Новгородец - Георгий Георгиевич Смородинский

— Весело живем, — хмыкнул от кустов Мал. — Неждан превратился в варяга. Может быть, он красных грибов наелся в лесу, и до сих пор все никак шкуру не скинет[11]?

— А что ты помнишь еще? — уточнила Лада, не обратив внимания на его слова. — Кроме имени?

— Помню, как жить, — я обвёл взглядом окружающее пространство. — Как есть, пить, спать, надевать штаны. Помню, что есть Новгород, и сам я вроде оттуда. Только не понимаю, где мы сейчас. Не знаю, зачем мы здесь, и не помню кто вы такие. Все, что было до моего пробуждения у избушки в лесу, куда-то пропало из памяти.

— Так ты помнишь, что произошло у сторожки жреца? — сделав девушке знак, включился в разговор Тихий.

— Конечно, — я кивнул. — Он сказал мне: «Встань и дойди!». Я встал… Вернее сел, огляделся и увидел вокруг тела. Сначала не понял, что происходит, но потом один из этих попытался меня убить. Он вышел из кустов за спиной, я почувствовал опасность, отскочил и схватил копье убитого парня. Расколол череп скелету, а потом из леса вышел грязный мужик…

Произнеся это, я осекся, и было от чего. Со всеми этими свалившимися на голову впечатлениями, совсем забыл, какие получил раны. Тогда был уверен, что умру. Думал ещё, что, может быть, он отправит меня назад, но вон оно как обернулось.

— Что с тобой⁈ — видя мое замешательство, встревоженно произнесла Лада. — Что-то вспомнил?

— Да, — я указал свое на плечо. — Этот волк сильно меня погрыз, разодрал когтями грудь и живот. Думал: не выживу, а сейчас стою перед вами и не чувствую ран.

— Велеслава их затворила, а я восстановила все повреждённое, — заметно успокоившись, пояснила мне Лада. — От яда тебя защитил Знак.

— Какой Знак? — я непонимающе поморщился.

— У тебя на плече отметина Громовержца, — пояснил за девушку Тихий. — Потом об этом поговорим. Сейчас рассказывай, что было дальше. А то забудешь ещё, а нам потом боярин[12] головы снимет, за то, что не расспросили.

«М-да… Все страньше и страньше, — подумал я, прикидывая текущую ситуацию. — Дружинники, лекарка, волхва Велеса, если судить по её имени, жрец Перуна, которого убили у костра и еще боярин. Вся эта пестрая компания здесь — в новгородском лесу, в то время, когда Полоцк захвачен какими-то меченосцами. Боярин — это же ближник князя, обладающий самыми широкими полномочиями. Послать его сюда мог только сам князь. По всему выходит, что эти парни и девушки отправлены в область с каким-то очень важным заданием? Скорее всего так и есть, но тогда непонятно, что здесь делаю я? Простой парень, на котором не было даже кольчуги».

— Пуст… э-э Неждан, ты уснул? — поторопил меня Тихий. — Договори! Потом будешь спать.

— Олег! Меня зовут Олег, — переведя на него взгляд, произнёс я и продолжил: — Тот мужик обозвал меня княжьим ублюдком, перекинулся в волка и бросился. Я подставил копье, но оно не пробило его шкуру и вырвалось из рук. Остался только нож. Ножом я его и убил.

— Я ж говорю: грибов наелся, — весело хохотнул Малк. — С ножом, без брони и щита на волколака…

— А дальше что? — снова поторопил меня Тихий.

— Ну, мне же сказано было дойти, — я пожал плечами, — а там огонь горел наверху. И ещё пёс пришел чёрный. Он меня и проводил.

Говорить было непривычно. Русский язык путался в голове с местным диалектом, и слова приходилось подбирать. Некоторые фразы получались корявыми, но меня вроде бы понимали и ладно.

— Следом за собакой поднялся наверх, — продолжил говорить я. — Там коснулся рукой жертвенника и потерял сознание. Это все. Больше ничего не помню.

Когда я закончил свой рассказ, Тихий покивал, тяжело вздохнул и о чем-то задумался. Мал вернулся к дереву и продолжил следить за рекой. Одновременно с этим пропало висящее в воздухе напряжение. Парни поняли, что я нахожусь в здравом уме и не представляю опасности. Ситуация разрешилась до прихода начальства, но у меня осталась еще целая куча вопросов. У них, наверное, тоже…

— А что тот пёс? — словно прочитав мои мысли, нарушила тишину Лада. В голосе девушки мелькнули нотки надежды. — Как он себя вёл?

— Обычно, — я пожал плечами. — Бежал впереди, лаял. Если бы не он, я, скорее всего, не дошел бы.

— Значит Черныш жив! — девушка впервые улыбнулась и посмотрела на Тихого. — Если бегал, значит раны у него неопасные.

— Черныш, скорее всего, в лесу траву нужную жрет. Поправится и прибежит сюда — он дорогу-то знает, — заверил девушку Тихий. Затем перевёл взгляд на меня и коснулся ладонью груди. — Меня зовут Тихомир. Кличут Тихим, но иногда я люблю поорать, — парень усмехнулся и указал на приятеля. — Того рыжего зовут Малом. Кличут по-разному, но ни одно прозвище пока не приклеилось. С рыжими завсегда так. Разные они, но наш Мал парень правильный. Говорливый правда…

— А ты прям тихоня, ага, — Мал, не оборачиваясь, усмехнулся. — Сам болтает так, что порой не заткнуть.

— Вот видишь… Никогда не молчит, — Тихомир картинно-сокрушенно вздохнул и продолжил: — Мы оба из младшей дружины князя Юрия Новгородского. А она — лекарка, — парень кивнул на стоящую передо мной девушку. — Зовут Ладой. Серьезная она у нас…

— И забывчивая! — девушка всплеснула руками, указала мне на бревно и потребовала: — Садись туда и рубаху снимай! Я осмотрю твои раны.

[1]Псков — один из самых древних городов России. Впервые город упоминается в «Повести временных лет» под 903 годом — в рассказе о том, что когда князь «Игорь вырос, то сопровождал Олега и слушал его, и привели ему жену из Пскова, именем Ольгу» Княгиня Ольга была матерью Святослава Игоревича, который стал отцом князя Владимира.

[2]Смерд (мн. смерды; от др. рус. смьрдъ) — категория населения по «Русской Правде», крестьянин на Руси IX—XIV веков, земледелец. В других источниках указано что Смерд, в памятниках древнего русского права — это свободный сельский обыватель.

[3]Холо́пство — состояние несвободного населения в Киевской, Удельной Руси и Русском государстве.

[4]По словам лингвиста, академика Андрея Зализняка, работавшего с берестяными грамотами, обнаруженными на территории Новгорода и Пскова. Жители этих городов считали Русью считали владимирские