Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз - Михаил Викторович Зыгарь

Завязываются отношения, но Путин не рассказывает Люде, где он работает. Его официальная версия: «уголовный розыск». Впрочем, он не считает, что врать нехорошо. Наоборот, разведчик обязан всегда говорить неправду, чтобы вводить врагов в заблуждение, как делали его любимые герои из шпионских фильмов. 

За время отношений он несколько раз проверяет Люду. Например, один раз подсылает к ней сотрудника органов, который изображает случайного ухажера. 

— Девушка, это судьба. Это судьба! Как бы я хотел с вами познакомиться! — кричит он, пытаясь догнать Люду. — Пожалуйста, очень прошу, дайте мне ваш телефон.

— У меня нет телефона.

— Тогда запишите мой.

— Не буду. Мне очень жаль, но это все-таки не судьба, — тверда Люда.

— Ну а вдруг вы передумаете? Запишите на всякий случай, — не унимается парень.

— Никакого случая быть не может, — выдерживает испытание она.

Впрочем, Путин не торопится делать предложение. Позже он будет объяснять, что привык к холостяцкой жизни и, возможно, никогда бы не женился. Но Люда, по ее собственным словам, три с половиной года за ним ухаживает. 

Однажды вечером Люда и Вова сидят у него дома — так будет рассказывать она через 20 лет, — и он вдруг говорит: «Дружочек, ты теперь знаешь, какой я. Я в принципе не очень удобный человек». Дальше он продолжает описывать свои неприятные черты: молчун, в чем-то достаточно резкий, иногда может обидеть — словом, рискованный спутник жизни. 

— За три с половиной года ты, наверное, для себя определилась? — спрашивает Вова. И Люда воспринимает этот вопрос однозначно: он решил расстаться. 

— Определилась, — говорит она. Но Путин не уверен. 

— Да? — с сомнением в голосе уточняет он. Люда окончательно понимает, что они расходятся. — Ну, если дело обстоит таким образом, то я тебя люблю и предлагаю пожениться, — неожиданно для Люды говорит он. 

Свадьбу играют 28 июля 1983 года. После этого Вова с Людой и с друзьями едут в путешествие — на его машине в Киев. Погуляв по городу и сходив в театр, они отправляются дальше — в Крым. Но тут Путиным не везет. У машины кипит радиатор — друзьям приходится буксировать жигули Путина до ближайшего города. После ремонта они все-таки добираются до Ялты. 

На обратном пути Вове надо заехать в Москву: решается вопрос о его предстоящей командировке за границу. Впрочем, даже после свадьбы он ничего не говорит Люде о своем месте работы. А она и не спрашивает. 

Игра в ежовых рукавицах 

«Сегодня ты играешь джаз, а завтра — Родину продашь» — это реальный заголовок из советской газеты 1961 года. Строки сочинил Сергей Михалков, популярный поэт и автор гимна СССР. В 1980-е отношение к американскому джазу в Союзе становится более терпимым, в стране появляются разрешенные джаз-бенды. Впрочем, наряду с советским джазом существуют и возмутители спокойствия — безумные импровизаторы, чье творчество не укладывается ни в какие рамки. Один из таких джазовых революционеров — молодой ленинградец Сергей Курёхин, 24-летний начинающий композитор-провокатор, будущий демон и гений андеграундной сцены. 

В то время, когда Ростроповича выдавливают за границу, Курёхин собирается бросить учебу в музыкальном училище при Ленинградской консерватории. «От учебы делалось тошно, — вспоминает он, — и я перестал туда ходить. Жизнь и так очень короткая штука, поэтому тратить ее на всякую ерунду вроде учебы, которая не дает тебе ничего, совершенно бессмысленно». Курёхин больше не может исполнять скучную советскую классику, его все время тянет надеть на себя клоунский нос. Он играет в ярком макияже, стоя к фортепиано спиной, максимально агрессивно ударяя по клавишам, будто хочет уничтожить инструмент. 

Покончив с учебой, Курёхин пробует много разных работ: и пианистом в детском саду, и тапером в бассейне, и органистом в католическом костеле, и дирижером милицейского хора в Доме культуры, и концертмейстером студенческого театра ЛГУ. Он сумасшедший вундеркинд, который увлечен музыкальными экспериментами. А в свободное время бродит по букинистическим магазинам и скупает редкие книги, читает античных и восточных философов, а еще Бердяева, Соловьёва, Булгакова и Флоренского. 

Бросая учебу в 1979 году (уже не в первый раз), он осознаёт, что обрекает себя на полуподпольное существование. Впрочем, ему и так ясно, что его слишком авангардная музыка не имеет шансов быть признанной в СССР и его записи здесь никогда не будут изданы.

Как раз в это время Курёхин начинает тайно переписываться с ведущим музыкальной программы «Би-би-си», эмигрантом из СССР Лео Фейгиным, создавшим в Лондоне лейбл Leo Records. В Советском Союзе зарубежные радиостанции глушат, но их все равно пытаются слушать — в том числе для того, чтобы приобщиться к современной западной музыке. Отправлять письма за границу тоже нельзя, но Курёхин передает свои послания через случайных знакомых: иностранных студентов, которые время от времени приезжают в Ленинград. Раз нет шансов выпустить свою пластинку в СССР, считает Курёхин, значит, надо стремиться к признанию на Западе. Любые контакты с иностранцами — дело чрезвычайно опасное, их отслеживает КГБ, за несанкционированные связи могут посадить. Но Курёхин относится к подобной опасности легко и даже безрассудно. 

В 1981 году Курёхину удается переправить в Лондон несколько своих записей. Фейгин решает их издать и пытается выяснить, какая композиция как называется. И получает от Курёхина максимально провокационный ответ. Диск должен именоваться «Ways of Freedom», а треки на нём — «Archipielago», «The Wall», «Fresh Air», «No Exit», «The Inner Fear», «The Great Escape». Всё это, очевидно, должно напомнить западному слушателю об «Архипелаге ГУЛАГ» Александра Солженицына. Более того, Курёхин пишет, что сами треки могут располагаться в любом порядке и неважно, какой композиции какое название соответствует. Главное, чтобы они шли ровно в той последовательности, которую прислал автор. 

В Лондоне ужасно удивлены, что политический смысл, идеология и общественный резонанс волнуют композитора едва ли не больше, чем музыкальная составляющая. А еще эмигрант из Ленинграда Фейгин очень боится за самого Курёхина, полагая, что у того будут проблемы, когда политизированная пластинка выйдет за границей, и даже предлагает композитору одуматься. Курёхин отвечает, что готов рисковать и ничего менять не будет. Пока альбом готовится к выпуску, Курёхин гастролирует по СССР со своим джазовым ансамблем. В марте 1981 года он приезжает на всесоюзный фестиваль «Джаз над Волгой» в Ярославле. Туда приглашены не только джазмены, но и разные яркие молодые музыканты со всей страны, в том числе и «Аквариум». Гребенщиков и его друзья в этот момент увлечены регги, все участники «Аквариума» курят траву, а фестиваль между собой называют «Джа над Волгой». 

Но главный возмутитель спокойствия в Ярославле — именно Курёхин. Выступление своих музыкантов он называет «Бой часов и игра в ежовых рукавицах». Это безумный перформанс, казалось бы, совершенно невозможный в СССР: по залу маршируют пионеры с горнами, барабанами и аккордеоном, потом вступают музыканты со свистульками и маракасами, на сцене надрываются саксофон, виолончель и ударные, голосит цыганская