Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз - Михаил Викторович Зыгарь

Но Черняев, конечно, выдает желаемое за действительное. На самом деле слава Ельцина растет. Осенью 1989-го его приглашают в США — он едет прочитать несколько лекций в американских университетах. Но при этом организаторы обещают ему и встречи с руководителями государства. Впрочем, поездка складывается сложно.

9 сентября Ельцин прилетает в Нью-Йорк. Никто из официальных лиц его, разумеется, не встречает. Но он этим очень недоволен. Потом он видит программу визита и сердится на помощников: «Что вы тут мне напланировали?! Сплошные выступления и интервью! По десять в день! <…> Нашли себе, понимаешь, Аллу Пугачёву! — так вспоминает реакцию политика сопровождающий его в поездке журналист «Комсомольской правды» Павел Вощанов. — В общем… половину мероприятий исключить! Вы меня поняли?»

Чтобы успокоить Ельцина, помощники предлагают ему выпить. Через день сразу в нескольких американских газетах выходят заметки о приезде гостя из Москвы, демагога и популиста, а главное — любителя выпить. «В некоторых из них в подтверждение сказанного приводится свидетельство безымянного работника нашего отеля, поведавшего журналистам, как остановившийся у них Ельцин с помощниками пропьянствовали всю минувшую ночь — выпили несколько бутылок виски, разливая благородный напиток в туалетные пластиковые стаканчики, предназначенные для полоскания зубов», — рассказывает в своих воспоминаниях Вощанов.

По словам журналиста, с этого случая начинается американское фиаско Ельцина: «По какой-то неведомой причине выпивка всегда и всюду оказывалась у него под рукой. У кого бы мы ни гостили… общение неизменно начиналось с вопроса: мистер Ельцин, не желаете ли чего-нибудь выпить? Если это и гостеприимство, то не без коварства». Именно это обсуждают помощники Ельцина во время поездки: некоторым кажется, что американцы специально норовят напоить Ельцина, потому что они все за Горбачёва.

Программа визита же тем временем действительно очень напряженная. Ельцину приходится очень много говорить, и его собеседники в большинстве не очень вдохновлены. Во-первых, некоторые не понимают, чем плох Горбачёв и за что Ельцин его так нещадно критикует. Во-вторых, большая часть ответов Ельцина — клише, он в какой-то момент сам понимает это и даже смеется над собой: «Меня столько лет били по голове «Кратким курсом истории ВКП (б)», что теперь не так просто отказаться от старого мышления!»

Впрочем, Ельцин делает несколько политических заявлений, которые шокируют американских журналистов и оказываются на первых полосах. Он предсказывает, что Горбачёву осталось меньше года, а скорее всего шесть месяцев. Он считает, что балтийским республикам надо дать независимость. Наконец, он говорит, что в СССР 48 миллионов человек живут за чертой бедности.

Небольшая развлекательная часть программы впечатляет Ельцина. Он облетает статую Свободы на вертолете. Рядом сидит журналистка — Энн Купер из NPR. Она пытается задавать ему вопросы, но он молча смотрит в иллюминатор и только в конце полета выдает: «Я два раза облетел вокруг статуи Свободы и стал в два раза свободнее!»

Позже, когда Аллу Пугачёву попросят в эфире программы «Взгляд» прокомментировать эти слова, она скажет, что всегда была свободной и ей никогда не надо было облетать статую Свободы.

На обеде у Дэвида Рокфеллера Борис Ельцин произносит тост: «Я надеюсь, демократически избранный президент Америки найдет время для встречи со мной. Нам есть что сказать друг другу! Это в интересах наших стран и народов». Аудитория в недоумении.

Одно из самых неловких мероприятий поездки — короткое выступление Ельцина перед журналистами в Университете Джонса Хопкинса в Балтиморе.

Впрочем, ничего сверхъестественного: Ельцин, по словам Вощанова, пил всю ночь и отвечает на вопросы журналистов с похмелья. На следующий день, 12 сентября, в газете The Washington Post появляется статья «Ударный день Ельцина. Борис заключает капиталистов в пьяные медвежьи объятья». Это совершенно уничижительный текст.

