Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз - Михаил Викторович Зыгарь
В тот момент Яковлев вел себя как правоверный коммунист. А в 1972 году он написал ту самую скандальную статью «Против антиисторизма», в которой критиковал русских националистов. За это его отправили в ссылку — послом в Канаду.
Положение Яковлева во время работы там было двойственным. С одной стороны, он близко подружился с канадским премьер-министром Пьером Трюдо. Тот даже назвал своего второго сына Александром ⓘ в честь советского посла. С другой стороны, Яковлев иногда ощущал себя изгоем среди сограждан. В 1976 году состоялась легендарная серия игр между хоккейными сборными Канады и СССР. Посол Яковлев присутствовал на каждом матче, причем сидел рядом с Трюдо. Но вскоре случайно узнал от бывших коллег, что его запрещено показывать по советскому телевидению, поэтому монтажеры тщательно его вырезали.
Судьбоносная для Яковлева встреча произошла 17 мая 1983 года. Михаил Горбачёв, тогда еще скромный член политбюро при генсеке Андропове, прилетел в Канаду. Главная цель поездки очевидна: советское сельское хозяйство в кризисе, а Канада, похожая по посевным площадям и климатическим условиям, продает СССР зерно. Куратору сельского хозяйства Горбачёву любопытно, «где же скрыта та пружина, которая позволяет добиваться столь высоких результатов».
Горбачёв приехал в Канаду на целую неделю. Он хотел остаться еще дольше, но Андропов ему не позволил. Посол Яковлев устроил ему очень насыщенную программу. Горбачёв сходил в парламент посмотреть на то, как премьер-министр Трюдо отчитывается перед депутатами, и был в шоке от того, как оппозиция позволяет себе критиковать главу правительства. Горбачёв никогда такого не видел и на эмоциях назвал это «цирком».
Но дальше следовало потрясение за потрясением. Горбачёва отвели в обычный супермаркет, потом — на завод по производству кетчупа Heinz, на винодельню и, наконец, на ферму. Он своими глазами увидел, что она работает намного эффективнее, чем любой советский колхоз: территорию больше 2000 гектаров обрабатывают четыре человека, в том числе двое хозяев фермы, муж и жена. Бывший комбайнер Горбачёв не мог поверить и три раза переспрашивал. В конце поездки делегация приехала на ферму, принадлежащую министру сельского хозяйства Канады. Гости остались в доме, а Горбачёв и Яковлев вышли вдвоем в поле прогуляться. И вдруг член политбюро начал говорить такие вещи, что послу стало немного не по себе: высокий гость из Москвы принялся критиковать советское народное хозяйство.
Горбачёв почти сразу пригласил Яковлева вернуться в Москву на должность директора Института мировой экономики и международных отношений — это ключевой советский think tank, интеллектуальная база ЦК КПСС. Для Яковлева эта должность оказалась новым стартом его карьеры на родине.
В Москве Яковлев в тот момент, пожалуй, единственная горбачёвская креатура — человек, которого тот приметил себе в будущие советники еще до того, как пришел во власть. При этом Яковлев оказывается человеком с идеологией, визионером, который пользуется своей властью не для того, чтобы она была, а чтобы менять страну вокруг себя.
В первый год своего правления Горбачёв без Яковлева — это растерянный человек, который еще не в курсе, куда ему применить свои могущество и обаяние. Но при Яковлеве это уже совсем другой Горбачёв. Яковлев дает ответы на те вопросы, которые десятилетиями мучили не слишком образованного партийного работника. Яковлев заменяет ему все университеты — с той поправкой, что гуманистические взгляды Яковлева полностью совпадают с мнением выпускницы философского факультета Раисы Горбачёвой.
Этот новый этап в жизни Горбачёва начинается примерно после Чернобыля. Потрясенный бесчеловечностью советской системы, Горбачёв начинает все больше прислушиваться к людям, которые склоняют его к либеральным и демократическим реформам, потому что ощущает несправедливость и ошибочность всего произошедшего. После Чернобыля Александр Яковлев, крестьянин-интеллигент, бывший студент Колумбийского университета и человек, десять лет проживший в Канаде, становится новым идеологом Советского Союза.
Впрочем, довериться ему на сто процентов Горбачёв не решается. Он почему-то делает куратором государственной идеологии не одного человека, а сразу двух: и Яковлева, и Лигачёва. Это очень скоро приведет к серьезному конфликту в руководстве.
Звезда в Чернобыле
В первых числах мая в приемную Яковлева на Старой площади заходят два человека: мужчина и женщина. Все секретарши в шоке, ведь это сама Алла Пугачёва, главная певица в СССР. Ее сопровождает молодой музыкальный критик Артемий Троицкий, которого, конечно, никто не знает. Пугачёва просит о срочной встрече с секретарем ЦК. Яковлев готов принять ее немедленно. Она звезда такого масштаба, что еще в 1970-е про нее рассказывали анекдот: в будущем в учебниках истории напишут, что Брежнев — мелкий политический деятель эпохи Пугачёвой.
За пару дней до визита на Старую площадь Троицкий пришел к Пугачёвой с идеей устроить благотворительный рок-фестиваль в помощь пострадавшим от аварии в Чернобыле. Ей эта идея очень понравилась. Но оба понимают, что надо заручиться согласием высокого начальства. В городском комитете партии, который недавно возглавил Борис Ельцин, им отказывают. Поэтому Пугачёва и Троицкий оттуда, прямо на метро, едут на Старую площадь.
Попав на прием, Троицкий сразу начинает рассказывать Яковлеву, что это очень популярный тренд: на Западе рок-музыканты собирают много денег на благотворительность. Вот, например, Боб Гелдоф написал песню «Do They Know Itʼs Christmas?» — а потом организовал грандиозный концерт Live Aid, чтобы помочь жертвам голода в Эфиопии. Это было меньше года назад, в июле 1985-го. А Майкл Джексон и Лайонел Ричи, чтобы помочь голодающим Африки, записали трек «We Are The World».
Проживший десять лет в Канаде Александр Яковлев определенно единственный человек в ЦК КПСС, который знает, кто такой Майкл Джексон, и вообще в состоянии понять, о чем рассказывает Троицкий. «Прекрасно. Это замечательная инициатива, проводите концерт сами — так, как считаете нужным. Вы имеете всю нашу поддержку», — немедленно говорит чиновник. Пугачёва рассказывает, что план готов: концерт нужно устроить в «Олимпийском», самом большом крытом стадионе в Москве, построенном к Олимпиаде-80. У нее как раз там офис и репетиционная база.
У Яковлева только одна просьба — чтобы это не было похоже на пир во время чумы. Он выделяет Пугачёвой и Троицкому своего помощника, который пригодится на случай, если бюрократы рангом пониже будут сопротивляться. И не зря, потому что остальные чиновники не поддерживают Яковлева. «Она себе хочет лишней популярности», — говорят они. «Ну и что? Она же не себе деньги собирается заработать, — упирается секретарь ЦК. — В конце концов, артист и должен добиваться популярности, это его профессия».
Тем не менее подготовка начинается. Концерт называется «Счет 904» — именно туда всем желающим предлагается переводить пожертвования в пользу пострадавших в Чернобыле. Участников концерта подбирает сама Пугачёва. Никого из Ленинградского рок-клуба она не зовет, зато приглашает группу «Браво». Звезда, конечно, знает, что юная солистка Жанна Агузарова провела почти два года в тюрьме, в психушке и в ссылке — за незаконный концерт и подделку документов. Но Пугачёву это не пугает — наоборот, она хочет помочь
