Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз - Михаил Викторович Зыгарь

Как и требовала Москва, к шести утра все закончено: памятник на площади разобран, экспертиза проведена и подтвердила, что тело принадлежит Рашидову, останки главы республики отвезли на элитное Читагайское кладбище.

Но если в Москве полагают, что с перезахоронением Рашидова антикоррупционное дело закончится, то следователи Гдлян и Иванов, наоборот, считают, что теперь пришло их время.

Комиссары Каттани

30 июля 1986 года советское телевидение начинает показывать итальянский сериал «Спрут». Полицейский по имени Коррадо Каттани приезжает в небольшой городок, выясняет, что его контролирует мафия, и вступает с ней в борьбу. По ходу дела выясняется, что с мафией связаны все более-менее влиятельные силы. Комиссар сражается один против всех, но не сдается. Сериал становится суперпопулярным — более того, оказывает сильное влияние на политическую ситуацию. Многие советские зрители именно из сериала «Спрут» узнают слово «мафия». Но они уверены, что в СССР мафия тоже существует, и мечтают, чтобы герои вроде Каттани появились и в их городах. А следователь Тельман Гдлян вскоре поверит, что он и есть советский комиссар Каттани.

Более того, в русском языке до конца 1980-х не употреблялось слово «коррупция». Хотя общественное мнение твердо уверено, что все беды в стране «из-за воровства». Еще в XIX веке самый знаменитый русский историк Николай Карамзин сказал, что ситуацию в России можно охарактеризовать одним словом: «крадут» (вслед за ним емким словом «воруют» описывали происходящее в России Салтыков-Щедрин и Зощенко). Практически все граждане СССР живут очень бедно, и многие уверены, что причина именно в том, что все украдено.

Кампании по борьбе с коррупцией в СССР были довольно редкими, но, если начинались, приобретали огромную популярность. Репутация борцов с коррупцией в свое время помогла карьере Гейдара Алиева и Эдуарда Шеварднадзе. Алиев до 1969 года был главой КГБ Азербайджана, а Шеварднадзе до 1972-го — министром внутренних дел Грузии. Именно с этих позиций они были выдвинуты на первые роли в своих республиках и успешно по команде из Москвы провели зачистку среди местных элит — за счет окружения своих предшественников.

Новую большую волну борьбы с коррупцией поднял Юрий Андропов. Именно он отправил в Узбекистан следственную группу во главе с Гдляном. Но если до 1986 года следователи считали себя исключительно частью системы, выполняли приказ начальства, то с началом гласности их мироощущение стало меняться. Вскоре они почувствуют себя народными героями.

Однако в 1986 году Гдлян и Иванов все еще лояльные работники Генпрокуратуры. Посмотрев сериал «Спрут» и увидев сходство между своей работой и проблемами комиссара Каттани, Гдлян ведет себя так, как должен поступить советский человек. Он, конечно, жалуется начальству, что ему мешают работать, а именно пишет письмо Горбачёву, что уже само по себе колоссальная смелость.

И генеральный секретарь поручает Комитету партийного контроля разобраться с жалобой следователей, что Гдлян воспринимает как свою победу. Андроповская борьба с коррупцией вписывается в представление Горбачёва о том, как должна выглядеть перестройка, потому что у самого Горбачёва нет особенно четкого представления.

Гдлян чувствует себя окрыленным. Он ощущает, что его полномочия подтверждены Горбачёвым, он теперь не просто следователь прокуратуры — он спецагент перестройки.

Дело снова набирает обороны. В 1986 году министру хлопкоочистительной промышленности Узбекистана выносят смертный приговор — в 1987-м он приводится в исполнение. Группа Гдляна расширяет круг подозреваемых: новая мишень — это глава Узбекистана Инамжон Усманходжаев, протеже Лигачёва и человек, который страстно разоблачал Рашидова. Но задерживать и допрашивать его нельзя без санкции политбюро. А заходить так далеко Кремль не решается.

«Нельзя драпать»

В апреле 1986-го афганского лидера Бабрака Кармаля привозят в Москву. Советские военные на него жалуются, Горбачёву он не нравится, поэтому КГБ активно ищет ему замену. Надо только осуществить транзит власти более приличным способом — не так, как в 1979 году, когда убивали Амина. Тем более настоящим руководителем Афганистана они считают приставленного к Кармалю аппаратчика из Москвы Виктора Поляничко — он числится при нем политическим советником.

В Москве Кармалю говорят, что он плохо выглядит (у афганского лидера проблемы с алкоголем), и советуют ему подлечить печень в Кремлевской больнице. По сути, его там запирают на несколько недель, а в Кабуле тем временем определяются с новым руководителем. КГБ решает, что им будет глава спецслужб Наджибулла.

После двадцати дней лечения Кармаля привозят к Горбачёву. Генсек, уверенный в своем обаянии, объясняет афганскому лидеру, что мир меняется, надо уступать дорогу молодым, хотя Кармаль старше Горбачёва всего на два года.

Афганец нервничает, требует, чтобы ему принесли пепельницу, достает пачку американских сигарет Kent и закуривает прямо в кабинете генсека — это категорически запрещено. Горбачёв выпроваживает Кармаля и немедленно звонит зампреду КГБ, шефу внешней разведки Владимиру Крючкову с требованием добиться отставки Кармаля любой ценой.

Крючков летит в Кабул, приходит к только что вернувшемуся на родину Кармалю и не выходит от него 20 часов — наглядная характеристика, кто и как контролирует ситуацию в Афганистане. По окончании этого разговора президент все-таки подписывает заявление об отставке.

Горбачёв доволен: еще год назад он требовал разработать схему вывода войск, но теперь он уже скорректировал свои планы.

«Нам драпать из Афганистана ни в коем случае нельзя, иначе мы испортим отношения с большим количеством наших зарубежных друзей, таких как Куба, ГДР и Ирак», — говорит он на заседании политбюро в апреле 1986 года. «В конце концов, за два-три года завершим, — позже развивает он свою мысль, — но результат не должен выглядеть как позорное поражение: потеряли столько ребят и всё бросили».

Осенью в Афганистане случится новый поворот в войне. США начнут снабжать афганских моджахедов оружием. 25 сентября 1986 года в небе у Джелалабада они впервые применят ракеты «Стингер» и уничтожат одним залпом сразу несколько советских вертолетов.

В целом опасения Горбачёва подтвердятся в точности: вывод войск начнется только через три года и он, действительно, будет выглядеть как позорное бегство.

Переводчик с венгерского

С того момента, как зампред КГБ Владимир Крючков выполняет деликатное поручение Михаила Горбачева, между ними завязываются особенные отношения. Глава КГБ Виктор Чебриков — типичный брежневский кадр, земляк покойного генсека, Горбачев не считает его своим человеком и не может ему доверять. Другое дело Крючков — бывший комсомольский работник, который знает, как найти правильный подход к начальству. 

У Владимира Крючкова очень необычная биография. Когда началась война, ему было 17