Мельница - Михаил Васильевич Шелест

Второму противнику я сделал вертушку. Это приём из вольной борьбы. Провёл удержание сбоку, а потом болевой приём «рычаг локтя через колено». Моя любимая комбинация этого тела. Пока я ничего «своего» не выдумывал. Делал то, что неплохо отработал перед соревнованиями. Причём, «вертушку» мне нравилось делать и когда мы боролись по правилам дзюдо. Взяв косой захват за отвороты куртки, я сразу после падения переходил на жёсткий удушающий. Очень эффективный приём. Но сейчас было не дзюдо. А жа-а-а-ль…

Я и в «тот раз» своей «той» жизни первые две схватки выиграл легко, а вот третью чуть было не проиграл, встретившись с «горячим» парнем из Дагестанской АССР. Я тогда был шокирован его небритостью и немного растерялся. А он воспользовался этим и трепал меня, как Тузик грелку. Хорошо, что я тогда не падал на «чисто», или на «четыре очка», сумел перехватить инициативу и изменить ход схватки.

Тогда я выиграл чистой победой с помощью подсечки. Сейчас я, зная, что он попрёт на меня буром, сделал зацеп изнутри под правую ногу, перехватил её под руку, уронил соперника на спину, но не удержался на ногах и сам повалился на него, поэтому сделал болевой приём на «ахилес» левой рукой, что бывает крайне редко.

Просто, я уже давно практиковал работу обеими руками и тренер меня за это очень хвалил. У нас больше никто не боролся так уверенно на обе стороны. Хотя, если подумать, то чемпионы мира имели максимум два приёма, отработанных до совершенства. Причём приёмы так называемые «обратные». Если не получается этот, переходят на второй. И всё. Больше никаких излишеств. А такие, как я, выдумщики и универсалы, звёзд с неба не хватали.

Кроме четвертого, других соперников я не знал, но после него я выходил в финал. Получалось, что мы с Кутьиным, если не вылетим в четвёртой схватке, после которой «включался» принцип «каждый с каждым», должны сойтись за первое — второе места и дальше участвовать в финале первенства Динамо СССР. Там уже должна применяться круговая форма соревнования та же — «каждый с каждым».

— Странная форма первенства, — подумал я, когда, наконец-то, тренер мне всё объяснил. Всего мне сегодня предстояли четыре схватки, а не пять, как я думал раньше. Три поединка у меня получилось выиграть досрочно и Кутьин Старший, я видел, выглядел озабоченным.

— Ты знаешь его откуда? — спросил мой тренер.

— В электричке познакомились, — сказал я.

— Хм! — хмыкнул Городецкий. — А цыганку свою видел?

— Цыганку? — я и забыл про неё.

— Вон они сидят. Целым табором.

Городецкий махнул рукой в сторону балкона.

Я поднял голову и встретился взглядом с Зарой. Она пристально смотрела на меня, и взгляд её прожигал меня как двуствольный лазер.

— О, мля! Не было печали! — сказал я.

— Не видел их, что ли? — удивился тренер.

— Не видел! — буркнул я. — Сука! И не видел бы вообще! Зачем сказали, Георгий Григорьевич? Сейчас отвлекаться буду!

— Не ругайся! Ишь, как взглядом сверлит! — сказал, усмехаясь, Городецкий. — Но ты не обращай на них внимания. Три схватки выиграл. Одна осталась. Потом завтра финал.

Тот раз четвёртую схватку я проиграл по очкам. В этот раз я не дал сопернику возможности бросить, уходя с линии атаки и не перя буром, как тот раз. Он был гибким и ловким, а я использовал его же тактику уходов и контратак. В конце концов, сейчас я выиграл, уронив его передней подножкой с падением на два очка. Перейти с неё на удержание у меня не получилось, верткий чел, да я и не особо старался.

— Молодец, Мишка, — похвалил Городецкий, встречая меня, после поднятия моей руки, похлопывая меня по плечу. — Треть дела сделал. Российские финалы завтра, а сейчас все пошли в гостиницу.

— Молоток, Мишка, — сказал Баулин и протянул мне руку. Я пожал.

Игорь Кауфман тоже подал мне ладонь, а Сашка, как всегда кривя рожу, показал два больших пальца.

— А КМСа дают за какое место?

— За какое место? — усмехнулся Городецкий. — На этом первенстве за первое. На следующем финале, союзном и за первое, и за второе. Хочешь «кандидата» заработать?

— Можно попробовать, — пожал плечами я.

— О, Мишка КМСа хочет получить! А не хотел ехать на соревнования! — сказал Сашка Кауфман.

— Аппетит приходит во время еды, — сказал Кауфман старший и протянул мне свою ладонь для рукопожатия. — Поздравляю, Михаил. У тебя есть шансы победить!

— Да, не с чем, пока, — сказал я. — Финал ведь впереди.

— Всё равно! Призовое место тоже почётно.

— А… Чтобы на финал Союзного первенства выйти, какое место нужно заработать завтра?

— Первое, Миша, — сказал Городецкий, поглядывая на меня с интересом.

— Хм… Фига себе! Не получается, тогда…

— Что не получается? — спросил тренер.

— Я думал, что первые два проходят в финал Союза.

Городецкий покрутил головой.

— Нет. Только чемпионы этого турнира выходят в финал Союзного первенства «Динамо». Так, что, хочешь КМСа — выигрывай завтра все схватки досрочно. Чтобы очки не считать. Там, точно, засуживать будут. Вместо четырёх — два очка, вместо двух — дырку от бублика. И запомни, КМС — это путь в большой спорт, Миша.

— Его нужно подтверждать через три года, знаешь? — сказал серьёзный Игорь.

Я кивнул головой. Тогда я ничего не знал об этом, сейчас знал. И про то, за что дают разряды в будущем тоже знал, а про семидесятые годы не интересовался.

— Да-а-а… Похоже Кутьин развёл меня, — подумал я. — Ввёл в заблуждение. Вот… Нехороший человек!

* * *

[1] Па-де-де или па-де-дё (фр. pas de deux [pa dǝ dø], досл.: «шаг обоих») — одна из основных музыкально-танцевальных форм в балете.

Глава 5

— Хорошо у тебя получилось сегодня, но не повторяйся. Ты всегда пытаешься повторить, что получилось, но у тебя никогда не получается.

Так увещевал меня тренер, когда мы пешком возвращались в гостиницу.

— Пельменей хочу, — вдруг понял я, когда мы проходили мимо «пельменной».

— В гостинице нормально поедим.

— Да, что там нормального-то? — спросил я. — Снова сосиска с макаронами