Одаренный регент. Книга 7 - Тим Волков

— Нет, ты не выйдешь! Бой будет неравный. Ты сейчас для него мишень, а не соперник. Наверняка он предвидел и такой план развития. Уверен, что сейчас у него в кармане такой козырь, против которого ты ничего не сможешь сделать.

За дверью снова раздался голос Кайрина:

— Фурманов, ты что, совсем оглох? Или боишься?

Я стиснул зубы, не в силах сдержать ярость.

— Ты не понимаешь, — прошипел я. — Он ходит в моем обличье, использует моё имя, сеет хаос. Я не могу просто прятаться.

— Сможешь, если хочешь жить, — холодно ответил Фурманов. — Настанет время, когда силы будут равны, и ты сразишься с ним в честном бою. Но не сегодня.

Я отвернулся, чувствуя, как внутри меня кипит ярость, но он был прав. Прямое столкновение сейчас — это самоубийство.

— Уходи через окно, — сказал он, отступив назад. — Я задержу их.

— И что ты скажешь? — спросил я.

— Придумаю что-нибудь. Не впервой.

Я подошел к окну, осторожно распахнул его и оглянулся.

— Спасибо, — сказал я.

Фурманов лишь кивнул.

— Иди.

Я перекинул ногу через подоконник и спрыгнул вниз, приземлившись в небольшой узкий переулок, скрытый от посторонних глаз. Холодный ночной воздух хлестнул в лицо, заставив меня на мгновение зажмуриться.

Сверху раздался голос Фурманова.

— Простите, старый друг! Я отдыхал и не услышал сразу. Сейчас открою!

Дверь хлопнула, и разговор продолжился, но слов я уже не разобрал.

Я побежал вдоль стены, растворяясь в тени переулков, сердце бешено стучало в груди.

* * *

Я вернулся в гостиницу, погруженный в мысли о словах Фурманова. Полянск. Придворный антиквар. Именно там я мог найти следующую зацепку, которая, возможно, поможет мне остановить Кайрина.

Поднявшись в номер, я толкнул дверь и замер. Что-то было не так.

Тишина. Гнетущая, мертвая. Я огляделся — все вещи были на своих местах, но ощущение беспорядка витало в воздухе. На столе лежала перевернутая чашка, в воздухе ощущался едва уловимый запах металла — запах крови.

— Илария? — позвал я, но ответа не последовало.

Я двинулся дальше, чувствуя, как нарастает тревога. Комната выглядела обыденно, но мои глаза начали замечать детали: смятая штора, едва заметные пятна на ковре, трещина на стекле.

Тогда я услышал слабый звук из ванной. Рванул туда, распахнул дверь и увидел Иларию.

Она сидела на полу, прислонившись к стене, лицо побледнело, а руки держались за бок, где одежда была пропитана кровью. Ее дыхание было тяжелым, но взгляд, устремленный на меня, оставался твердым.

— Александр, это ловушка! Они были здесь, — прошептала она.

— Как ты? — спросил я, наклоняясь к ней.

— Пепловцы, — едва слышно ответила она, задыхаясь. — Они знали, что ты здесь. Хотели схватить нас обоих. Я задержала их… но не смогла остановить всех. Тебе нужно уходить, — она с трудом подняла руку, пытаясь оттолкнуть меня. — Они могут вернуться в любую минуту.

— Я не оставлю тебя, — твердо сказал я, подхватывая её на руки. Она слабо попыталась возразить, но сил у неё не хватило.

— Это ошибка, — прошептала она, закрывая глаза.

Я вышел из ванной, быстро оглядел номер и направился к двери. Как только я открыл её, до моего слуха донеслись шаги. Кто-то шел по лестнице.

Не раздумывая, я закрыл дверь и направился к черному выходу.

Шаги становились всё ближе. Я ускорил шаг, чувствуя, как напряжение накатывает волнами. В голове было только одно: выбраться из этого проклятого места.

Черный ход вывел меня в тёмный двор, где пахло сыростью и мусором. Ночь была холодной, но я чувствовал жар — адреналин гнал кровь по венам.

— Держись, Илария, — сказал я, хотя и не был уверен, что она меня слышит.

Теперь главное было найти укрытие и понять, что делать дальше.

Только я ступил в темный двор, как справа раздался глухой стук — кто-то выломал дверь черного выхода. В тени мелькнули фигуры. Они уже были здесь.

— Стоять! — раздался низкий, резкий голос, и я понял, что времени у меня почти не осталось.

Я прижал Иларию крепче к себе и рванул вперёд, вглубь двора. Там, между старыми мусорными баками и полусгнившими деревянными ящиками, виднелся узкий проход в соседний переулок.

— Не дай ему уйти! — выкрикнул кто-то, и позади раздались тяжёлые шаги.

Я несся через двор, пытаясь не думать о том, что Илария становится всё тяжелее. Её тело обмякло, но я чувствовал слабое тепло её дыхания на своей шее.

Переулок оказался завален кирпичами и строительным мусором, но это меня не остановило. Я перепрыгивал через преграды, скользил по мокрой брусчатке, чувствуя, как холодный воздух режет лёгкие.

Позади слышались крики и шаги. Они были быстрыми, настойчивыми, и я знал, что если остановлюсь хоть на секунду, то это будет конец.

Слева от меня мелькнуло разбитое окно. Я остановился, оглянулся — двое преследователей были уже совсем близко. Я видел, как блестит металл в их руках.

— Чёрт! — выругался я, прежде чем с силой ударил ногой по обломкам стекла и влез внутрь.

Помещение оказалось старым складом. Вокруг пахло плесенью и пылью, тьма угрожающе нависала над полками, покрытыми паутиной.

— Он внутри! — закричал один из пепловцев.

Я пробежал вдоль ряда, прижимая Иларию одной рукой, пока другой пытался нащупать хоть что-то полезное. Мои пальцы наткнулись на ржавую металлическую трубу.

Звуки шагов становились всё ближе. Я присел за старым деревянным ящиком, стараясь замедлить дыхание.

— Ты думаешь, мы не найдём тебя? — раздался голос одного из них, глубокий и насмешливый.

— Отдай девчонку, и, может быть, тебе оставят жизнь, — сказал второй, тон его был холодным, как сталь.

Я медленно положил Иларию на пол, подальше от видимости, и сжал трубу в руке. Их шаги раздавались в разных концах склада.

— Прячешься, как крыса, Пушкин! — выкрикнул первый.

— Может, ему стоит напомнить, кто такие пепловцы? — ответил второй, и в его голосе слышалась злая усмешка.

Внезапно склад озарился слабым светом — один из них вызвал магическое пламя. Оно дрожало в воздухе, отбрасывая зловещие тени на стены.

Я задержал дыхание, наблюдая, как свет приближается.

Когда пламя оказалось почти вплотную ко мне, я выскочил из-за ящика и с размаху ударил трубу по руке преследователя. Пламя погасло, а человек с глухим криком рухнул