«Казалось чудом, что он вообще мог стоять на ногах, не говоря уже о том, чтобы быть убедительным. Дело было не только в том, что он спал всего два часа. Причиной было количество виски из Теннесси, которое он влил в себя за ночь. Водка? Окей. Но Jack Danielʼs Black Label в стране свободы? Да, и не меньше полутора литров. Это подтвердили те, кто видел бутылки. И это были не горничные. Это были высокопоставленные чиновники Университета Джонса Хопкинса. Борис Ельцин, советский народный политик, несравненный выпивоха, радикальный законодатель и член Верховного Совета, ироничный разрушитель системы, вчера, покачиваясь, притопывая, бубня басом, корча рожи, раздавая объятия и пророча гибель, промчался по аэропорту Балтимор-Вашингтон».

Впрочем, этой статьи Ельцин никогда не увидит, поэтому и не расстроится. О том, что эту пресс-конференцию снимают на камеру и эта видеозапись позже наделает много шума, команда Ельцина еще не подозревает.

Самым большим потрясением для него в ходе поездки, как и для всех советских граждан, попадающих на Запад, становится посещение супермаркета. В Хьюстоне, штат Техас, он долго ходит между полками совершенно потрясенный. В ответ на предложение Вощанова сосчитать сорта колбасы Ельцин неожиданно переходит на «ты», что для него несвойственно: «Ты мне сейчас ничего не говори! Не надо ничего говорить! — и с минуту, а то и больше в задумчивости стоит у мясного прилавка. — А этот, наш, понимаешь, какую-то там продовольственную программу придумал. Вот она, продовольственная программа, на прилавке!»

Ключевой момент поездки — Вашингтон. Ельцина везут в Белый дом, на встречу с советником президента по национальной безопасности Брентом Скоукрофтом. Заранее известно, что в его кабинет как бы невзначай зайдет президент Джордж Буш. Ельцин по дороге упирается: «Какой, понимаешь, советник?! Не буду я ни с каким советником встречаться! Не мой уровень! Встреча с президентом предполагается? Если нет, поворачиваем назад!»

Его еле-еле уговаривают. У входа его встречает молодая сотрудница Кондолиза Райс, и ее он тоже спрашивает, каков план. Вот что рассказывает в своих воспоминаниях помощник Ельцина Лев Суханов. «Президент намерен встретиться со мной? — угрожающе спрашивает Ельцин. — Я шага больше не сделаю, если мне не гарантирована встреча с президентом!» «Господин Ельцин, если вы не желаете говорить с советником президента по национальной безопасности, вы вправе вернуться в отель», — улыбается в ответ Кондолиза Райс. Он уступает.

Наконец, Брент Скоукрофт приветствует Ельцина фразой: «Добро пожаловать в Белый дом, господа! Мистер Ельцин, а зачем вы, собственно, сюда приехали? Что вы хотите?» «Мне интересно посетить вашу великую страну и познакомиться с вашим трудолюбивым народом…» — отвечает Ельцин. И в этот момент в кабинет входит президент Буш.

По словам помощника Суханова, обнаружив, что они с президентом одного роста, Ельцин говорит ему: «Мы стóим друг друга». Переводчик предпочитает эту реплику не переводить. Буш сразу извиняется, что у него мало времени — он должен записывать телеобращение о проблемах наркомании, — и спрашивает у Ельцина: «Каково ваше мнение о событиях в СССР?» После этого Ельцин довольно долго и пространно критикует Горбачёва и вручает Бушу свой план реформ из десяти пунктов. Ровно через 12 минут Буш встает, извиняется и со словами «Передавайте от меня привет Михаилу Горбачёву» прощается. Но не проходит и нескольких минут, как ему на смену приходит вице-президент Дэн Куэйл. А после визита в Белый дом Ельцин едет на встречу с госсекретарем