идея с кофейней Полине понравилась. И подружиться с Олесей – тоже, ей ведь всё равно придётся заводить друзей.

Олеся помогла ей накинуть плащ и усадила на скамейку, после чего достала и сапоги. Хоть надевать не стала, а то Полина и так не знала, куда деваться от стыда. Она же не инвалид! Просто приступ паники. Такое бывает.

Вместе они вышли на улицу, и Полина с облегчением вдохнула уличный прохладный воздух.

Влад уже ждал её, разумеется. Едва они появились из дверей, как он оторвался от телефона и поднял на неё взгляд. Из внимательного взгляд тотчас стал встревоженным.

– Лина, что-то случилось? – Он коротко глянул на Олесю и снова посмотрел на жену. – Ты очень бледная.

– Похоже, у неё голова закружилась после упражнений, – предположила Олеся, ничуть не смущаясь того, что её игнорируют. – Или не поела утром. Очень распространённая ошибка – заниматься на полностью пустой желудок. Нет, если бодифлекс, например, то лучше поесть хотя бы часа за два, но йога…

– Помолчите, пожалуйста, девушка, – прервал Олесю Влад и взял Полину за руку. – У тебя руки просто ледяные! Опять?

Полина кивнула и слабо улыбнулась.

– Прости, пожалуйста. – Она вздохнула. – Вдруг нахлынуло просто на пустом месте. Может, и впрямь недосып, или надо было поесть плотнее.

– Поесть точно бы не помешало, – подтвердила Олеся и ответила на взгляд Влада. – Меня зовут Олеся. Мы с Полиной ходим вместе на йогу. Вот и сегодня думали попить кофейку после занятий.

– Лина не пьёт кофе, – машинально ответил Влад, но потом, после короткой паузы, добавил: – Влад. Очень приятно.

Судя по его тону, приятно ему не было, и Полина хотела поскорее уйти с ним, чтобы не тянуть эту неудобную беседу о её здоровье дальше. Но Влад неожиданно продолжил:

– Если вы не против, чтобы я посидел с вами… то мы можем задержаться. Я бы хотел познакомиться с кем-то, кто разделяет с Полиной её увлечение.

Полина бросила на Олесю взгляд, которым хотела сказать, мол, видишь? Он не токсичный контролёр, которому лишь бы держать жену рядом! Он и сам готов знакомиться с новыми людьми! Но Олеся, похоже, не расшифровала её бессловесное послание.

– А давайте, – легко согласилась она. – Познакомимся получше. Почему бы и нет?

И Полина подумала, что Олеся и в гости пошла бы запросто. Даже не пытаясь разобраться, что за люди её новые знакомые. Удивительное дело, что с такими ничего не происходит!

Глава 24

– Итак, званый ужин. – Полина наморщила лоб, пытаясь вспомнить, была ли у них встреча с обсуждением картины, которая мало того, что была развёрнута обратно лицом, так ещё и представлена как картина руки самой Полины. Не могла же она об этом забыть! – Лев Натанович, а я могла забыть о чём-то важном? Выкинуть из памяти, сделать что-то, чтобы вообще не помнить?

Психотерапевт снял и протёр очки.

– Вообще-то это довольно частая ситуация при травматичных событиях, – заметил он. – Особенно связанных с насилием или смертью. Люди как могут спасают свою психику, даже подсознательно.

– Я не уверена, что это касается чего-то травматичного, – призналась Полина. – Это… пустяк. Иногда мне кажется, что я люблю зелёный, а не жёлтый. А ещё на званом ужине Влад сказал, что картину, висящую у нас на стене, нарисовала я. Но я совершенно не умею рисовать и терпеть не могу все эти стили, когда не угадаешь, что нарисовано.

Кажется, Лев Натанович ждал от неё чего-то другого, по крайней мере молчал он довольно долго.

– Полагаю, такие вещи восстановить довольно легко, – наконец произнёс он. – Вы можете спросить у тех людей, что знали вас раньше. Родственников или друзей.

Он снова протёр очки.

– Мы не обсуждали с вами это раньше, Полина Андреевна. Ваши родители… живы?

– Родители? – удивлённо повторила Полина. – Да, живы. Но других близких родственников у меня нет. А мама и папа… наши отношения сильно ухудшились после того, как… со мной это случилось. Потом мы с Владом переехали в Вейск, и наше общение с родителями полностью прекратилось. Так бывает.

– Так бывает, – эхом подтвердил психотерапевт. – Но именно они могли бы открыть вам секрет, что с вашим восприятием цветов и умеете ли вы рисовать. Вдруг это был ваш единственный опыт, например мастер-класс? Даже в Вейске иногда проводят такие, когда не умеющие рисовать или лепить из глины люди приходят, чтобы сделать шедевр и повесить его дома…

– Если бы вы видели эту картину, вы бы поняли, что шедевром это не назвать, – прервала его Полина. Она испугалась, потому что как-то легко могла себе представить себя на мастер-классе. Кажется, на