Белая сорока. Ладожские тени - Екатерина Алексеевна Каретникова

– А ты, думаешь, нравилась несерьезно? – вдруг вылетело у Лизы.

Она, честное слово, не собиралась спрашивать. Само вырвалось.

Марина усмехнулась:

– А я ему вообще не нравилась. Просто было приятно, что рядом красивая девчонка. Ну и что у меня голос есть и петь умею. Я же сколько лет в детском хоре была солисткой. Научили уж.

«Опять этот “уж”, – с легким раздражением подумала Лиза. – Уж-солистка, вот она кто».

– Ладно, не буду больше грузить, – улыбнулась Марина. – У меня теперь все окей. И у тебя будет, если с умом подойдешь.

– Не, – покачала головой Лиза. – Пусть он сам подходит. Хоть с умом, хоть без. Я первая не хочу.

– Тоже правильно. Подожди. Пусть дозреет. Может, тогда будет проще.

– А вы надолго в Москву?

– На десять дней. Ну если все нормально пойдет. Там сперва отборочные туры, потом сам конкурс, потом гала-концерт.

Лиза кивнула. Она изо всех сил не хотела показывать Марине, что расстроилась. Вот ведь глупость! Подумаешь, десять дней! Пролетят – не заметишь. А все равно стало тоскливо. Почти до слез.

– Ладно, побегу я, – сказала Марина. – А ты не грусти, пока веселье не началось.

– Пока!

Лиза улыбнулась и тоже побежала. В прямом смысле – потому что до звонка осталось пять минут, а нужно было еще подняться на третий этаж и приготовиться к уроку. Про посмотреть на себя в зеркало она уже не мечтала. Все равно не успеть.

На уроке математичка объясняла новую тему по алгебре, но Лиза никак не могла сосредоточиться. Она вроде бы и слушала, но почему-то слова не откладывались в голове, и Лиза даже не могла уловить приблизительного смысла.

– Сорокина, – прошептала Алиса, – хорош ворон ловить!

Это была старая дурацкая шутка, и Лиза на нее сто лет уже не обижалась. Но сегодня ее почему-то обожгло. Ах вот значит как? Она ловит ворон, а умная Алиса поймала – вон кого. Илью.

Почему-то Лиза думала, что из Москвы Антон тоже будет выходить в сеть постоянно, но он не вышел ни разу. Сначала она ждала, оставляла открытой страничку ВК, но Антон был офлайн.

Лизе его так не хватало, что она сама удивлялась. Как будто от того, есть он сейчас в сети или нет, зависело что-то очень важное. Лиза представляла себе, что это чем-то похоже на большую квартиру. Есть человек в соседней комнате, его в любой момент можно позвать. Нет – не докричишься. И хоть Лиза совсем не собиралась звать Антона, из-за его отсутствия ей было неуютно и грустно.

На третий день после его отъезда она вообще перестала выходить в сеть. Что ей там было делать?

Она уже честно призналась себе, что влюбилась, и теперь думала все чаще об одном: как сделать, чтобы Антон подружился с ней по-настоящему? Ну вот хоть как Илья с Алисой. Для этого нужно было что-то изменить, но что и каким образом, Лиза пока не понимала. Может быть, в прежней жизни она попросила бы совета у мамы, но сейчас маме, кажется, было не до Лизиной влюбленности. Мама пыталась справиться с болезнью, а заодно с домашним хозяйством и повседневностью вообще.

С домашними делами Лиза помогала всерьез и по-настоящему. А со всем остальным что она могла сделать? Только не трепать маме лишний раз нервы. Она четко предупреждала, когда и куда уходит, называла точное время возвращения и ни разу не опоздала. По крайней мере, в этом отношении мама могла быть спокойна. А про все остальное врач сразу сказал – потребуется время. Время, отдых, лекарства и понимание близких.

Лиза изо всех сил старалась обеспечить это понимание. Правда старалась. Но ей было трудно. Гораздо труднее, чем папе. У папы все как-то получалось само собой. Может быть, потому, что он был взрослым и умел загонять страхи и сомнения так далеко, что никто бы не разглядел. Но он вел себя с мамой так, словно ничего не случилось. То есть некоторые изменения, конечно, были, но не слишком заметные постороннему глазу. Например, он по вечерам или в выходные звал маму просто погулять, а не в магазин или в кино. В кино они и раньше нечасто ходили, но все-таки раз в месяц выбирались, а сейчас совсем перестали. Попробовали один раз и вернулись. Мама сказала, что не может слушать такой громкий звук.

Зато гулять она как раз могла. И они с папой просто бродили по улицам или доезжали до соседнего парка и ходили там по засыпанным сероватым городским снегом дорожкам.

Однажды Лиза съездила с ними, и они все вместе провели в парке часа три. Мама как будто ожила, разговаривала почти по-прежнему и даже два раза улыбнулась. Не криво или там виновато, как в последнее время, а по-настоящему. Тогда Лиза подумала, что лучше всего им, наверное, было бы уехать всем троим куда-нибудь в деревню или хоть на дачу. И чтобы там был чистый холодный воздух. И много-много белого снега. И тишина. Но кто бы отпустил папу с работы, а Лизу из школы? И где бы они взяли денег, чтобы арендовать дом и пожить так хотя бы месяц?

Вот именно.

Поэтому приходилось жить дома и вылезать из маминой болезни крохотными шажками.

Больше, кстати, Лиза с родителями в парк не ходила. Она простудилась, проболела неделю и решила, что это удовольствие не для нее. Наверное, к таким прогулкам нужно было привыкать с детства. Ну или просто одеваться гораздо теплее, чем в школу и в магазин. На самом деле, простуде Лиза даже обрадовалась. Можно было как следует выспаться, отдохнуть от всего и подумать. Лиза любила думать, а вернее, представлять себе какие-то эпизоды из книжек или из кино, но только чтобы вместо героини была она, а вместо героя… Вместо героя кто-нибудь из знакомых мальчишек.

Если раньше на том месте мог оказаться много кто, то теперь уж точно только один-единственный он – Антон.

Это было непривычно, грустно, весело, страшно и интересно. Лизе казалось, что, если кто-нибудь догадается, что она так думает про Антона, лучше ей провалиться на том же месте. Но кто бы мог догадаться? Только Алиса, которой Лиза сдуру все рассказала сама. А больше никто и никогда. По крайней мере, Лиза так думала.

На самом деле она ошибалась. Знала Алиса, знала Марина. Что-то подозревала Тарасенкова. Ну и Илью нельзя было сбрасывать со счетов. Лиза поняла это, когда подумала как следует. Поняла и расстроилась.

Столько народа в курсе ее отношений с Антоном, а по большому счету этих отношений и нет. Не считать же лайки в ВК? Наверное, о них-то как раз