Вот и свела нас судьба (на войне как на войне) - Анатолий Н. Патман

Вот четыре сотни погибших в схватке турок дружно закопали севернее Гривицы. Но у них почти пять сотен было ранено, и ещё восемь десятков из них тоже присоединились к своим славным боевым товарищам. Всех отправить не смогли, но две сотни раненых турок из числа пленных тоже были усажены в четыре десятка повозок. И ещё отправили, уже пешим ходом, и всех ходячих пленных — аж более шести сотен! А то тут злой Осман-паша на город надвигается. Как и положено, взяли два десятка повозок с запасами еды. На охрану обоза пришлось отвлечь эскадрон гусар, само собой, не полный. Но и Великий князь приказал вернуть его в Систово. В ходе атаки в Гривице было потеряно около трёх десятков бойцов, и чуть больше ранено. Жаль, но пять тяжелораненых гусар тоже умерли.

Так как одного эскадрона было мало, то пришлось выделить и одну конную сотню кавказцев, правда, такую же неполную. Этих сил уже могло хватить. Зато и своих раненых почти не осталось, и от большой части пленных избавились. Но вот наш опорный пункт лишился почти всех повозок, лошадей и, главное, ездовых, которые прикрывали у нас юг и запад. Осталось лишь десяток двуконных повозок, выделенных для меня, Георге, пехотной роте и артиллерийской батарее, и дюжина ездовых. Так что, мне пришлось провести с мобилизованными болгарами учебные стрельбы. Если враги вдруг ворвутся на наши позиции, то без жалости вырежут и их. Но тут ещё десяток из них изъявили желание пойти в ополчение. Прямо ко мне прибыли и два десятка парней и десяток девушек из окрестных деревень и тоже пожелали биться с турками, правда, пока лишь при защите Плевны. Так что, работы у меня сильно добавилось.

Трофейного оружия у нас было полно. Большая часть винтовок оказалась типа Пибоди, но примерно треть составили уже знакомые нам Мартини-Генри. И пятую часть составили винтовки Винчестер из САСШ. Для вооружения ополченцев я выпросил оба типа. Ещё и роты дяди Юры и поручика Долгова тут же поменяли свои Крнка на трофейное оружие. Все остальные винтовки были поделены меж другими батальонами двадцатого полка. Само собой, винтовки Мартини-Генри пошли больше на вооружение отдельных отрядов стрелков. Правда, этих стрелков ещё надо было найти. Но, вроде, небольшие команды из двух-трёх десятков солдат до ночи всё-таки успели создать. Ну, хоть что-то. Ещё бы достойно обучить их, но тут я не успею, так и не буду. Так что, со временем сами всё освоят.

Похоже, что и местное население что-то узнало. В последние дни, после разгрома трёх турецких батальонов, уход болгар был, но не очень сильный. А тут вслед за обозом с ранеными и колонной пленных турок вдруг ударились в бегство и местные, в том числе и турки, вообще-то, те же болгары, просто принявшие мусульманство. После поиска башибузуков их не трогали. А что сейчас сами решили удрать, то и правильно. Нечего нам на себя лишние грехи брать. А то во время осады они нам в Плевне однозначно были не нужны. Без всякого сомнения, ненадёжное население. От них запросто можно было ожидать и ударов в спину! Меньше турок, больше кислорода, то есть, безопасности. Нам тут вражеские лазутчики были не нужны!

* * *

А рано утром опять загрохотало. Сначала мы увидели столбы взрывов на холме чуть южнее Плевны. Хотя, немного, лишь десяток. До него от нас было вёрст семь. Ещё послышались взрывы и со стороны деревни Буковлек. А это ещё дальше, уже и восемь вёрст. Тем не менее, это говорило, что турки-османы уже у Плевны, и явно их артиллерия решила прощупать нашу оборону! Больше грохотало, конечно, у реки. Хоть дотуда от нас было и под дюжину вёрст, но мы всё равно услышали. Там, помимо турецких, явно стреляли и наши девятифунтовые пушки. Вроде, там что-то, через разные промежутки времени, и взрывалось? Несколько раз и довольно сильно. Как я знал, помимо противопехотных мин, сапёры собирались заложить в некоторых местах вдоль реки и мощные фугасы, в том числе и из артиллерийских снарядов. А что, снаряды четырёхфунтовок весят фунтов десять, а то и больше, а девятифунтовок — почти два раза больше. Но разбрасываться взрывчаткой и снарядами не стоило. У нас тут запасы не бездонные, и подвоза ещё не было. Хорошо, что слегка трофеями от турок разжились, так что, можно было какое-то время продержаться. Но беречь снаряды и патроны требовалось.

А так, для нас наступило время ожидания. Нет, я взял Демьяна с Николаем и ещё пятерых болгар и пошёл ставить мины, само собой, вокруг опорного пункта роты дяди Юры, и больше с южной стороны. И в некоторых местах и растяжки установил. Свои тут точно не ходили, а чужим тем более не место. Уж Бурлак своё дело знал, так что, врагам здесь, если удастся пройти, только с большой кровью.

А солдаты и все болгары продолжали усердно копать траншеи и блиндажи, ещё и дзоты. Это всегда, когда пришёл пушистый зверёк, вдруг обнаруживается, что многое не успели и не сделали. Так что, мы начали в спешке устранять недоделки в своей обороне. Да, ещё немедленно перепрятали пушки. Они в основном встали с южной стороны нашего опорного пункта. На вершине остался лишь взвод из двух девятифунтовок. Пока и его там хватит.

— Константин Сергеевич, на вас вся надежда! — открыто сказал я сотнику. — Стреляйте поменьше, но точнее. И оборудуйте побольше запасных позиций. Боюсь, что мы ещё раз попадём под удар.

— Скорее всего, князь Борис! — согласился со мной сотник. — Наш пункт сильно мешает туркам для удара с юга. Если попытаются прорваться, то попадут под наш удар. Надо бы соорудить ещё один между нами и Плевной, но для этого пока сил нет.

Ближе к полудню Владимир решил сходить в Плевну и узнать свежие новости. А то всё грохотало и грохотало, а мы находились в неизвестности. Да, хуже однозначно нет. Я ещё ожидал, что Иван Фёдорович пришлёт мне приказ взять помощников и немедленно отправиться в Систово, но он что-то медлил. Вообще-то, это сейчас, уже днём, было и опасно. Я и сам предпочёл бы отправиться в путь лишь ночью. Уж тогда у меня было бы больше шансов добраться. А раз меня и нас никто